НА МСВС

Эти и другие сообщения и аналитические обзоры доступны
на английском языке по адресу www.wsws.org

Новости и комментарии
Социальные вопросы
История
Культура
Наука и техника
Философия
Рабочая борьба
Переписка
Трибуна читателя
Четвертый Интернационал
Архив
Что такое МСВС?
Что такое МКЧИ?

Книги

Другие языки
Английский
Немецкий
Французский
Итальянский
Испанский
Индонезийский
Польский
Чешский
Португальский
Сербохорватский
Тамильский
Турецкий
Сингальский

МСВС : МСВС/Р : Философия

Версия для распечатки

Взгляд на его идеи и влияние.

Сто лет со дня смерти Фридриха Ницше

Часть 1 | Часть 2 | Часть 3

Штефан Штайнберг
15 января 2001 г.

"Прогресс" - это современная идея; иными словами, это ложная идея". - Ницше, Антихрист, 1888.

"Нет нигде более гордых и то же время более изысканных книг, чем мои книги - они повсюду наполнены тем, что есть самое высшее на Земле: цинизмом". - Ницше, Ecce Homo, 1888.

* * *

Нижеследующая статья была опубликована на английской станице МСВС 20 октября 2000 г.

25 августа 2000 г. исполнилось сто лет со дня смерти немецкого философа Фридриха Ницше. Среди событий, приуроченных в Германии к этой годовщине, можно отметить появление некоторых новых книг о Ницше, а также серию выставок и лекций в восточногерманском городе Веймаре, где действует постоянная экспозиция, посвященная Ницше. В Берлине идут две пьесы, связанные с Ницше, и еще несколько готовится к постановке. В немецких газетах появилось огромное число статей и воспоминаний, существуют и планы выпуска почтовой марки, также посвященной Ницше.

Одна из пьес, поставленных за последнее время в Берлине, изображает Ницше как некоего эксцентричного эпикурейца, который презирал всех немцев, зато любил Италию и хорошую кухню. В опубликованной недавно иллюстрированной биографии (перевод с английского) Ницше прямо на обложке провозглашается "добрым европейцем". Профессиональные философы, участвовавшие в новой радиопрограмме о Ницше на BBC, хвалили его вклад в философию и говорили, что было бы логически неверно находить общность между Ницше и реакционными политическими движениями Германии, включая фашизм.

Трудам Ницше уже некоторое время принадлежит видное место во французских университетах, где многие "постмодернистские" мыслители считают его самым влиятельным философом девятнадцатого и двадцатого веков. В Германии его идеи сыграли ведущую роль в послевоенной эволюции влиятельной Франкфуртской школы социальных исследований.

Как можно объяснить востребованность Ницше среди различных течений политической мысли двадцатого века? Годовщина его смерти дает возможность присмотреться к его трудам и его карьере и обратиться к вопросу о том, почему же работы Ницше оказывают столь мощное воздействие на современные философские школы. Здесь, в первой из трех статей, будет кратко рассмотрено развитие его теории и жизненный путь. Две другие статьи будут посвящены восприятию идей Ницше отдельными интеллектуалами и целыми движениями как правого, так и левого толка.

Путь Ницше

Фридрих Вильгельм Ницше, (названный в честь правившего тогда прусского короля), родился 15 октября 1844 г. в селении Рекен (Roeken), недалеко от Лютцена в прусской Саксонии (теперь это в восточной германской земле Саксония-Анхальт). Его отец был сельским пастором и тоже, в свою очередь, сыном пастора. Его мать Франциска была дочерью пастора из соседнего селения Поблез (Pobles). Когда Фридриху было всего пять лет, его отец умер от энцефаломалации (размягчения мозга), полученного в результате падения. Через год семья, состоявшая из Фридриха, его бабушки со стороны отца, его сестры и двух незамужних тетушек, была вынуждена оставить приходский дом и переехать в Наумберг, что в государстве Тюрингия на востоке Германии [1].

Признанный в 14 лет одаренным учеником, Ницше был бесплатно зачислен в одну из лучших школ этого государства. Ректор школы выступал за возрождение либерализма, воспринимая его как сочетание идеалов Bildung(образования, направленного на поддержку индивидуального прогресса) и некой разновидности культурного национализма, который ассоциировался с фигурой Иоганна Готтфрида Гердера. Ницше весьма преуспевал по классическим предметам, а также интересовался тенденциями в музыке и литературе. В 1861 г. он впервые услышал Вагнера, но любимым его композитором был в это время Шуман. Когда Ницше исполнилось двадцать, он отправился в Боннский университет изучать теологию и филологию.

В 1865 г. Ницше заявил, что утратил христианскую веру и бросил учебу. В том же году он познакомился с книгой пессимистического философа Шопенгауэра Мир как воля и представление и торжественно провозгласил свое обращение в шопенгауэровскую доктрину. К этому же времени относится первый и единственный случай его прямого участия в политических событиях. Несмотря на первоначальное неприятие войны между Пруссией и Австрией, он уже в 1866 г. присоединился к волне патриотизма, которая охватила Пруссию и соседние германские государства, когда Бисмарк одерживал одну военную победу за другой. Ницше относил себя к сторонником маленькой группы пробисмарковских либералов, которые во главе с Генрихом фон Трайчке (Treitschke) выступали за присоединение Саксонии к Пруссии.

В 1868 г. Ницше впервые встретился с Вагнером и обнаружил, что композитор разделяет его восторженное отношение к Шопенгауэру. В 1869 г., в возрасте 24 лет, Ницше был принят на кафедру классической филологии в Базеле, а также стал преподавателем греческого языка в объединенной гуманитарной школе. Благодаря преподавательской должности он избежал активного участия во франко-прусской войне в качестве рядового солдата. Тем не менее 11 августа 1870 г. он был призван в прусскую армию на медицинскую службу. Не прошел и месяц, как он, лишь немного познакомившись с ужасающими условиями жизни в окопах, заболел дизентерией и дифтерией, после чего ему пришлось возвратиться обратно в Базель.

Ницше всегда отличался слабым здоровьем, всю жизнь страдал от очень плохого зрения, сильных головных болей и периодов истощения. Имеются многочисленные медицинские основания считать, что длительное нездоровье Ницше в зрелые годы, как и его окончательное погружение в немощь, были последствиями сифилиса, которым он заразился еще в студенческие времена после посещения публичного дома. В 1874 г. ему пришлось взять отпуск по медицинским причинам. Он начал писать первый труд, который был опубликован, - Рождение трагедии.

Опыт германского объединения 1871 г. был для Ницше источником глубокого разочарования. К концу 1870-х и на протяжении 1880-х гг. он проявлял все более глубокую утрату веры в бисмарковский проект. Мы еще увидим, как сильно повлияли на его дальнейшее творчество разочаровывающие итоги германского воссоединения. В тот же самый период, то есть в 1871 г., Ницше очень пристально следил за развитием событий во Франции. С самого начала он был встревожен возникновением Парижской коммуны и возможностью того, что рабочий класс сможет захватить власть в той или иной форме. После кровавой расправы над коммунарами в его переписке явно звучало чувство облегчения.

Через несколько лет на знаменитом Готском съезде 1875 г. Всеобщая ассоциация немецких рабочих объединилась с Социал-демократической рабочей партией, что дало начало новой марксистской партии, Социал-демократической партии (СДПГ), которой суждено было за несколько последующих десятилетий завоевать огромное влияние среди рабочих Германии. Быстрая политическая поляризация классов, наблюдавшаяся в Германии 1870-1880-е гг., отчетливо отразилась, как нам еще предстоит увидеть, на творчестве Ницше.

В 1874 г., после бурного спора, Ницше дистанцировался от Вагнера. Он заявлял также о все усиливавшемся разочаровании в отношении своего философского наставника Шопенгауэра. На протяжении последующих лет состояние здоровья Ницше быстро ухудшалось, и он ездил по всей Европе в соответствии с различными предписаниями врачей. Когда позволяли многочисленные болезни, он продолжал писать.

В 1879 г. он окончательно уволился из Базельского университета по состоянию здоровья и стал получать пенсию, позволявшую по-прежнему заниматься творчеством. В последующие десять лет он продолжал страдать от болезней, которые ускорили серию катастроф. В 1889 г. с Ницше случился удар прямо на одной из площадей Турина, когда он бросился защитить лошадь, которую бил кнутом ее хозяин. После это припадка к нему уже не вернулся ясный рассудок и последние десять лет жизни он провел в состоянии психической беспомощности под опекой своей матери и сестры.

Социально-политический фон

Первое, что бросается в глаза каждому, кто сегодня читает Ницше, особенно его ранние работы, это его постоянные ссылки на крупнейших представителей европейского Просвещения. Например, книга Человеческое, слишком человеческое(1878) начинается с цитаты из великого французского философа-рационалиста Декарта. По различным случаям Ницше отдает дань уважения другим крупнейшим величинам просветительской мысли, таким как Вольтер и Спиноза, а также выдающимся представителям движения "Бури и натиска" ( Sturm und Drang) и немецкого романтизма: Гете, Шиллеру, Гельдерлину. В книге Рождение трагедии(1872) Ницше размышляет о значении шекспировского Гамлета, следуя при этом образцам Гете и Шиллера.

Невозможно понять работы и эволюцию взглядов Ницше без анализа политического развития Германии во второй половине девятнадцатого века. Когда в 1848 г. Ницше был еще только четырехлетним ребенком, когда, за год до смерти его отца, всю Европу и многочисленные государства, которые мы сегодня называем в совокупности Германией, всколыхнула революция.

Вряд ли семья Ницше, спрятавшаяся в своей восточногерманской деревне, могла осознать смысл происходивших событий. Однако откат революционной волны 1848 г., который в германском случае объяснялся, прежде всего, слабостью поднимающейся буржуазии и ее страхом перед радикализмом нарождающегося рабочего класса, оказал глубокое влияние на целое поколение молодых революционеров и интеллектуалов [2]. Один из учителей Ницше, молодой Рихард Вагнер, сражавшийся на баррикадах 1848 г. против сил реакции, лишь после этих событий обратился к мистическому национализму и злобному антисемитизму.

Год 1848-й ознаменовался не только крушением устремлений буржуазии, но и тем, что в глубокую пропасть рухнули клерикальные власти и официально организованные религиозные структуры, повсеместно воспринимавшиеся как оплот старого режима. Волна разочарования, особенно заметная в среде протестантов, привела многих к разрыву с религией. Один из биографов Ницше пишет о том выборе, под давлением которого оказались верующие люди его поколения: "Секуляризация угрожала оставить их без привычного места и корней, но вдохновляла альтернативой пострелигиозного самоопределения в качестве первых из числа ""новых людей"" (Цитата из книги: Bergman P., The Last Anti-Political German).

Характеризуя тот социальный климат, который сформировался всего лишь через десять лет, в 1860 г., французский комментатор Шарль де Рюсса (de Russat) писал: "Пессимизм широко распространился за последнее время". Он добавлял, что многие французы, которые 30 или 40 лет назад были полны энтузиазма и возлагали надежды на принципы Революции, теперь пришли к выводу, что современная демократия не означает ничего, кроме "бурного декаданса". Философия пессимизма нашла своего самого выдающегося немецкого представителя в лице Альфреда Шопенгауэра.

По мере углубления социального радикализма после 1848 г. самые лучшие представители германской интеллигенции обратились к философии Гегеля и ее материалистической переработке, осуществленной Марксом и Энгельсом. Однако Ницше относился к другому крылу германской интеллигенции, которое опиралось на классику и немецкий романтизм, погрузившийся после 1848 г. в застойные воды политической стагнации. Резко отвергая то, что получилось в результате образования единой Германии, Ницше уходил все дальше вправо, вдыхая ядовитый дым культурного элитизма, мистических элементов германской "философии жизни" (Lebensphilosophie) и только что появившейся псевдонауки евгеники [3].

У Ницше репутация философа, которого трудно изучать. Немецкий философ Карл Ясперс отмечал, что Ницше производит впечатление человека, у которого "два мнения по каждому вопросу". Многочисленные трудности, которые возникают при чтении работ Ницше, являются неизбежным продуктом его идеологии, ставящей метафоры и аллегории выше систематической научной мысли и предпочитающей "стиль" вместо содержания [4].

В то же время по его работам можно проследить и определенное развитие. В произведениях, относящихся к раннему и среднему периоду его жизни, то есть до конца 1870-х гг., можно обнаружить следы психологической проницательности, проявлявшиеся тогда, когда он пытался осознать происходившие вокруг глубокие социальные перемены. Его горячие нападки на лицемерие церкви и его сочинения, посвященные культурным сдвигам того времени, позднее оказали влияние на таких выдающихся людей, как немецкие писатели Томас Манн и Герман Гессе.

Однако к началу 1880-х гг., когда Ницше стали покидать последние надежды относительно бисмарковской Германии, его работы окончательно заполнились злобой и презрением к людским массам. Он завершил свою жизнь как апостол цинизма. Однако при всех поворотах в эволюции Ницше присутствует неизменный стержень. Основы взглядов Ницше на многие проблемы хорошо видны уже в его первой опубликованной работе Рождение трагедии.

Взгляды Ницше на вопросы культуры, науки и истории

Преобладающим мотивом в работах Ницше является противопоставление культуры (особенно музыки, драматургических трагедий и поэзии) и науки. Он оценивает общество по тому уровню, которого достигли в нем искусство и культура. В то же время он отрицает наличие какой-либо отчетливой связи между искусством и жизнью в содержательных терминах и определяет культуру в терминах стиля: "Культура - это, прежде всего, единство стиля во всех проявлениях жизни людей" ( Рождение трагедии).

Рассуждая в 1888 г. о значении книги Рождение трагедии, Ницше писал: "Первое, о чем я начал размышлять, это отношение между искусством и правдой. Даже сегодня их враждебность наполняет меня священным ужасом. Этому была посвящена моя первая книга. Рождение трагедии проникнуто верой в искусство, но фоном при этом является и вера в то, что мы не можем жить вместе с правдой, что желание знать правду уже само по себе является симптомом упадка" ( Nietzsches Werke - Kroener, XIV, 3, p. 239). Искусство для Ницше не просто исключает, оно должно исключать, возможность правды: "Искусство на службе иллюзии - вот наш культ" (ibid., XII, p. 89).

В то же время он заявляет об иллюзорности поиска правды с помощью науки. В Рождении трагедии он защищает элементы инстинкта и мифотворчества, ассоциирующиеся с таким классическим греческим персонажем, как Дионис. Ницше рассматривает пример греческого философа Сократа, которого считает классическим представителем рационалистической мысли и "желания знать": "В лице Сократа мир впервые встретился с глубокой иллюзией - непоколебимой верой в то, что рациональная мысль, ведомая логикой причинных связей, может проникнуть в глубины бытия, и что она способна не только постичь, но даже изменить бытие. Это высокомерная метафизическая иллюзия".

Для Европы вторая половина девятнадцатого столетия была периодом гигантского прогресса в сфере науки и технологии. Новые революционные изобретения вели к изменению форм производства. Научные теории, такие, как дарвиновская теория эволюции, и новые открытия в сфере физики, химии и медицины подрывали давно устоявшиеся подходы и предубеждения. Говоря о распространенной у современников вере в то, что наука способна улучшить жизнь, Ницше писал в своем сборнике Несвоевременные размышления(1874): "Действительно, наблюдается ликование по поводу того, что теперь "в жизни начинает преобладать наука". Этот тезис, допустим, можно признать; но жизнь при таком преобладании не представляет собой большой ценности, ведь она намного менее живая и дает намного меньше для будущей жизни, чем прежняя жизнь, в которой преобладало не знание, а инстинкт и властные иллюзии".

Согласно Ницше, порок науки заключается в том, что она не оставляет места для истинно человеческого порыва и влечения к мифу и иллюзии. Инстинкт сильнее, чем любой научный метод. В эссе "О пользе и бесполезности истории для жизни" (из Несвоевременных размышлений) Ницше приводит также пример сильной традиции исторических исследований, которая в первую очередь связана с именем Гегеля. Осуждая гегелевские попытки сконструировать всепроницающий систематический подход к истории, Ницше заявляет о своем неприятии "того восхищения силой истории, которое на деле всякий раз превращается в голое восхищение успехом и ведет к идолопочитанию фактов". Французские теоретики второй половины двадцатого века (постструктуралисты и постмодернисты) извлекли, как мы увидим в третьей части данной статьи, практическую пользу из ницшеанской антипатии к Гегелю и истории.

Культурный элитизм

В то же время представленная у Ницше концепция культуры и знания является по своей сущности элитистской, - он убежден, что знания и образование должны оставаться привилегией для немногих. Он решительно и принципиально отвергает любую форму всеобщего образования, относя его к состоянию "варварства".

В 1871 г., встревоженный теми опасностями, которые, как представлялось, исходили от Парижской коммуны и усиления социал-демократии в самой Германии, он писал об угрозе того, что всеобщее образование может привести к коммунизму: "Рассеивание культуры есть не что иное, как подготовительная стадия коммунизма. На этом пути культура становится слабее до такой степени, что больше не может сохранять какие-либо привилегии. Максимально широкое рассеивание культуры, которое можно назвать варварством, является уже самым непосредственным условием для перехода к коммунизму. Обобществленная культура перерастает в ненависть к подлинной культуре" ( Несвоевременные размышления). В своей более поздней работе Так говорил Заратустра(1883-1884) он писал: "От того, что каждого учат читать, в конечном итоге портятся не только тексты, но и идеи".

Для Ницше коммунизм и распространение культуры среди широких масс означают конец самой культуры. Предпочтительным с точки зрения сохранения искусства он считает тот социальный порядок, который существовал в обществе рабовладельческого типа: "Чтобы сохранялась обширная, глубокая и плодородная почва для развития искусства, огромное большинство должно находиться на службе у меньшинства, должно, в условиях рабства и в значительно большей мере, чем ему бы самому хотелось, подчиняться задачам борьбы за существование" ( Сочинения о греческом государстве).

Взгляды Ницше на политику и общество

Как мы видели, здоровая культура в представлении Ницше - это создание элиты, которая опирается на общество, разделенное по рангам. После 1871 г. Ницше на протяжении некоторого времени связывал определенные надежды с объединенной Германией Бисмарка. На протяжении этого периода, когда Германия занималась своей консолидацией в рамках Европы, в его работах преобладала умеренная тональность. В своих сочинениях он выступал против крайних форм национализма и провозглашал идеал "доброго европейца", который активно стремится к "объединению наций". Но прежде всего Ницше увидел в Бисмарке прочный оплот против социализма.

В откровенном пассаже из книги Странник и его тень(1880) Ницше авторитетным тоном рассуждает о реформистском проекте изгнания призрака социализма с помощью прогрессивных налогов: "Поскольку социализм представляет собой доктрину, выступающую за отмену частной собственности, он настолько чужд людям, насколько это только возможно. И если однажды они с помощью преобладающего парламентского большинства обретут власть устанавливать налоги, тогда они смогут обложить прогрессивным налогом капиталистов, купцов и князей фондового рынка, а потом постепенно сформируют средний класс, способный забыть социализм словно болезнь, от которой он излечился".

Бисмарка как политического деятеля обычно прославляют за его прагматическое сочетание Zuckerbrot und Peitsche("кнута и пряника"). У Ницше вызывал тревогу как бисмарковский "пряник" ( Zuckerbrot), то есть его уступки народным массам, пробуждающие демократические чувства, так и беззастенчивая жадность недавно появившегося класса германских капиталистов. Его печалило подчинение культуры новому капиталистическому Молоху: "Образованные классы и сословия вытесняются экономикой презренных денег... Теперь почти всем на свете повелевают самые грубые и самые порочные силы, эгоизм денежных воротил и военных деспотов" ( Несвоевременные размышления).

В примечаниях к одной из своих последних работ Ницше формулирует собственную альтернативу угрозе социализма с одной стороны, и обществу, основанному на банальном обладании богатством, - с другой. Он призывает к установлению строго иерархического порядка, чтобы обеспечить преобладание правящей аристократической элиты. Его любимый общественный строй - это рабство.

"В нашу эпоху всеобщего раскрепощения ( suffrage universel), то есть когда каждый может высказывать суждение о ком угодно и о чем угодно, я испытываю стремление к тому, чтобы восстановить иерархический порядок ... Верно то, что греки погибли из-за рабства, но еще более верно то, что мы погибаем вследствие отсутствия рабства... Как же приятно думать о крепостном крестьянине средних веков, о прочных и учтивых связях юридического и морального плана, которые соединяли его с своим господином, об узких пределах, наполненных чувством очерченного существования" (примечания из книги Воля к власти, 1888). И еще в том же духе: "Рабство не следует запрещать; оно необходимо. Мы лишь должны понять, что люди проявляются в том, при ком они работают" [5].

Сочинения, написанные Ницше на протяжении последних пяти лет, когда его еще не покинул рассудок, наполнены презрением к широким людским массам, мальтузианскими диатрибами против равенства и "низменной" гуманности, хвалебными гимнами во славу милитаризма и военных доблестей, а также апологией "нового человека" - Uebermensch(то есть "сверхчеловека"). Согласно Ницше, рабство и эксплуатация соответствуют естественному порядку вещей: "Ненависть, злобный восторг по поводу несчастья других, стремление грабить или повелевать и, наконец, все прочее, что зовется злом, относится к самому изумительному способу сохранения видов" ( Веселая наука, 1882).

Ницше не испытывает ничего, кроме презрения к широким народным массам, которые он именует просто "толпой". Одна из глав его книги Так говорил Заратустра посвящена именно толпе, и там он пишет буквально следующее: "Жизнь - это источник наслаждения, но там, где пьет толпа, все колодцы отравлены" ( О толпе).

Из этого краткого рассмотрения работ Ницше можно сделать определенный вывод об основных положениях его теории и том, чьи специфические интересы она отражала. В нем уживались две души: с одной стороны, мелкобуржуазный художник, или Kunstler(собственные попытки Ницше сочинять музыку оказались бесплодными), глубоко встревоженный прогрессивным развитием общества, науки и распространением знаний; художник, который кричит "остановитесь!", который стремится лишь к глубоко элитарной культурной альтернативе, основанной на иллюзии, мифе и инстинкте. С другой стороны, в своем неприятии "экономики презренных денег" и апологии строго иерархического общества Ницше определенно отражает интересы германских юнкеров - аристократической и феодальной прослойки, которая видела в новых социальных порядках угрозу для своих традиционных привилегий.

В Ницше, несомненно, проявилась еще одна типичная черта, характерная для либеральной германской интеллигенции, не лучшим образом показавшей себя в 1848 г. Несмотря на весь свой словесный радикализм, заявления о "смерти Бога", намерении построить "философию при помощи молота" и выпады против "презренных денег", Ницше оставался решительным противником революции: "Исторический опыт научил нас, что каждая такая революция, к сожалению, означает возвращение самой дикой энергии в виде давно исчезнувших ужасов и крайностей самых отдаленных эпох... Это уже не умеренная вольтерианская природа, склонная к упорядочению, очищению и восстановлению, а безрассудные чувства и полуобманы Руссо, вызывающие к жизни оптимистический дух Революции, и в ее сторону я кричу: "Раздавите гадину!"" (Человеческое, слишком человеческое).

Характерное для Ницше отрицание революции и страх перед рабочим классом означали, что его радикализм никогда не содержал в себе угрозу для недавно появившейся и алчной германской буржуазии. Она могла манипулировать его апологией войны и всего милитаристского, чтобы оправдать собственные планы империалистической экспансии на исходе века. Новые слои среднего класса, ориентировавшиеся на спекуляцию и рост финансовых рынков, тоже могли воспринимать ницшеанскую "философию жизни" как нечто близкое для себя: "Жизнь по своей сущности есть присвоение, притеснение и порабощение всего чужого и более слабого; подавление, жестокость, навязывание своего, полное подчинение или, по меньшей мере, эксплуатация" ( По ту сторону добра и зла, 1886) [6].

Активная идеологическая кампания Ницше, направленная на то, чтобы повернуть часы истории вспять, нашла мощный отклик в следующем столетии. В двух оставшихся частях статьи мы рассмотрим, как различным общественным силам и движениям двадцатого века удавалось использовать многие аспекты ницшеанской теории в собственных целях.

Примечания:

1. Обстоятельства жизни в семье Ницше указывают на давние истоки его проблем в отношениях с женщинами. Обе попытки его предполагавшейся женитьбы провалились. В работах не только самого Ницше, но также и Шопенгауэра проявлялось самое уничижительное отношение к женщинам. Выдающийся немецкий марксист Франц Меринг в своем знаменитом эссе о Шопенгауэре упоминает, что философ пессимизма на страницах сочинения О женщинах сравнивал их с муравьями. Ницше со своей стороны имел обыкновение помещать женщин в кампанию коров. См. также главу "О женщинах молодых и старых" в книге Так говорил Заратустра.

2. Уничтожающую критику безволия германских радикалов в 1848 г. можно найти в книге Фридриха Энгельса Революция и контрреволюция в Германии.

3. Книга Дьердя Лукача (Lukacs) Разрушение разума(1946) при всех своих недостатках по-прежнему остается одним из лучшим примеров обращения исторической науки к германской "иррационалистической философии" девятнадцатого века. Как теоретик Лукач оказался на голову выше большинства тех интеллектуалов, которые работали при Сталине в Советском Союзе. Однако по ряду позиций Лукач в Разрушении разума подстраивается под сталинистскую ортодоксию. В последней главе своей книги Лукач явно следует сталинской пропаганде, превознося социализм как систему, которая вдохновляет "осознанную национальную жизнь и культуру". В других фрагментах книги Лукач слишком широко раскидывает свою сеть "иррационализма". Согласно Лукачу, любая прогрессивная буржуазная философия так или иначе имеет отношение к Ницше. В результате он приходит к тому, что встраивает прогрессивные и демократические аспекты идей таких философов, как американский прагматик Джон Дьюи, в свое расширительное толкование иррационализма.

4. Не следует недооценивать элементы эклектики в учении Ницше. Стефан Ашхейм (Aschheim), автор книги, которая будет рассмотрена в третьей части данной статьи, отмечает некоторые течения, опиравшиеся в двадцатом веке на ницшеанскую мысль, и называет в их ряду феминизм (см. примечание 1), организационно оформленную религию (см. примечание 5) и даже вегетарианство!

5. Ницше часто представляют в качестве воинствующего атеиста, который провозгласил "смерть Бога". Ницше никогда не критиковал религию с научных или материалистических позиций и в своих работах нередко осуждал распространение секуляризации. Он был, как мы уже видели, стойким защитником роли мифа и иллюзии. По сути, во множестве текстов, где он критикует лицемерие христианской религии, его стрелы летят строго в направлении демократических элементов христианства. В ряде своих работ Ницше высоко отзывается об определенных формах индийской религии с ее четкой системой каст и социальных рангов.

6. Молодой Лев Троцкий написал проницательное эссе о Ницше в год смерти последнего - в 1900-м. Троцкий пишет, что ницшеанская философия несет особое послание тем, кого он именует паразитическим пролетариатом, социальному слою, который появляется вместе с капитализмом и занимает более привилегированное положение, чем просто люмпен-пролетариат. Ницшеанские размышления о сверхчеловеке( Uebermensch), как пишет Троцкий, особенно удачно служат для оправдания идеологии следующих категорий: "финансовых авантюристов, спекулянтов фондового рынка, неразборчивых политиканов и газетных манипуляторов". Статья Троцкого опубликована в издании Cahiers de Leon Trotsky, vol. 1, ed. by Pierre Broue ("Кое-что о философии сверхчеловека", Собр. соч., М.-Л, 1926, т. 20, с. 147-161).