|
МСВС : МСВС/Р : Новости и комментарии : Ближний Восток : Ирак
Версия для распечатки
Разграбление багдадского музея и библиотеки — Правительство США замешано в запланированной краже художественных сокровищ Ирака
Энн Тэлбот
28 апреля 2003 г.
Перевод данной статьи, появившейся на английской странице МСВС 19 апреля 2003 года, мы публикуем с сокращением и небольшими изменениями.
Когда приобрели огласку масштабы разграбления иракского Национального музея в Багдаде, стало ясно, что это событие произошло отнюдь не случайно. Скорее, оно явилось результатом заранее спланированного воровства культурных и исторических сокровищ музеев Ирака.
Если бы Национальный музей был разграблен бедняками из трущоб, то это уже было бы серьезным преступлением, ответственность за которое легла бы на оккупационную армию, которая отказалась, несмотря на неоднократные предупреждения, организовать защиту иракского культурного наследия.
Однако, когда сотрудники музея смогли сообщить подробности происшедшего, выяснилось, что грабеж был отнюдь не беспорядочным. Это была работа людей, которые знали, за чем пришли. Они даже захватили с собой необходимые инструменты.
Доктор Дони Джордж (Dony George), глава Багдадского музея, сказал: «Я уверен, что эти люди знали, чего они хотят. Они не тронули гипсовую копию Черного Обелиска [памятник ассирийской эпохи IX века до н.э., оригинал которого находится в Британском музее]. Это значит, что они были подготовлены. Они не тронули копии».
Выступая в новостях 4-го канала английского телевидения, он сказал доктору Джону Кертису (John Curtis) из Британского музея, что среди украденного — священный золотой сосуд из Варки [библейский Ур Халдейский] пятитысячелетнего возраста, аккадское подножие статуи и ассирийская скульптура. Доктор Кертис заметил: «Это все равно, что украсть Мону Лизу».
Только спустя неделю после грабежа доктор Джордж смог сообщить археологам всего мира, что именно пропало. Американское командование не предприняло никаких усилий для того, чтобы помешать ворам вывезти добычу из Багдада или начать международные розыски.
Американское нежелание вмешаться нельзя объяснить недостатком предупреждений. Археологи и историки искусства заранее сообщали Пентагону об опасности грабежа. Доктор Ирвинг Финкель (Irving Finkel) из Британского музея сообщил четвертому каналу, что грабеж был «вполне предсказуем и легко предотвратим».
Музей стал жертвой тщательно спланированного налета. Воры, забравшие самые ценные экспонаты, пришли в музей с оборудованием для поднятия тяжелых объектов, которые сотрудники не смогли вынести из залов, а также с ключами от укрепленных хранилищ, куда были помещены самые уникальные предметы. Со времен нацистского запланированного ограбления музеев Европы мир не видел подобного преступления.
Интернет-публикация в журнале BusinessWeek от 17 апреля, появившаяся под заглавием: «Были ли багдадские воры древностей наготове?» — содержала подзаголовок: «Они могли знать, что искать, потому что торговцы антиквариатом заранее сделали свои заказы».
Статья сообщает: «Можно подумать, что преступники только и ждали падения Багдада, чтобы начать действовать. Джил Дж.Стейн (Gil J. Stein), профессор археологии Чикагского университета, десятилетиями проводивший раскопки в Ираке, считает, что самое важное было заказано антикварами заранее. "Они искали вполне определенные артефакты, — сказал он. — И они знали, где искать"».
Со времен войны 1991 года иракские древности из ограбленных музеев и раскопок заполонили рынки. Статуи распиливали на части, чтобы вывезти из страны, раскопки производились бульдозерами.
Но эта первая волна грабежей только разожгла аппетиты коллекционеров, уже ограбивших Дальний Восток, Латинскую Америку и итальянские археологические раскопки. Когда лопнул мыльный пузырь мирового фондового рынка, произведения искусства и древности стали в еще большей степени рассматриваться в качестве надежного вложения денег, а подпольный рынок отреагировал на это соответственным образом.
Незаконная торговля антиквариатом считается не менее прибыльным бизнесом, чем наркоторговля, и обе сферы зачастую связаны друг с другом. Согласно отчету Института археологических исследований Макдональда, опубликованному в 2001 году Лондоне и Нью-Йорке под заглавием «Противозаконная торговля древностями: Разрушение мирового археологического наследия», существуют несколько наиболее важных рынков для подобного рода товара. Швейцария, чьи законы позволяют считать произведения искусства законной собственностью после пятилетнего пребывания в стране, является главным перевалочным пунктом торговли древними произведениями искусства.
Профессор лорд Ренфру (Renfrew), глава Института археологических исследований Макдональда в Кембридже, сообщил на пресс-конференции, что эта торговля продолжается потому, «что правительство в кармане у торговцев искусством и их клиентов, которые не желают препятствий притоку товара». Он добавил при этом: «Это позор».
После появления сообщений о грабеже, правительство Блэра спешно созвало пресс-конференцию в Британском музее, а министр культуры Тесса Джуэлл (Tessa Jowell) пообещала оказать официальную поддержку для защиты иракских древностей.
Но даже в тот момент, когда она вступала, грабители продолжали опустошать Национальную библиотеку Ирака. Хранилище редчайших, многовековой давности иллюстрированных экземпляров Корана и других образцов исламской каллиграфии, невосстановимых исторических документов времен Османской империи, было подожжено, в результате чего погибло неизвестное число текстов.
Репортер Роберт Фиск (Fisk), увидев пламя, бросился к американским морским пехотинцам, пытаясь спасти хотя бы часть коллекции, но они отказались помочь. Фиск пишет в британской Independent : «Я показал им место на карте, точное название на арабском и английском. Я сказал, что дым виден за три мили [около 5 км] и добраться туда можно за пять минут. Полчаса спустя их не было и в помине, а пламя поднялось метров на 60 вверх» (1).
После участи, постигшей багдадский музей, можно сделать логичный вывод, что поджог библиотеки был заметанием следов организованного грабежа заранее отобранных рукописей для богатых коллекционеров. Они сожгли книги — еще одна характерная черта поведения нацистов.
Роль Американского совета по Культурной политике
Непосредственно после этих двух разрушительных набегов на объекты культуры внимание оказалось обращено на Американский совет по Культурной политике (АСКП). Даже английские СМИ, которым приходится считаться с одним из наиболее строгих в мире законов против клеветы, были готовы предположить, что АСКП мог повлиять на политику американского правительства относительно иракского культурного наследия.
АСКП был организован в 2001 году группой богатых коллекционеров искусства для того, чтобы добиваться отмены закона «О культурной собственности», который пытался регулировать торговлю произведениями искусства и препятствовать потоку краденного, льющегося в США из-за границы. АСКП защищал торговца антиквариатом из Нью-Йорка Фредерика Шульца (Frederick Schultz), осужденного по закону об Украденной национальной собственности; а также протестовал против использования решения суда 1977 года по делу «США против МакКлейна» (US v. McClain) как прецедента в делах о краденых произведениях искусства.
По делу МакКлейна американский судья постановил, что произведения искусства и украшения доколумбовой эпохи, ввезенные в США без ясно выраженного согласия мексиканского правительства, должны считаться краденой собственностью. По мексиканским законам все археологические находки — государственная собственность, их экспорт запрещен. И Мексика — не единственная страна с подобным законодательством.
Эштон Хокинс (Ashton Hawkins), ведущий юрист по вопросам торговли произведениями искусства и основатель АСКП, считает такие законы «слишком охранительными» («retentionist»). Он осудил страны с богатыми археологическими «ресурсами» за попытки защитить археологические раскопки и музеи путем введения законодательных ограничений, и заявил, что при Клинтоне такая «охранительность» стала основой государственной политики.
Хокинс не сводит глаз с ближневосточных музеев. Он призвал к рассредоточению египетских древностей, хранящихся в Каирском музее (2). «Я хотел бы предложить, — сказал он, — чтобы Каирский музей предложил музеям по всему миру возможность приобрести до 50 объектов из своих коллекций. В ответ музеи могли бы существенным образом помочь в деле строительства нового музея на плато Гизы — например, в размере 1 миллиона долларов каждый».
Организационное учредительное собрание АСКП произошло на Пятой авеню [богатый квартал Нью-Йорка] в квартире Гвидо Гольдмана (Guido Goldman), коллекционера узбекских тканей. Среди присутствовавших находился Артур Хотон (Arthur Houghton), бывший куратор музея Гетти в Малибу в Калифорнии, печально известного своими выставками экспонатов сомнительного происхождения. В 2000 году Хокинс ушел на пенсию с поста вице-президента совета попечителей музея Метрополитен в Нью-Йорке, в котором, по словам бывшего директора этого музея Томаса Ховинга (Thomas Hoving), собраны многие предметы искусства, украденные из гробниц этрусков.
Еще до нападения на Ирак представители АСКП встречались с чиновниками Пентагона, используя эту встречу для выражения озабоченности относительно судьбы иракских древностей. В чем состоит эта озабоченность, видно из слов казначея АСКП Уильяма Перлштейна (William Pearlstein), который считает соответствующие иракские законы «слишком охранительными». АСКП отрицает, что желает изменения этих законов, но грабеж музеев и библиотек по существу упразднит эту проблему, если изменятся американские законы о краденых объектах искусства и древности.
Профессор Джон Мерримен (John Merryman) из Школы права Стэнфордского университета, член АСКП, призвал американские суды «избирательно применять международные законы о контроле над экспортом». Другими словами, ввоз украденного в Багдаде станет совершенно легальным, если суды США решат не признавать иракских законов.
Мерримен фактически сформулировал организационные принципы АСКП в 1998 году в статье о том, что факт кражи произведения искусства сам по себе не должен служить препятствием для его законного ввоза в США.
Он заявил буквально следующее: «Существование рынка сохраняет объекты культуры, которые в ином случае могли бы быть разрушены или заброшены, придавая им рыночную цену. В открытой легитимной торговле объекты культуры могут попасть к людям, которые выше всего ценят их и поэтому наверняка позаботятся о них» (International Law and Politics, vol. 31:1.)
От такого самоoпрaвдания разит лицемерием. Богатые коллекционеры могут сейчас указать на хаос, царящий на улицах Багдада, грабеж музея и поджог библиотеки как на доказательство того, что иракцы не способны или не желают — по бедности или невежеству — позаботиться о своих сокровищах, которые были бы в лучшей сохранности в американских музеях или частных коллекциях.
АСКП представляет интересы наиболее алчной группы американских правящих классов, которые действуют под девизом: все — даже бесценное с точки зрения науки или искусства — определяется «рыночной стоимостью».
Они имеют в виду только денежную стоимость, поскольку ценность украденного из музея и библиотеки невозможно подсчитать. Эти люди буквально знают цену всему и не умеют ценить ничего.
Осуществление требования, согласно которому рынок должен решать, кто может владеть произведениями искусства и археологическими находками, а кто нет, отдаст предметы древних культур в руки богатого меньшинства, а доступ к ним окажется в полной зависимости от воли частных владельцев. Несмотря на то, что многие члены АСКП связаны с общественными учреждениями, их цель иная. Она прямо противостоит идее доступности искусства и археологических знаний для широких масс. Представители АКСП не только пытаются изменить законы других стран, но и выступают против самых прогрессивных традиций американского общества, всегда гордившегося общедоступностью своих музеев.
Примечания:
1. В другой статье Фиск предположил, что поджог библиотеки был организован: поджигатели приехали из-за города на автобусах, и когда один из них заметил Фиска, который узнал его по предыдущему поджогу, то пригрозил ему оружием.
2. Предложение Хокинса противоречит самим основам музейной науки: предметы, связанные с историей цивилизации, должны по возможности оставаться на месте их обнаружения и все вместе, поскольку они — части единого целого, понять и изучить которое невозможно, если целостность нарушена. Выставки и туризм предоставляют возможность массовым посетителям ознакомиться с сокровищами древних культур, а ученые могут работать в музее-хранилище на месте. Однако для богатых коллекционеров все это не имеет никакого значения.
К началу страницы
МСВС ждет Ваших комментариев: wswsru@gleichheit.de
© Copyright
1999-2008,
World Socialist Web Site |
