|
НА МСВС Эти и другие сообщения и аналитические обзоры доступны Новости и комментарии Другие языки |
Выступление З.Л. Серебряковой на конференция, посвященной 120-летию Л. ТроцкогоПисьмо Льва Троцкого и некоторые вехи истории25 ноября 1999 г.Нижеследующий текст представляет собой выступление Зори Леонидовны Серебряковой, доктора исторических наук, дочери известного большевика Леонида Петровича Серебрякова, которое было сделано во время проходившей в конце октября 1999 г. в Москве конференции, посвященной 120-летию Л. Троцкого. Мой отец Леонид Серебряков погиб в 1937 году. Реабилитирован он был только в горбачевскую перестройку в конце 1986 года. Вскоре я получила возможность просмотреть в КГБ-ФСБ его судебное дело. В протоколе обыск первым пунктом изъятия значилось письмо Л.Д. Троцкого к Л.П. Серебрякову, написанное 12 сентября 1927 года. Самого письма в деле не было. Несколько лет я безуспешно пыталась его найти, не зная, что Сталин держал письмо у себя. Только в 1998 году, разбирая новые поступления в РЦХИДНИ (бывший Центральный Партийный архив), переданные из Президентского архива в фонд Л.Д. Троцкого, я внезапно увидела то самое письмо. В нем Троцкий писал Серебрякову: "Дорогой Леонид Петрович, на объединенном заседании Политбюро и президиума ЦКК Сталин среди многих других фантастических утверждений под стенограмму рассказал, будто во время его работы вместе с Вами на Южном фронте я явился на Южный фронт всего один раз, крадучись, на полчаса, в автомобиле с женой. Я прервал Сталина возгласом, что его рассказ переставляет чистейший вздор. Он на это ответил, что ручается за каждое слово и сослался в подтверждение на Вас" (1). Сталин, очевидно, рассчитывал, что возраставшие репрессии вынудят Серебрякова поддержать всесильного генсека, однако дальнейшие события показывают, что в те времена еще относительно свободного выбора Серебряков не поступился истиной, не предал оклеветанного Троцкого. О том, что сталинское утверждение было грубейшей клеветой, говорит не только сама история, но и недавно опубликованные важные документы. В одном из них, в проекте постановления Орг. и Политбюро ЦК 5 июля 1919 года, в ответ на просьбу Троцкого об отставке говорилось: "Удовлетворить его ходатайство абсолютно невозможно", было бы "величайшим вредом для республики" прежде всего из-за положения "на Южном фронте, самом трудном, самом опасном и самом важном" (2). О событиях, связанных с заявлением об отставке, Троцкий рассказывал: наступление на Южном фронте по плану главнокомандующего (С.С. Каменева) на линии наибольшего сопротивления Деникина было роковой ошибкой, и когда план этот утвердили на Политбюро, в том числе и "голосом Сталина против меня - я подал в отставку" (3). Однако после решительного возражения В.И. Ленина и других членов Орг. и Политбюро, Троцкий "взял свою просьбу назад и немедленно отправился на Южный фронт". К концу лета 1919 года военная обстановка становилась все более угрожающей. В начале осени 1919 года Троцкий, Лашевич и Серебряков - вместе на Южном фронте. 6 сентября они телеграфируют в ЦК и обращаются по прямому проводу к Ленину, подчеркивая критичность создавшегося положения. По их словам, опасность "прорыва фронта на участке Курск -Воронеж становится очевидной"... Далее выдвигались необходимые экстренные меры и ставилась основная задача - перенести главный удар по войскам Деникина на центральное направление" (4). Сталин в то время участия в разработке нового плана и его осуществлении не принимал. Утверждение Краткого курса истории ВКП(б) о том, что он якобы является создателем "гениального плана разгрома Деникина", является фальсификацией. В дальнейшем Троцкий писал: "Помню, во время гражданской войны я расспрашивал члена ЦК Серебрякова, который тогда работал вместе со Сталиным в Реввоенсовете южного фронта, не мог ли Серебряков в интересах экономии сил справиться без Сталина. Серебряков на минуту задумался и ответил: "Нет, так нажимать, как Сталин, я не умею. Это не моя специальность"" (5). 13 октября Деникин взял Орел, открыв себе дорогу на Тулу, где были сосредоточены важнейшие заводы, а дальше шла Москва. К этому времени упрямство главкома, которого поддерживало Политбюро, было сломлено. В середине октября для контрудара была проведена перегруппировка войск в соответствии с планом, на котором в начале сентября настаивали Троцкий, Лашевич и Серебряков (6). 15 октября Политбюро рассматривало положение на фронтах, наметило конкретные меры для увеличения воинских сил на центральном направлении борьбы с Деникиным (7). Весна 1920 года: основные вражеские силы разгромлены, гражданская война заканчивается. Собирается IХ съезд партии. Троцкий по-прежнему на фронте. В президиуме съезда секретари ЦК Л.П. Серебряков, Н.Н. Крестинский и Е.А. Преображенский. Все трое близко знавшие председателя Реввоенсовета Республики Льва Троцкого, его искренние сторонники. Против них Сталин и направляет свои удары, исподволь переходя в наступление в борьбе за власть (8). Весной 1921 года на Х съезде партии происходит, казалось бы, ординарное событие - смена Секретаря ЦК партии. Однако то, что в новый секретариат вошли только сторонники Сталина, сыграло, возможно, решающую роль в том, что через год он сам, "сделавшись генсеком", сосредоточил в своих руках ту "необъятную власть", об опасности которой тщетно предупреждал В.И. Ленин (9). В дальнейшем Л.П. Серебряков все теснее сотрудничал с Л.Д. Троцким. В 1923 году он подписывает Платформу 46-ти, входит в руководящее ядро троцкистской оппозиции. Наступает неизбежное в 1927 году исключение из партии, ссылка. Вынужденная капитуляция, восстановление в партии, вновь высокий пост фактически первого наркома автодорожного транспорта. Передо мной картинка, сохраненная памятью. Отец мой долго смотрит на раскрытые страницы газеты какими-то невидящими глазами. Я заглянула через его плечо - увиденное мне понравилось: скачущие лошади, знамена, ликование победы. Через много лет я разыскала номер этой газеты. Ноябрь 1934 года. Отмечается пятнадцатилетие разгрома Деникина (10). Егоров, Орджоникидзе, Буденный и другие, причастные к событиям на Южном фронте, безудержно восхваляют Сталина. Но нет ни воспоминаний, ни высказываний Серебрякова. Нет вообще ни одного слова о нем. Вычеркнут из истории, из ее победных страниц Л.Д. Троцкий. Прошли еще долгие-долгие годы, и лишь в 1988 году начали появляться первые правдивые публикации о нем и о наиболее видных деятелях оппозиции. Ныне историческая правда вновь постепенно пробивает себе дорогу. Находятся, казалось бы, безвозвратно потерянные документы - письма Льва Давидовича, публикуются его труды. Знаменательно и радостно, что мы смогли собраться здесь вместе в Москве и отметить 120-ю годовщину со дня рождения замечательного человека - Льва Троцкого. Примечания:
© Copyright 1999-2008, World Socialist Web Site |