НА МСВС

Эти и другие сообщения и аналитические обзоры доступны
на английском языке по адресу www.wsws.org

Новости и комментарии
Социальные вопросы
История
Культура
Наука и техника
Философия
Рабочая борьба
Переписка
Трибуна читателя
Четвертый Интернационал
Архив
Что такое МСВС?
Что такое МКЧИ?

Книги

Другие языки
Английский
Немецкий
Французский
Итальянский
Испанский
Индонезийский
Польский
Чешский
Португальский
Сербохорватский
Тамильский
Турецкий
Сингальский

МСВС : МСВС/Р : Рабочая борьба : СНГ

Весенние протесты на Украине

31 мая 1999 г.

Настоящее сообщение составлено на основе материалов, опубликованных в выпуске # 6 (22) Рабочей Информационной службы РКМ (Революционной Коммунистической Молодежи) Украины, апрель 1999 г.

Акция протеста атомщиков и ее последствия

В начале апреля всеукраинская акция протеста атомщиков была потихоньку свернута.

20 апреля руководитель созданной по требованию протестующих атомщиков и Атомпрофсоюза специальной комиссии по проверке ситуации в энергоотрасли заместитель Генерального прокурора О. Колинько заявила, что по фактам злоупотреблений в отрасли открыто 362 уголовных дела.

21 апреля О. Колинько объявила об открытии 502 уголовных дел по злоупотреблениям в энергетике. Комиссия уже установила, кем и при каких обстоятельствах было разворовано $ 900 млн в отрасли. Среди нарушений - хищения, взяточничество, нарушения при приватизации энергокомпаний. Комиссия продолжит работу до середины мая.

25 апреля "Союз Чернобыль" Украины провел траурное шествие по центральным улицам Киева. В шествии под звуки траурного марша приняло участие почти 6000 человек со всей Украины - ликвидаторы и пострадавшие от аварии на Чернобыльской АЭС. Среди них были инвалиды-ликвидаторы на протезах и колясках, вдовы ликвидаторов с портретами мужей в траурных рамках с библиями, женщины и дети города Коростеня. Требования участников акции - возвратить чернобыльские льготы, вернуть долг по социальным выплатам (который за 1998 составляет 655 млн грн, а в 1999 - добавилось еще 120 млн) в течение второго квартала 1999, в мае внести изменения в закон "О формировании фонда по ликвидации последствий чернобыльской катастрофы", немедленно воссоздать соответствующий комитет в составе Верховной Рады. Долг по выплатам пенсий составляет 5-7 месяцев, по компенсациям за нанесение вреда здоровью - 10-12 месяцев. На грани ликвидации - бесплатные профилактическое медицинское и санаторное обслуживание. В резолюции митинга было отмечено, что в случае игнорирования этих требований "Союз Чернобыль" предпримет более жесткие формы протеста.

Акции протеста шахтеров

17 марта на шахте "Суходольская-Восточная" в Луганской области на глубине 1 км 78 шахтеров начали подземную забастовку, требуя выплаты долгов по зарплате. 64 шахтера объявили голодовку.

В конце марта на шахтах им. Баракова, "Дуванная" и "Таловская" соответствено 20, 18 и 10 горняков не поднимались на поверхность, проводя подземные стачки.

В конце марта 44 работника шахты "Золотое" (включая 27 женщин) блокировали здание ГХК "Первомайскуголь", 17 участников пикета продолжали голодовку.

23 апреля президиум НПГУ призвал своих членов возобновить с 1 июня забастовку на предприятиях по добыче угля и руды. Причина - недостаточное бюджетное финансирование отрасли и невыплата зарплаты.

28 апреля коллегия Минуглепрома приняла решение о прекращении добычи угля на шахте им. Баракова ГХК "Краснодоуголь" до выяснения обстоятельств защиты охраны труда шахтеров на этой шахте. К сожалению, недостаток информации не позволяет судить о настоящих причинах этого решения: вызвано ли оно желанием прекратить постоянные акции протеста на бунтующей шахте, либо это все же частичная победа шахтеров над администрацией.

Акция протеста горловских инвалидов

22 марта в Киев приехали около 170 регрессников и их родственников из 6 шахт Горловки. В тот же день они пикетировали здание Минуглепрома. Организаторы - Союз шахтеров-инвалидов Украины (председатель - В. Гапеев) и Ассоциация шахтеров-инвалидов г. Горловки. Пикетчики, среди которых много женщин, заявили о готовности проводить акцию протеста до удовлетворения их требований - выплаты многомесячных задолженностей по регрессным искам, единовременным выплатам и пенсиям. Пикетчики заявили, что планируют начать голодовку, разбить палаточный городок у здания администрации президента, перекрывать дороги и выдвигать политические требования. На вопрос оо том, какие же политические требования будут выдвинуты, В. Гапеев ответил, что они пока не знают, но собираются вместе подумать и решить. К пикетчикам вышел замминистра и объявил, что денег на выполнение их требований нет, так как они не предусмотрены бюджетом.

23 и 24 марта пикетчики, поселившиеся в общежитиях при финансовой поддержке НПГУ и в меньшей степени ПРУП, проводили пикетирование Минуглепрома и президентской администрации.

25 марта горловские регрессники пикетировали здание Верховной Рады.

26 марта они разбили несколько целлофановых навесов и организовали нечто вроде стоянки с самодельными лежаками у администрации президента, а 23 инвалида объявили голодовку. К ним вышел глава администрации Н. Билоблоцкий, но дальше уговоров разойтись по домам переговоры не продвинулись.

27 марта голодовка и акция протеста продолжались, несмотря на пренебрежение властей и их попытки прогнать бастующих подальше от властных очей. Комендант охраны администрации рекомендовал пикетчикам "идти на другую сторону и хоть вешаться". Голодающие днем спали, а ночью бодрствовали, чтобы не замерзнуть, пили только горячий чай. Практически никто не обращал на них внимания. Проходящие мимо чиновники продолжали рассказывать о своем сочувствии пикетирующим и советовать уезжать домой.

С 28 марта голодовка продолжалась. Руководители Союза шахтеров-инвалидов и часть приехавших успели разъехаться по домам. Оставшиеся на месте считают, что те их предали и сбежали, решив свои проблемы. В этот день на шахте "Комсомолец" в Горловке, откуда прибыли многие пикетчики, произошла авария и погибло 3 человека, что тут же было отражено на плакатах возле стоянки пикетчиков.

С 29 марта начали голодовку еще 10 женщин. Питание остальных - скудные остатки сухарей, привезенных из дома. У людей - страшное отчаяние, дополненное отнюдь не истерикой, а тотальным недоверием к посторонним и желанием добиться своего. Все это сочетается с ожиданием "добрых дядей", которые обратят на их беды внимание: если не чиновники, то хотя бы депутаты из КПУ подходили несколько раз к Верховной Раде, да лидер КПУ П. Симоненко пообещал помочь. Это состояние отражено и в кричащих болью и отчаянием плакатах у лагеря пикетчиков: "Шахтеры-инвалиды объявили голодовку возле администрации президента. Наши требования к вам как к гаранту Конституции - найти и наказать виновных в нарушении закона о правах человека", "Президент! У хорошего хозяина собака сыта, а у тебя вся страна голодная", "Сытый голодного не понимает", "Президент! Хватит смотреть на запад. Посмотри на Донбасс. Донбасс умирает", "За что вы ненавидите свой народ, заставляя его унижаться?"

Поголодав несколько дней, уже в начале апреля пикетчики тихо исчезли с пятачка у "большого дома" напротив "Дома с химерами". Вернулись домой - ждать, пока кто-нибудь из начальников выполнит обещанное.