Нидерланды: После выборов партии истеблишмента сдвигаются вправо

Петер Шварц
21 марта 2017 г.

Ведущие европейские политики приветствовали результаты выборов в Нидерландах как конец серии успехов правых, националистических движений, начало чему было положено «Брекситом» в Великобритании (голосование в пользу выхода из ЕС) и продолжено избранием Дональда Трампа на пост президента США.

Председатель Европейской комиссии Жан-Клод Юнкер назвал результат «вдохновляющим». Канцлер Германии Ангела Меркель охарактеризовала его как «очень проевропейский», а французский кандидат в президенты Эммануэль Макрон сказал, что угрожающие победы правых могут быть остановлены.

Другие подчеркивали, насколько важно жестко противостоять правым популистам. Глава парламентской фракции Социал-демократической партии Германии (СДПГ) Томас Опперман заявил: «На хамство надо отвечать еще большим хамством. Мы должны прямо противостоять демагогам вроде [Герта] Вилдерса». Лидер баварского Христианско-демократического союза (ХДС) Хорст Зеехофер сказал, что имело бы смысл, если бы глава правительства выступил «против подстрекательства и правого экстремизма».

В действительности рост национализма и ксенофобии не был остановлен в Нидерландах. Он только развивается в несколько иной форме. Вместо того, чтобы выражать себя через правые популистские партии, он пролагает себе дорогу через партии истеблишмента — как те, что находятся справа, так и те, которые номинально считаются левыми.

Неолиберальная Народная партия за свободу и демократию (НПСД) премьер-министра Марка Рютте «победила» крайне правую Партию свободы (ПС) Вилдерса, заимствовав у нее ксенофобскую программу. Британская газета Guardian пишет о «пирровой победе»: «Вместо того чтобы противостоять расистам, Рютте усилил доверие к ним, бросив мышьяк в водопровод голландской политики».

Другие голландские партии подобным же образом сдвинулись вправо. К примеру, консервативный «Христианско-демократический призыв» (ХДП) вел свою кампанию с требованием, чтобы школьный день начинался с пения национального гимна стоя. На выборах ХДП занял третье место, немного уступив партии Вилдерса. Ожидается, что ХДП войдет в состав нового правительства.

Экс-маоистская Социалистическая партия также поддержала эти националистические и ксенофобские настроения.

Даже правый британский таблоид Daily Mail заметил, что «если бы подобная тематика продвигалась мистером Трампом, то мы бы услышали стоны либеральных страданий с привычной стороны. Но сейчас это часть мейнстрима голландского дискурса».

В немалой степени именно вследствие сдвига Рютте вправо, наряду с его поддержкой Европейского союза, его результат на выборах был с энтузиазмом поддержан в других европейских странах.

Немецкая Süddeutsche Zeitung считает, что Рютте намеренно спровоцировал конфликт с Турцией, чтобы доказать, «что либеральные европейские демократии на могут быть связаны по рукам и ногам автократами». Рютте продемонстрировал, что является государственным деятелем, «который поставил предел Эрдогану».

Не может быть никакого сомнения в том, что провокация Рютте против турецкого правительства была попыткой разжечь националистические настроения и обойти Вилдерса справа всего за три дня до выборов. Рютте запретил въезд в страну министру иностранных дел Турции и отдал распоряжение о том, чтобы турецкий министр по делам семьи была насильно доставлена на границу страны. Тем самым ей не дали выступить на митинге турецкой общины по поводу референдума о поправках в конституцию Турции.

Эта преднамеренная провокация была с энтузиазмом встречена в Европе, а также «Зелеными» и якобы «левыми» политиками. Например, бывший председатель немецкой партии «Зеленых» Клаудиа Рот высказалась в пользу запрета на въезд турецких политиков: «Важно, что теперь мы ясно определили границы верховенства закона».

Один из лидеров парламентской фракции Левой партии Сара Вагенкнехт призвала немецкое правительство к тому, чтобы «наконец, показать свои подлинные цвета». Меркель и министр иностранных дел Зигмар Габриэль способны остановить пропагандистский тур Эрдогана, заявила она, «подобно тому, как это сделали для своих стран правительства Австрии и Нидерландов».

Многие обозреватели высказываются в том духе, что после выборов в Нидерландах Марин Ле Пен «все еще сохраняет хорошие шансы стать французским президентом, — как пишет Spiegel Online. — Ее Национальный фронт намного сильнее укоренен во многих социальных слоях Франции, он политически более дружелюбен и способен завоевать большинство, в отличие от партии одного человека, визгливого Вилдерса, в Нидерландах».

Крупные банки и управляющие фондов также, по-видимому, приходят к сходным выводам, поскольку они подходят к политике с критерием перспектив своих будущих прибылей. На днях британская Financial Times сообщила, что «глобальные финансисты выстраиваются в поддержку Ле Пен».

Аналитики UBS, BlackRock и Barclays, наряду с экспертами из других финансовых организаций, встретились с представителями Национального фронта для обсуждения экономических планов партии. То же самое относится к представителям нескольких десятков правительств, включая США, Аргентину, Швецию и Данию. Ведущий стратег Национального фронта Флориан Филиппо провел недавно беседу с дипломатами из пяти европейских и трех азиатских стран.

Вилдерс и другие правые демагоги являются лишь симптомом, но не причиной поворота буржуазной политики вправо. Причина лежит в глубоком кризисе капиталистической системы. Десятилетия демонтажа социальных систем и обогащения незначительно меньшинства за счет большинства, наряду с растущими глобальными конфликтами, породили экономические и социальные трения, которые невозможно преодолеть демократическими методами.

Это находит свое наиболее острое выражение в распаде партий, которые в предшествующий период проповедовали социальное примирение, а затем проводили масштабные социальные урезания. Голландская социал-демократическая рабочая партия (PvdA), бывший коалиционный партнер партии Рютте, переживает резкое падение своей электоральной поддержки. Она потеряла 29 из 38 мест в парламенте, где сейчас располагает всего 9 депутатами.

В число тех, кто выиграл от падения парламентского представительства НПСД Рютте (-8 мест), входят Христианские демократы (+6) и либеральная партия «Демократы 66» (+7), а также ряд более мелких партий. Партия свободы Вилдерса также смогла увеличить свое представительство в парламенте с 15 до 20 мест.

За исключением ультранационалистического движения «Форум за демократию» (2 места), все более мелкие партии выдвигают социальные требования или выступают против ксенофобии. Например, партия мигрантов Denk (по-голландски: «Думай!», по-турецки: «Равенство») завоевала три места, партия пенсионеров «50 плюс» — два места, а выступающая за права животных партия PvdD — три места.

Партия «Зеленых» («Зеленые левые») увеличила число своих депутатов с 4 до 10. Под руководством 30-летнего лидера Йессе Клавера, который имеет марокканские и индонезийские корни и которого сравнивают с американским сенатором Берни Сандерсом и канадским премьером Джастином Трюдо, «Зеленые» пытались выступать с более космополитических позиций.

Однако ни одна из этих партий не имеет ответов на социальный кризис. Все они поддерживают капиталистическую систему и стремятся не допустить развития независимого социалистического движения рабочего класса. «Зеленые» могут даже стать частью нового правительства, чтобы придать более «моложавое» лицо правой политике старых партий.