www.wsws.org/ru/2005/jan2005/prot-j31.shtml
Волна протестов против монетизации льгот, начавшаяся в первых числах января, не только не ослабла за прошедшее с этого момента время, но, напротив, приобрела еще больший размах, расширив свою географию и получив еще более систематический характер.
Четыре последние недели показали, что широкие слои общества — не только пенсионеры и инвалиды, но также студенты, военные и прочие — чувствуют себя глубоко обделенными в социальном отношении и готовы участвовать в открытых действиях по защите своих базовых социальных прав. Уже одно это полностью разоблачает аргументы тех, кто утверждал, что население России пассивно смирилось со своей участью и парализовано пропагандой правительства и контролируемых им СМИ.
Шествия и митинги состоялись в десятках городов разных регионов страны. В Пензе на улицы выходило 1,5 тысячи человек, в Ставрополе — 1 тысяча, в Бийске — 3 тыс., в Новосибирске — 1,5 тыс. Митинги и пикеты были проведены также в Казани, Саратове, Благовещенске, Орле, Калуге, Череповце, Пскове, Красноярске и многих других городах. Начав с лозунгов пересмотра планов правительства по монетизации льгот, участники акций протеста все чаще выдвигают политические требования — отставки правительства и президента, а также пересмотра всего курса реформ в социальной сфере.
Характерными в этом отношении стали события в Санкт-Петербурге. На родине трех русских революций протесты приобрели наибольший размах. 15 января в разных частях города состоялись шествия и митинги, в которых приняло участие более 13 тысяч человек. Манифестанты перекрыли несколько центральных улиц, в том числе подъезды к Смольному — зданию, где располагается резиденция губернатора Валентины Матвиенко, занявшей свой пост при активной поддержке президента В. Путина.
Среди лозунгов протестующих были: "Верните наши льготы!", "Народ, проснись!", "Путина и Матвиенко — в отставку!", "Тяжелей были времена, но не было подлей", "Гитлер отнял у нас детство, а Путин — старость!". Участники протеста потребовали приостановить действие 122-го федерального закона о монетизации льгот и подготовить соответствующую законодательную инициативу об его отмене на всей территории России, а также увеличить базовую часть пенсии с 650 до 3000 рублей по всей территории страны.
Часть протестующих была исполнена настроения отчаянной решимости. Немолодые уже люди выходили на проезжую часть, останавливали автомобили и общественный транспорт. По свидетельству одного журналиста, пожилая участница протеста на Невском проспекте сказала вагоновожатому трамвая, остановленному шествием: "Да мне уже все равно, где умирать, лучше давите! Я не хочу сдохнуть от голода в безвестности, лучше уж на людях под трамваем!"
В тот же день во время одной из манифестаций на Московском проспекте Петербурга погиб 79-летний ветеран труда Александр Айол, который был задавлен автомобилем, окруженным группой негодующих пенсионеров.
Напуганное размахом протестов и решительным настроем их участников, правительство, поначалу стремившееся снять с себя всякую ответственность и переложить вину за всплеск недовольства на региональные власти, решило пойти на частичные уступки. 15 января в Петербург прибыл президент Путин, который встретился с губернатором В. Матвиенко и обсудил с ней сложившуюся ситуацию. Вечером того же дня на экстренном заседании правительства было объявлено о том, что именно власти собираются сделать.
Выступивший на заседании министр здравоохранения и социального развития Михаил Зурабов, главный архитектор и куратор реформы по монетизации льгот, пообещал ввести льготный проездной билет для пенсионеров по всей стране. Он заявил, что Минфин рассмотрит в ближайшее время возможность паритетного финансирования проездного билета за счет федерального бюджета.
Вслед за тем правительством было принято решение о повышении с 1 февраля 2005 года базовой части пенсии на 15%. Ранее планировалось увеличить размер пенсий только в августе и всего на 5%. В дополнение к этому правительство пообещало также проиндексировать выплаты льготникам уже в августе этого года, а не в начале 2006 года, как предполагалось поначалу.
Эти меры, политически означающие пусть небольшую и весьма относительную, но все же победу протестующих, едва ли смогут улучшить положение наиболее обездоленных масс. По признанию полпреда президента в Северо-Западном федеральном округе Ильи Клебанова, с 1 февраля произойдет скачок стоимости услуг ЖКХ в среднем на 30-40%, а также тарифов на газ и электроэнергию. С другой стороны, не должно быть сомнений: при первой же возможности российское правительство попытается сбросить взятые на себя обязательства, чтобы вернуться к первоначальным планам.
Самый беглый анализ того, каким образом проводимая социальная реформа должна быть реализована, показывает, что правительство даже не располагает механизмом для выполнения объявленных уступок. Формирование региональных и федерального бюджетов на 2005 год происходило на основе принятого летом прошлого года закона о монетизации льгот, который внес радикальные изменения в структуру межбюджетных отношений. Льготные категории граждан оказались поделены на две части — на федеральных и местных. Численность федеральных льготников составляет приблизительно 14 млн. человек, а региональных — около 20 млн. В связи с этим в бюджетах, особенно федеральном, были значительно урезаны статьи расходов на социальные нужды. Если учесть, что 70% региональных бюджетов являются дотационными, то незапланированная нагрузка на федеральный бюджет в соответствии с обещанием М. Зурабова должна резко возрасти.
Министр финансов России Алексей Кудрин оценил дополнительные расходы, необходимые для решения текущей проблемы, в 100 млрд. рублей, однако при этом объявил, что дотации на городской транспорт регионы получат лишь в том случае, если местные власти оплатят 70% стоимости проездных билетов. Эта цифра является неподъемной для большинства бедных регионов и означает только одно — сворачивание в скорой перспективе обещаний правительства предоставить бывшим льготникам бесплатный проезд на общественном транспорте.
Другой уступкой властей можно считать временное замораживание плана отмены отсрочек службы в армии для студентов. В декабре прошлого года министр обороны России Сергей Иванов заявил, что эти отсрочки будут срочно ликвидированы. Сейчас, опасаясь, что проведение в жизнь этого намерения толкнет в ряды протестующих дополнительные слои студентов, правительство пошло на попятную.
Еще один слой общества, который существенно пострадает от монетизации льгот, — это военнослужащие и их семьи. Из некоторых сообщений СМИ, видно, что армейские кадровики уже прогнозируют резкий отток молодых офицеров из войск и сокращение набора курсантов в военные училища. Опасаясь того, что недовольные военные присоединятся к пенсионерам, помощник главы правительства по вопросам социальной защиты военнослужащих генерал Владимир Шаманов предложил наложить временный мораторий на закон о монетизации льгот до принятия "политического решения по каждому субъекту федерации". Бывший губернатор Ульяновской области, известный своей жестокостью во время Чеченской войны, В. Шаманов предложил военным "бунтарям" не митинговать, а "просто уволиться". Однако он оставил без ответа вопрос: как быть тем тысячам военнослужащих, которые пострадали в Афганистане и Чечне и которым отныне отрезан льготный доступ к лекарствам и санаторно-курортному лечению.
Волна протестов вызвала в стране острый политический кризис. Ряд фракций парламента — включая КПРФ и "Родину" — потребовал отправить правительство в отставку. Однако даже в том случае, если вопрос окажется поставлен на голосование, эти усилия заранее обречены на неудачу вследствие того, что большая часть парламента контролируется пропрезидентскими фракциями.
В. Путин отказался отправлять в отставку каких-либо членов кабинета. Само правительство, в свою очередь, пытается принизить значение протестов и по возможности дискредитировать их участников. Премьер-министр Михаил Фрадков с характерной смесью развязности и цинизма заявил, что недовольство бывших льготников вызвано главным образом "проблемами психологического восприятия". По словам главы Минэкономразвития Г. Грефа, монетизация льгот "проводится максимально мягкими средствами, какими ее можно проводить", а "любые масштабные преобразования всегда проходят болезненно в любой стране". В то же время, согласно сообщенному прессой мнению, разделяемому депутатами прокремлевской фракции Госдумы "Единая Россия", "в протестах свое недовольство проявляет лишь горстка недовольных. Их меньшинство. Большинство же бывших льготников поддерживает закон о монетизации льгот".
Со стороны либералов на Кремль оказывается усиленное давление с требованиями не идти ни на какие уступки. Электронная Газета.ру в комментарии, появившемся 20 января под характерным заголовком "Пиночет на рандеву", упрекает нынешнюю власть в "слабости", противопоставляя ему кабинет Е. Гайдара, который в начале 1990-х годов успешно "отражал атаку за атакой", проводя либерализацию и "шоковую терапию". Заявив, что планы правительства по разрушению сложившейся социальной инфраструктуры являются "не просто необходимыми", но "практически неизбежными", Газета.ру выразила опасение, что "столь долго готовившиеся реформы — под реальной угрозой провала".
Некоторые комментаторы говорят о "нарастании в стране признаков системного кризиса" (ведущий эксперт Московского центра Карнеги Лилия Шевцова), отмечая при этом падение рейтинга Путина, зафиксированное социологическими институтами.
Согласно данным Левада-Центра, 52% опрошенных считают, что страна "движется по неверному пути" (только 35% считает, что "по правильному пути", — в 2003 г. соотношение было противоположным). Другое социологическое учреждение, РОМИР, установило: 41% граждан России полагает, что страна в тупике. Если в январе 2004 года президенту доверяло 53% опрошенных, то в декабре 2004 года — уже 39%.
Опасаясь роста недовольства, радикализации требований и выхода на улицы новых социальных слоев: рабочих, студентов, военных и т.д., — правительство стало все активнее прибегать к задержаниям и арестам наиболее активных пенсионеров, а также членов различных партий и общественных организаций, вовлеченных в протесты.
15 января в Самаре сотрудниками милиции был арестован и жестоко избит корреспондент правозащитной газеты Гражданский голос Александр Лашманкин. Ему было предъявлено обвинение в том, что он "нарушил установленный порядок собраний и распространял листовки". Прокурор самарской области Александр Ефремов заявил журналистам: "Мы будем возбуждать уголовные дела за организацию несанкционированных митингов". А глава самарского областного правительства Сергей Сычев назвал всех, кто ведет граждан на митинги, экстремистами и призвал "не поддаваться на их провокации".
15 января в Петербурге было задержано 10 представителей политических партий и организаций, поддержавших действия пенсионеров, причем двое из них были схвачены не во время митингов, а около их домов значительно позднее. В Перми были задержаны 3 человека, в московских Химках — 12 человек, в Гатчине ленинградской области — 7 человек. Это лишь некоторые примеры, упомянутые в прессе. Можно предполагать, что количество задержанных значительно больше и будет продолжать расти.
Весной прошлого года, одновременно с объявлением о планах по монетизации льгот, правительством был принят закон, устанавливающий намного более жесткие, чем прежде, правила проведения пикетов, митингов и демонстраций. Опираясь на полученные по этому закону репрессивные права, Кремль демонстрирует сейчас готовность отвечать на законные требования граждан о повышении зарплат, пенсий и пособий дубинками и репрессиями. Это должно лишь усилить волю и желание масс бороться за свои интересы.
Многие черты происходящих акций позволяют видеть в них новую для постсоветской России форму социального протеста: они проходят без прямого влияния каких-либо сталинистских партий, их участники в массе своей не поддерживают лозунгов явно националистического содержания, а сами протесты включают в себя представителей социальных слоев, до сих пор не вовлеченных непосредственно в какую-либо оппозиционную политическую активность.
Это важный исходный пункт. Дальнейшая судьба стихийного движения против антисоциальных реформ правительства будет зависеть от того, в какой степени оно сможет найти путь к более ясным политическим ориентирам в виде интернациональной и социалистической перспективы.