World Socialist Web Site

НА МСВС

Эти и другие сообщения и аналитические обзоры доступны
на английском языке по адресу www.wsws.org

Новости и комментарии
Социальные вопросы
История
Культура
Наука и техника
Философия
Рабочая борьба
Переписка
Трибуна читателя
Четвертый Интернационал
Архив
Что такое МСВС?
Что такое МКЧИ?

Книги

Другие языки
Английский

Немецкий
Французский
Итальянский
Испанский
Индонезийский
Польский
Чешский
Португальский
Сербохорватский
Тамильский
Турецкий
Сингальский

 

МСВС : МСВС/Р : История : СССР

Версия для распечатки

И.М. Павлов, Записки оппозиционера. Воспоминания, впечатления и встречи

Предисловие к публикации

10 февраля 2001 г.

Читая анонимный документ, найденный в архиве, следует всякий раз спрашивать себя: не является ли работа фальсификацией? Ответ на этот вопрос не всегда однозначен. Нужно внимательно проанализировать работу и ответить на ряд вопросов: насколько она цельна? написана ли она в одном ключе, одной и той же рукой? обосновано ли выраженное автором мировоззрение обстоятельствами его личной жизни? соответствуют ли воспоминания и рассказы известной нам действительности? правдоподобно ли происхождение этого манускрипта? кому была бы выгодна фальсификация в этом духе? и пр.

Как вы сможете увидеть, уважаемый читатель, работа написана одной рукой, вернее, одним умом (манускрипт найден в машинописной форме), она является цельным документом, вышедшим "из-под пера" незаурядной личности. Человек, писавший документ, ярко рисует своё детство и обстановку, в которой сложилось его мировоззрение. В архивах Гуверовского института хранятся другие анонимные манускрипты: некоторые менее, некоторые более достоверные. Вполне возможно, что в конце 40-х годов в обстановке передвижения масс беженцев и эмигрантов в конце Второй Мировой войны воспоминания чудом выжившего русского оппозиционера могли попасть на Запад.

Автор вовсе не является правоверным сторонником какой-то определённой доктрины, механическим попугаем, повторяющим заповеди социализма, коммунизма или даже троцкизма. Этот человек многое передумал, во многом разочаровался. Он смотрит на своё прошлое с точки зрения "социалиста-демократа", больше уже не коммуниста, и осуждает "нетерпимость и иезуитство" строителей Советского государства. Мы не разделяем эту точку зрения и видим в ней теоретическую ограниченность автора, его национально-реформистский кругозор. Конечный вывод автора, что социализм мог бы быть построен в России 1917-го года на базе демократических реформ, кажется нам наивным и даже смешным. Выбор стоял не между Керенским и Лениным, а между Лениным и генералом Корниловым, между диктатурой пролетариата и диктатурой монархистских генералов, поддержанных империалистами. Программа большевиков в 1917-24 гг. заключалась в победе не Российской, а мировой социалистической революции.

В описании своей оппозиционной работы автор мало даёт нам в программно-историческом смысле, он больше описывает механику и организацию полулегальной оппозиции середины 20-х годов. Он практически не говорит, например, о роли вопроса о "перманентной революции" (антипода "теории" о возможности построения социализма в одной стране) во внутрипартийных дискуссиях, едва касается значения международных событий - в Германии, Великобритании, Китае - в развитии внутриполитического положения в Советской России. Даже сама картина политических и идейных разногласий между оппозицией и право-центристским блоком не всегда отчетливо видна. Ясно, что в течение долгого времени безымянный писатель не имел доступа к программным документам, аналитическим материалам, библиотекам, не участвовал в свободном обмене мнениями и в спорах между протагонистами разных течений. Другими словами, воспоминания написаны тайно и в одиночку, как мы и должны ожидать.

Кому были бы выгодны воспоминания в таком моральном ключе? Ясно, что эти воспоминания наносят удар по сторонникам раннего сталинизма или бухаринцам. Правое крыло ВКП(б) сотрудничало со Сталиным в подавлении всех институтов рабочей демократии, выросших из революции. Но нельзя также и сказать, что от этих мемуаров выиграют последователи "демократического социализма": воспоминания лишь подчёркивают, что активная оппозиция против победы бюрократического тоталитаризма выросла в рядах коммунистов и комсомольцев; беспартийные и либерально-демократические слои общества молчали и наблюдали со стороны, читая оппозиционные документы, симпатизируя оппозиционерам, но не более того.

Документ ясно показывает молодость автора, яркость его впечатлений, высокие порывы его духа. Самое главное, в этом документе нет выдумок: автор пишет о том, что знает и сам наблюдал, он не выдумывает небылиц и не выпячивает себя, не старается казаться умнее, чем был в свои 20-25 лет. Эта работа правдиво описывает события первых десяти лет революции и заслуживает внимание читателей.

Борьба Левой оппозиции против растущего сталинизма

После начала последней болезни Ленина и его отхода от активной работы в марте 1923 года в партии начали быстро усиливаться признаки бюрократизма: назначенство, чванство начальников и секретарей по отношению к рядовым партийцам, отталкивание масс от активного руководства деятельностью партийных органов. Повседневное руководство партией было в руках так называемого "триумвирата", составленного из Зиновьева, Каменева и Сталина. Чтобы изолировать Троцкого, эта тройка организовала тайное параллельное "Политбюро" из всех членов Политбюро, кроме Троцкого и включая председателя ЦКК Куйбышева. Основные партийные решения принимались келейно, помимо ЦК и формальных органов партии.

Осенью 1923 года Троцкий, с одной стороны, и целая группа старых и заслуженных членов партии (Е. Преображенский, Л. Серебряков, Ю. Пятаков и 43 других старых большевика), с другой, написали обращения в ЦК и Политбюро, призывая к обсуждению партийного бюрократизма и к повороту партии в сторону большей партийной демократии. Из-за следующего обстоятельства эти выступления быстро получили широкую поддержку партийных масс.

Международные события: обострение политического положения в Италии и Болгарии и, в особенности, складывание революционной ситуации в Германии осенью 1923 года - вызвали массовое брожение внутри ВКП(б), рост надежд на европейскую революцию, рост активности рядовых членов партии, открытое недовольство по поводу партийного режима. Массовые партсобрания кончались осуждением руководства местных, губернских и Центрального Комитета, призывами изменить курс партии.

Конференция ЦК в декабре 1923 года проголосовала за проведение "нового курса" демократизации партии. Но к тому времени революция в Германии провалилась, массы были снова ввергнуты в апатию, а оппозиция изолирована. ХIII съезд партии в январе 1924 года прошел в обстановке изоляции и поражения оппозиции; смерть Ленина 21 января развязала заговорщикам под руководством "тройки" руки, и они начала переходить ко все более разнузданной травле оппозиции.

В 1924 году Троцкий написал обширную статью, обсуждавшую события 1917 года, ошибки руководства и меры, принятые для их исправления. Написание статьи было вызвано его опасениями по поводу ошибок революционного руководства в прошедшем году, особенно в Болгарии и Германии. Статья была написана в виде предисловия к сборнику его работ об Октябрьской революции и нацелена на то, чтобы служить учебником в искусстве революционного руководства. Так как этот обзор событий сильно ударял по репутации правящего "триумвирата" (Зиновьев, Каменев и Сталин), верхушка партии обрушилась на Троцкого и развязала так называемую "литературную дискуссию". В ходе этой очень односторонней "дискуссии" и в целях спасения репутаций членов "триумвирата" была развязана кампания грубой фальсификации событий Октября. Идейное сползание верхушки толкало в сторону неслыханного до тех пор тезиса о "непогрешимости" ЦК.

Между тем первые итоги проведения "новой экономической политики" привели к восстановлению сельского хозяйства, оздоровлению всего хозяйственного механизма, возрождению торговли и, в меньшей степени, к частичному восстановлению промышленности. На базе этих успехов правые и центр (Бухарин и Сталин) осенью 1924 года выдвинули тезис о возможности постепенного реформирования советского хозяйства в сторону социализма и построения в Советском Союзе социализма независимо от мировой революции. Председатель Коминтерна Зиновьев даже провозгласил лозунг "НЭП во внешней политике". Эта программа постепенных национальных реформ вырастала из эмпирических и эклектических склонностей некоторых вождей партии и опиралась на самодовольство средних партийных чиновников, их личное удовлетворение достигнутыми материальными благами и льготами. "Зачем нам мировая революция, — говорили они себе, — мы строим и построим социализм в России".

В течение следующих двух лет оппозиция развивалась идейно на почве борьбы за внутреннюю демократию, с одной стороны, и за мировую революцию против национальной ограниченности, с другой.

В течение 1925 года наметилась следующая тенденция советского хозяйства. В то время как сельское хозяйство восстанавливалось и расширялось, промышленность, особенно тяжелая, не находила достаточных средств для развития, часто оставалась без рынков и средств; промышленные товары, дорогие из-за плохой организации труда, не могли найти сбыта. Промышленный пролетариат бедствовал по сравнению с обогащением крестьянских верхов и нэпманов в городах.

К концу 1925 года внутри партии произошла еще одна перестановка сил: в октябре образовалась так называемая Ленинградская оппозиция под руководством Зиновьева и Каменева. В искаженном виде эта оппозиция выражала протест промышленного пролетариата против его тяжелого экономического и социального положения. Против своей воли Зиновьев, Каменев и их друзья были вынуждены повторить все аргументы сторонников Троцкого, высказанные ими в продолжение последних двух лет. В декабре 1925 г. открылся ХV съезд ВКП(б), и весом аппарата Сталин смог победить сторонников Зиновьева и Каменева.

В начале 1926 года Ленинградская оппозиция присоединилась к сторонникам Троцкого, и вместе они образовали так называемую Объединенную оппозицию. Программа оппозиции призывала к следующему. Во-первых, перестановка акцента хозяйственного развития СССР на долгосрочное центральное планирование и развитие тяжелой промышленности за счет более прогрессивного налогообложения крестьянских верхов и нэпманов. Во-вторых, отказ от национального реформизма и лозунга "социализма в одной стране" в пользу приспособления советского хозяйства к мировому разделению труда, то есть проведение шагов по интеграции в мировую экономику, защищая при этом социалистические начала советской промышленности. В-третьих, отказ от "НЭПа во внешней политике" в пользу самостоятельной политики Коминтерна и стратегического прицела на мировую революцию.

В течение 1926 года произошло мировое событие, которое произвело сильное влияние на внутрипартийную борьбу внутри СССР: Всеобщая забастовка в Великобритании в мае и её предательство лейбористами и профчиновниками из Англо-Русского комитета. Политика правых в Коминтерне привела к этому поражению коммунистических сил, но поскольку само поражение, казалось, отдаляло и уменьшало перспективы европейской революции, оно дало добавочный перевес позициям Бухарина и Сталина.

Подобное, но в ещё большей степени жестокое поражение потерпели коммунисты Китая в течение 1927 года. Под давлением Сталина и Бухарина китайская Компартия против своей воли подчинялась Гоминдану и его вождю Чан Кайши. Левая оппозиция в течение 1926 и 1927 года критиковала меньшевистско-эсеровскую позицию Сталина и призывала к восстановлению независимости КПК, к самостоятельной борьбе коммунистов против национальной буржуазии. Политика Сталина и Бухарина позволила Чан Кайши использовать популярность коммунистов в собственных целях, а когда его военщина была полностью подготовлена, он нанес по Компартии кровавый и жестокий удар: 12 апреля в Шанхае, месяц спустя в Чанше, а потом в других важнейших городах Китая десятки и сотни тысяч коммунистов были убиты, китайская революция была потоплена в крови.

Поражение китайской революции вызвало вспышку негодования среди наиболее сознательных членов партии и комсомола, расширение деятельности оппозиции летом и осенью 1927 года. Но, как и все поражения революции, этот провал привёл к дальнейшему разочарованию широких масс в революционных перспективах и к конечной изоляции самой оппозиции.

Таковы в общих чертах основные этапы событий и действия оппозиции. Как неоднократно писал Троцкий, оппозиция была права в своих опасениях и предостережениях, она предвидела основное развитие событий и предлагала правильную программу действий. Но каждое поражение мировой революции усиливало не оппозицию, а приспособленцев и чиновников вокруг Сталина.

Феликс Крайзель

К началу страницы

МСВС ждет Ваших комментариев:



© Copyright 1999-2017,
World Socialist Web Site