www.wsws.org/ru/2005/dez2005/luz1-d12.shtml
Нижеследующие заметки — это не пересказ вышедшей относительно недавно книги, которая представляет собой пошлейшую попытку приукрасить действительность и усыпить мысль читателя. Книга Медведева используется автором лишь как отправной пункт и общий фон для того, чтобы говорить о более значимой теме: развитии российского капитализма в его наиболее успешном и центральном пункте — российской столице Москве.
В начале 2005 года на российском литературном рынке появилась новая книга известного писателя Роя Медведева Московская модель Юрия Лужкова. В 2004 году Медведев переиздал в обновленном виде свою апологию о Владимире Путине. Мы уже имели возможность писать о первоначальном варианте этой книги, изданной в 2001 году (см. очерк Время Путина? или бывший левый диссидент в роли придворного астролога ), и поэтому решили обойти новую книгу о Путине стороной. В данной статье мы намерены рассмотреть "московскую модель" российского капитализма, которая по оценке автора книги, — поддерживаемой, впрочем, большинством обозревателей как внутри России, так и на Западе, — представляет собой наиболее яркое достижение капиталистической реставрации на территории бывшего Советского Союза.
Характер книги
Главной особенностью этой книги является подобострастное отношение автора к объекту своего "анализа". Медведев наделяет Юрия Лужкова всевозможными достоинствами и добродетелями, не жалея самых ярких красок.
Лужков — военный герой: "Он (Лужков) принял власть в мэрии, как полководец принимает командование армией, только что понесшей тяжелое поражение и вынужденной отступать. Лужков сумел остановить это отступление, мобилизовать людей и резервы и добиться успеха почти на всех направлениях. На протяжении нескольких лет работа в мэрии была для Лужкова большим непрерывным сражением, и не только за Москву, но и за всю Россию. Но, как в годы жестоких боев Отечественной войны прошел отбор и выдвижение самых сильных генералов и маршалов, так и вокруг Лужкова постепенно сплотилась та мощная команда руководителей-хозяйственников, которую мы называем сегодня "московской группой"" (с. 9, повторено на с. 276).
Лужков — герой науки. "Юрий Лужков быстро продвигался вперед и как ученый, и как инженер-конструктор, и как администратор... он получил Государственную премию и был награжден орденом Трудового Красного Знамени, а потом и орденом Ленина" (с. 250). "Это был сложившийся 50-летний ученый и опытный администратор, хороший специалист в нефтехимии, знаток приборов и оборудования, имевший в этой области немало авторских свидетельств" (с. 251).
Лужков — герой литературы и искусства. Ельцин присудил ему Государственную премию "за сооружение мемориального комплекса на Поклонной горе" (с. 296).
Лужков — "российский богатырь-самородок" (с. 24). И т.д.
Византийская лесть опускается до непристойного уровня сталинской и брежневской эпох. Вот несколько характерных примеров: "программный доклад Юрия Лужкова был большим и содержательным документом" (с. 400); во время празднования 60-летия Лужкова, "вопреки его желанию, этот день был отмечен множеством разного рода торжественных мероприятий" (с. 300). "Юрий Лужков показал себя в 1999 году выдающимся российским политиком, самым талантливым и умелым из всех, кто выступал в предшествующие годы на российской политической сцене" (с. 423).
Для Роя Медведева Лужков — открытая душа, настоящий русский, горячий и привлекательный, свой до доски, футболист, теннисист, пловец, даже конник. В его окружении "нет царедворства и интриг".
Иной раз наведение лоска на действительность доходит прямо до смешного. Вторая жена Лужкова Елена Батурина владеет одним из крупнейших в России строительным и финансовым комбинатом, но это просто совпадение. Один из московских богачей, долларовый миллиардер Владимир Евтушенков имеет свободный вход в кабинет Лужкова, но он не олигарх (с. 55).
Как мы замечали в нашей рецензии книги о Путине, Медведев уже давно из опального диссидента превратился в представителя правящего истеблишмента и лояльного сторонника режима. В книге о Ю. Лужкове он доходит до логического конца в своем преклонении перед "сильной" и "стабильной" властью. С восторгом он замечает, что Лужков правит Москвой уже дюжину лет: "Мэрия и правительство Москвы являются на сегодня самыми стабильно работающими учреждениями власти в России... Все эти годы Юрий Лужков неизменно входил в тройку самых влиятельных политиков России, уступая только президенту и премьеру страны, имена которых, однако, менялись" (с. 12).
В своих старых книгах, принесших ему мировую известность, Медведев писал, что режим Сталина подорвал силу Советского Союза. В новой книге он, наоборот, идентифицирует сталинский режим с достижениями советского хозяйства: "С именем Кагановича связаны не только громадные разрушения в исторической части города, но и строительство первых очередей Московского метрополитена" (с. 25). Мы можем напомнить Рою Медведеву (сыну командира Красной армии, расстрелянного в 1937 году), что с именем Лазаря Кагановича связаны расстрелы и каторга тысяч инженеров, техников и простых рабочих, которые строили московское метро.
Но чем же заслужил московский мэр столь неумеренные похвалы Р. Медведева?
Столица российского капитализма
Москва в изображении Медведева — это огромная строительная площадка, где сооружаются сотни высотных зданий для офисов и роскошных квартир для "новых русских". Не забывают, правда, и бедных горожан, стоящих на очереди: московское правительство выторговало для очередников примерно треть от общего объема вводимого в строй жилья (с. 66).
Р. Медведев считает строительство "главным звеном экономики Москвы". Строительство "стало на сегодня главной частью и главной движущей силой в экономике столицы" (с. 60). Медведев замечает, что покупатели готовы покупать квартиры и офисы даже до окончания проекта, платить вперед, платить наличными. Он отмечает огромную прибыльность этого сектора экономики: "вложения в строительство приносили и продолжают приносить около 100% прибыли в расчете на год. При таких размерах прибыли строительная индустрия не испытывала того недостатка в капиталах, который был у нее в 1992—1994 и в 1998—1999 годах. Предложения средств идут от банков Москвы и из регионов, от стран СНГ и от других зарубежных инвесторов. В жилищное строительство готовы вкладывать средства паевые инвестиционные фонды (ПИФы) и пенсионные фонды, страховые компании, частные лица — словом, все те, у кого есть "свободные" деньги... Строить жилье и связанные с ним объекты готовы столь многие компании и корпорации, что мэрия Москвы уже в 2003 году стала производить отвод земель под строительство не только на конкурсной, как было и раньше, но и на аукционной основе. Это в свою очередь существенно увеличивает доходы городского бюджета, которые можно расходовать на социальные нужды, на культуру, на все другие городские программы. Немалую прибыль могут получать и покупатели жилья, так как стоимость его в Москве растет в последние годы не менее чем на 25—30% в год" (с. 69).
Итак, Москва в книге Медведева изображена как своего рода "фабрика денег". Все богатеют: строительные компании, покупатели недвижимости, банки, фондовые и разные другие финансовые предприятия, вкладывающие деньги в постройку офисов, шоссе и дорогих квартир. Книга местами читается как рекламная брошюра о выгоде покупать московскую недвижимость. Чтобы восстановить потрепанную репутацию скептика или реалиста, Медведев задает нам риторический вопрос: "Когда же лопнут раздутые цены?", — но тут же заверяет читателей, что все хорошо, цены отражают действительное положение вещей и будут расти дальше (с. 135).
Московское правительство распределяет очередность проектов, отводит земельные участки, разрешает или запрещает проводку дорог, коммуникаций, канализации и т.д., и, конечно, собирает деньги с заказчиков этих строек. Мэрия также осуществляет собственное строительство: "Многие новые строительные проекты московского правительства были связаны со строительством и восстановлением церквей, обилием и красотой которых Москва славилась еще в XVI веке" (с. 61).
"Новые русские" и церковь
Передовые умы XIX века смотрели на строительство храмов с отвращением и объясняли народу, что, во-первых, перед обществом стоят гораздо более жгучие задачи; во-вторых, постройка храмов служит правящему классу в целях увести внимание масс от роскошных особняков и дорогих притонов для элиты; и, наконец, в-третьих, власть и богачи любят церковь за то, что религия внедряет покорность и тупость среди трудящихся масс. Рой Медведев думает иначе. Считая себя "социал-демократом" (в книге автор неоднократно ссылается на свои умеренно-социалистические убеждения), он считает серьезным достижением московского хозяйства постройку сотен больших и малых церквей, фешенебельных жилых домов, роскошных торговых центров и шоссейных дорог для российских и заграничных миллионеров.
Современный Панглосс лишь скромно отмечает: "Для позолоты куполов храма глава банка СБС-Агро Александр Смоленский передал около 70 килограммов золота. Не остались в стороне и другие олигархи. Конечно, это были не слишком праведно заработанные деньги" (с. 62).
Медведев пишет о заигрывании Лужкова с православной иерархией: московский мэр крестился в 1993 году, носит небольшой крестик, появляется на публичных молебнах и праздниках вместе с попами и патриархами. Он якобы сам не верующий, но "хорошо знает и историю христианства и Библию", а про себя заявляет: "Верующим себя не считаю. Да, я крещеный человек, и это осмысленно, осознанно. Верю христианским принципам и хотел бы, чтобы они были реализованы в обществе" (с. 481).
В России и других республиках бывшего Союза есть масса политических деятелей, которые в определенный период своей биографии, как правило, на рубеже 1980-1990-х годов, приобщились к одной из ведущих традиционных религий, так что теперь христианский крестик, еврейская ермолка или мусульманская сутана плюс публичное отправление культа освящают их персону: они "под Богом ходят" и "Законы блюдут". На Западе деятели официозной общественно-политической сцены обычно наследуют религиозную конфессию от родителей и всегда клянутся своей несгибаемой верой. На востоке Европы политики отбросили веру в "коммунизм" в 1991 году и "нашли" Христа или Магомета. Между тем многие их избиратели все еще помнят азы физики и биологии, так что вера в "таинство Причастия" и в силу восковых свечей кажется, мягко говоря, смешной. По этой причине Лужкову и Путину и иже с ними приходится, чтобы не казаться суеверными, играть роль "просвещенных мирян", не сильно верующих, но уважающих "христианские принципы" и "моральные заветы православия".
Было бы преувеличением сказать, что они меняют "веру" как перчатки. Пару перчаток можно надевать и снимать много раз на день, а политические деятели должны играть роль верующих годами и десятилетиями. Вот, например, Джордж Буш-младший "нашел Христа" в возрасте сорока лет и играет роль полу-святоши до сих пор. Злые языки могут говорить: Буш проводит законы в пользу богатых и назначает реакционных судей в Верховный суд для того, чтобы сохранить и усугубить социальное неравенство. Но буржуазные газеты и ТВ множеством голосов настаивают, что это лишь выражение христианской веры Буша-младшего, что для него определяющим фактором является отношение к абортам и к теории эволюции (он и Бог — против), а также к смертной казни и праву носить оружие (Бог и он — за).