Спустя сто лет после Октябрьской революции

Данные доклада свидетельствуют о рекордном уровне социального неравенства в России

Клара Вайс
19 мая 2017 г.

Согласно опубликованному в ноябре прошлого года банком Credit Suisse докладу о глобальном благосостоянии за 2016 год, среди крупнейших экономик мира в России наблюдается самая высокая концентрация богатств в руках олигархии. Доклад установил, что верхняя десятая населения часть владеет ошеломляющими 89 процентами всего благосостояния домашних хозяйств в России, что на 2 процента больше, чем в 2015 году. Аналогичный показатель для Соединенных Штатов составляет 78 процентов, для Китая — 73 процента.

В докладе далее говорится, что не менее 122 тысяч человек из России принадлежат к богатейшему 1 проценту населения мира. В России проживает около 79 тысяч долларовых миллионеров. В стране также зафиксировано третье в мире по величине число миллиардеров — 96 человек. Россию опережают только Китай с 244 миллиардерами (с населением почти в 10 раз больше России) и США с 544 миллиардерами.

Число тех, кого Credit Suisse в 2015 году относит в России к среднему классу (при благосостоянии на общую сумму не менее 18 тысяч долларов), сократилось за период 2000-2015 годов на 10,3 процента — с 5,6 миллиона до 5 миллионов человек. В докладе, опубликованном в 2015 году, к «среднему классу» были отнесены лишь 4,1 процента населения. Это менее одной десятой от той части населения Германии, которая в докладе отнесена к среднему классу, и значительно меньше этой доли в большинстве стран Латинской Америки, не говоря уже о средней величине по миру — 13,9 процента.

График, показывающий распределение богатств в России в сравнении со среднемировым показателем (в процентах к населению). Источник: Credit Suisse: Global Wealth Report 2016, p. 53

Это неудивительно, учитывая, что среднемесячная заработная плата в России, согласно официальной статистике, составляет всего 36 тысяч рублей, что эквивалентно 616 долларам.

По данным Независимой газеты, появившимся в апреле 2017 года, большинство работников, на самом деле, получает значительно меньше этой суммы. В публикации отмечается, что около 56 процентов российских трудящихся зарабатывают менее 31 тысячи рублей (531 доллар) в месяц. Официальный прожиточный уровень был недавно снижен правительством до 9691 рубля (166 долларов) — доход, на который прожить невозможно.

Согласно этим критериям, 13 процентов населения России живет за чертой бедности. Если взять порог в 15 тысяч рублей (256 долларов), который большинство респондентов в опросе ВЦИОМа обозначило как уровень бедности, то 29,4 процента населения — около 43 миллионов человек — живет в крайней бедности.

Это означает, что очень существенная часть российского рабочего класса, сельского населения и интеллигенции не может позволить себе потреблять на регулярной основе такие продукты, как сыр, мясо или даже молоко. Многие семьи вынуждены выращивать продукты питания на своих приусадебных участках, собирать грибы и ягоды в лесу и прибегать к другим подобного рода способам добывания пищи, чтобы просто иметь еду на столе.

Заверения, дававшиеся политиками и средствами массовой информации в 1990-х годах, — что после непродолжительного периода суровых реформ и нищеты Россия выйдет из экономической ямы, а уровень жизни повысится, — оказались ложью. За исключением небольшого и невероятно богатого слоя олигархов и узкого среднего класса, реставрация капитализма для населения стала катастрофой.

Благодаря необыкновенно высоким ценам на нефть с 2000 по 2008 год Россия пережила короткий период экономического роста, базировавшегося главным образом на продаже сырья — газа, нефти, древесины и драгоценных металлов — на мировом рынке. Этот бум имел с точки зрения экономии поверхностный характер и никогда не сопровождался ростом производства в обрабатывающей промышленности, быстро сойдя на нет вместе с началом финансового кризиса 2008-2009 годов. Однако самый большой удар по российской экономике после 1990-х годов пришел вместе с кризисом на Украине.

Результатом крайне правого переворота в Киеве в феврале 2014 года, поддержанного США и Европейским союзом, стало введение против России радикальных экономических санкций, дополненных обвалом цен на нефть. Это привело, помимо всего прочего, к масштабной девальвации рубля и значительному повышению цен на предметы первой необходимости.

По данным Credit Suisse, потери в стоимости активов в России и на Украине в 2014-2015 годах были на 40 процентов больше, чем в любой другой стране мира, в основном из-за изменений курса обмена валют.

График, показывающий падение стоимости личного богатства, приходящегося на одного взрослого гражданина России, вследствие девальвации рубля после начала кризиса на Украине. Источник: Credit Suisse: Global Wealth Report 2016, p. 53

В этих условиях российский рабочий класс демонстрирует признаки растущей боевитости. По данным онлайновой Газеты.ru, с 2008 по 2016 год число официально зарегистрированных забастовок выросло в 4,5 раза. Особенно заметный всплеск пришелся на 2015 год, когда произошло на 40 процентов забастовок больше, чем в 2014 году.

В 2016 году забастовки и акции протеста прошли по всей России (в 72 регионах или на 85 процентах территории страны). Если в 2009 году 56 процентов всех протестных акций приходилось на рабочих обрабатывающей промышленности, то в 2016 году их доля упала до 25 процентов. В 2016 году большинство акций протеста происходило среди транспортных и строительных рабочих, а также государственных служащих.

Значительная часть забастовок проходит вне всякого контроля профсоюзов. В 2008 году такие стачки охватывали 62 процента забастовок. Профсоюзам, особенно так называемым «независимым», удалось восстановить контроль над забастовками, и доля забастовок, организованных без участия профсоюзов, снизилась до 35 процентов в 2013 году. Однако уровень забастовочной активности, не зависящей от профсоюзов, в последнее время вновь стал расти, достигнув 53 процентов от общего числа забастовок в 2016 году.

То, в чем нуждаются протестующие рабочие — это, прежде всего, ясное понимание исторических истоков положения, в котором они оказались, а также перспектив борьбы против капитализма и угрозы войны. Угроза империалистической агрессии, равно как и отчаянное социальное положение, с которым сталкивается подавляющее большинство населения России, являются результатом десятилетий правления сталинистской бюрократии, узурпировавшей политическую власть рабочего класса уже к концу 1920-х годов. Сталинистское предательство революции завершилось роспуском Советского Союза в 1991 году, проведенного руками бюрократии.

Как об этом давно предупреждало троцкистское движение, националистическая программа «социализма в одной стране», проповедовавшаяся сталинистской бюрократией, была не только отрицанием международной революционной и социалистической программы Октябрьской революции. Она была совершенно нежизнеспособной в условиях все более интегрирующейся мировой экономики. Нарастающий кризис изолированного рабочего государства мог быть решен двумя способами: либо путем свержения бюрократии в ходе политической революции и распространения социалистической революции на международном уровне; либо бюрократия превратила бы себя в новый правящий класс путем реинтеграции советской экономики в мировую капиталистическую экономику.

После десятилетий сталинистских предательств и массовых расправ над целыми поколениями революционеров была реализована последняя альтернатива, начиная с политики «перестройки» в годы правления Генерального секретаря ЦК КПСС Михаила Горбачева. Под видом реформ во имя «социализма с человеческим лицом» сталинистская бюрократия приступила к разрушению основ советской экономики.

В 1987 году «закон о кооперативах» фактически легализовал частные фирмы, что привело к быстрому обогащению нового слоя предпринимателей. Одновременно стала целенаправленно разрушаться государственная банковская система, и было разрешено создание частных банков. Было также предоставлено право аренды земли, что привело к упразднению всего, что оставалось от национализированных отношений в сфере земельной собственности. В 1989 году была отменена государственная монополия на внешнюю торговлю, что позволило новым частным фирмам и государственным предприятиям напрямую заключать сделки с иностранными правительствами и компаниями.

За исключением Международного Комитета Четвертого Интернационала (МКЧИ) в мире не было другой партии, которая бы предупреждала об опасностях, ожидающих советский рабочий класс. В то время как все политические партии, в том числе и называющие себя «левыми», приветствовали горбачевскую «перестройку», МКЧИ предупреждал о надвигающейся угрозе реставрации капитализма.

В 1991 году Дэвид Норт, ныне председатель международной редакционной коллегии Мирового Социалистического Веб Сайта, заявил во время своего выступления в Киеве:

«В этой стране [в Советском Союзе] капиталистическая реставрация может произойти лишь на основе масштабного уничтожения уже существующих производительных сил и всех социально-культурных учреждений, которые от них зависят. Иначе говоря, интеграция СССР в структуру мирового империалистического хозяйства на капиталистических основах означает не медленное развитие отсталой национальной экономики, а быстрое разрушение хозяйства, которое поддерживало условия жизни, которые, по крайней мере, для рабочего класса, стоят гораздо ближе к условиям передовых стран, чем “третьего мира”» (Дэвид Норт, «Советский Союз у перепутья» // Бюллетень Четвертого Интернационала, № 6, июль 1992, с. 57, курсив в оригинале).

В декабре 1991 года Борис Ельцин и бывшие функционеры украинской и белорусской Компартий Леонид Кравчук и Станислав Шушкевич встретились в Беловежской пуще, чтобы подписать соглашение об упразднении Советского Союза. За этим последовала вакханалия обогащения наиболее хищных слоев сталинистской бюрократии, в том числе профсоюзного аппарата. Это были криминальные элементы, выросшие в недрах советской теневой экономики и вскормленные на дрожжах «перестройки». К ним присоединился относительно небольшой коррумпированный слой верхушечной интеллигенции.

Советская промышленность была безжалостно разрушена. Следствием стало обрушение промышленного производства — в 1991-1995 годах оно упало на 55 процентов. Учреждения культуры были демонтированы; сфера науки, когда-то одна из самых передовых в мире, пережила катастрофический упадок. В массовом масштабе вернулись такие болезни, как туберкулез. В условиях торжества капиталистической реставрации ВИЧ и героиновая наркомания достигли масштабов эпидемии (http://www.wsws.org/ru/2017/jan2017/aids-j07.shtml).

Разрушение производительных сил, воровство и распродажа государственной собственности и сырья, демонтаж всей социальной сферы, оставшейся от советского периода, — такова та экономическая и социальная база, которая позволила 122 тысячам россиян попасть в число 1 процента самых богатых людей мира. Андерс Ослунд, шведский экономист, принимавший участие в процессе реставрации капитализма, однажды сказал одному из новых олигархов: «В России есть три вида бизнесменов. Первая группа — это убийцы. Еще одна крадет у других частных лиц. А еще у вас есть такие честные бизнесмены, как мы, которые крадут только у государства».

Несмотря на то, что в среде олигархии произошли некоторые перестановки в персоналиях из-за ожесточенной фракционной борьбы, ничего не изменилось в базовой физиономии российского класса капиталистов, в чьих интересах кремлевские чиновники и Владимир Путин — согласно распространенному мнению, являющиеся миллиардерами — держат власть. Этот правящий класс является еще более паразитическим по своему характеру, чем тот, который был свергнут рабочим классом в Октябре 1917 года.