World Socialist Web Site

НА МСВС

Эти и другие сообщения и аналитические обзоры доступны
на английском языке по адресу www.wsws.org

Новости и комментарии
Социальные вопросы
История
Культура
Наука и техника
Философия
Рабочая борьба
Переписка
Трибуна читателя
Четвертый Интернационал
Архив
Что такое МСВС?
Что такое МКЧИ?

Книги

Другие языки
Английский

Немецкий
Французский
Итальянский
Испанский
Индонезийский
Польский
Чешский
Португальский
Сербохорватский
Тамильский
Турецкий
Сингальский

  МСВС : МСВС/Р : Новости и комментарии : Россия

Версия для распечатки

"Дело Гусинского" - Откуда исходит подлинная угроза демократии и правам человека?

Владимир Волков
1 июля 2000 г.

Арест крупнейшего российского медиа-магната, "олигарха" Владимира Гусинского, произошедший 13 июня, превратился в одно из самых громких событий внутриполитической жизни России. Заняв по своему значению место наряду с административными и экономическими реформами Путина, а также войной в Чечне, этот скандал приобрел также и широкий международный резонанс.

Беспрецедентность событий, связанных с Гусинским, определяется тем, что впервые в постсоветской истории аресту подвергся человек, относящийся к своего рода новой "касте неприкасаемых". Бурная политическая история России последних десяти лет видела примеры, когда за тюремной решеткой оказывались губернаторы, министры и даже Генеральный прокурор. Однако ни разу ни один из представителей узкой группы супербогатых русских олигархов не оказывался в столь непростых отношениях с органами правопорядка и законности.

Обстоятельства задержания "олигарха" напоминают криминальный детектив. Гусинский был приглашен в Генпрокуратуру в качестве свидетеля по делу, связанному с обысками фирм, входящих в принадлежащий Гусинскому холдинг "Медиа-Мост". (Эти фирмы 11 мая подверглись налету спецслужб, спустя буквально пару дней после вступления Путина в должность президента России). После беседы ему было предъявлено обвинение по двум статьям Уголовного кодекса (УК) и избрана редко применяемая форма задержания на десять суток. Медиа-магнат был препровожден в Бутырскую тюрьму, находящуюся в ведении Генпрокуратуры. В момент ареста Гусинского президент В. Путин находился за пределами страны, в Испании.

Арест "олигарха" был произведен "по подозрению в совершении преступления, предусмотренного статьей 159 УК РФ" ("хищение чужого имущества в крупном размере группой лиц путем обмана или злоупотребления доверием"). Согласно заявлению Генпрокуратуры, Гусинский вместе с некоторыми руководителями федерального государственного предприятия "Российская государственная компания "Русское видео"" безвозмездно изъял из собственности государства имущество на сумму не менее 10 миллионов долларов США.

Реакция на это событие многих российских политиков и средств информации была по большей части резко негативной. Наиболее близкий к "Медиа-Мосту" политик, лидер фракции "Яблоко" в Думе Г. Явлинский заявил, что это - "акция устрашения общества и СМИ". По мнению лидера КПРФ Г. Зюганова, не было "особой необходимости" применять в отношении Гусинского такую меру пресечения, как заключение под стражу.

Бывший президент СССР М. Горбачев заявил, что "арест Владимира Гусинского и помещение его в Бутырский СИЗО - это не только рассчитанная акция против холдинга "Медиа-Мост" и попытка нагнать страх на СМИ и на общество, но и акция против президента Владимира Путина".

На это же напирала вице-спикер Думы и один из лидеров либерального Союза Правых Сил Ирина Хакамада. "В условиях, когда Путин проводит государственные реформы, - сказала она, - арест Гусинского может повлечь за собой раскол в обществе, а также потерю Путиным симпатии у части населения".

Типичной реакцией газет является заголовок статьи, помещенной в газете Ведомости, которая издается в России совместно Wall Street Journal и Financial Times: "Диктатура закона?".

Негативное отношение к аресту Гусинского незамедлительно выразили многие крупнейшие политические фигуры Запада. Президент США Билл Клинтон сказал: "Я не считаю, что людей надо арестовывать за то, что они говорят, выполняя свою роль работников прессы". Представитель американского Госдепартамента Ричард Баучер подчеркнул, что "международным позициям России будет нанесен большой ущерб, если правительство будет допускать действия, нацеленные на запугивание независимых СМИ". В то же самое время представитель ОБСЕ Фреймут Дуве направил в МИД России письмо с просьбой дать разъяснения по поводу задержания Гусинского.

Поведение президента Путина позволяет предполагать, что он был в курсе подготовлявшихся действий. Назвав сначала этот арест "сомнительным подарком" для себя, он тем не менее отметил, что доверяет правоохранительным органам. В то же время Путин иронически сказал: "Гусинский - человек очень талантливый. Он привлек в свой бизнес 1 миллиард 300 миллионов долларов и почти ничего не вернул". Кроме этого, Путин упомянул о долгах холдинга "Медиа-Мост", в частности, концерну "Газпром". Однако спустя некоторое время Путин говорил уже о том, что арест был "ошибкой".

В результате кампании противодействия Гусинский 16 июня был выпущен из тюрьмы. Сделано это было поздно вечером, когда казалось, что ему придется пробыть там по крайней мере до начала следующей недели. С него была взята подписка о невыезде, а предъявленное обвинение осталось в силе. После того, как Гусинский попросил разрешение на выезд за пределы России, чтобы встретиться со своей семьей в Испании, он получил отказ.

Было ли преступление?

Главным аргументом начатой в защиту Гусинского кампании является утверждение о том, что действия Кремля являются чистым произволом, показательной акцией устрашения и не имеют под собой никакого реального основания. Необходимо поэтому внимательно рассмотреть вопрос о том, что послужило для Кремля формальным поводом для проведения рейда по структурам "Медиа-Моста" в мае, а затем для ареста Гусинского. Этим поводом является дело компании "Русское видео" из Петербурга, которое было начало еще в 1998 году.

Возглавляемая Дмитрием Рождественским коммерческая компания "Русское видео" была создана в декабре 1996 г. В состав ее учредителей вошло государственное предприятие с таким же названием, доля которого составила 70 % акций. При этом в уставе новоявленного предприятия было записано, что доли учредителей не могут быть преданы или проданы другим лицам.

Уже в феврале 1997 году компания получила лицензию на право телевещания. (Комментаторы подчеркивают, что впервые за всю историю существования ведомства, выдающего подобные лицензии, это было сделано всего в течение нескольких часов). После этого "Русское видео" быстро перерегистрировало свой устав, по новому варианту которого учредителям разрешалось свободно распоряжаться принадлежащими им долями.

За сутки до перерегистрации устава "Русского видео" "Медиа-Мост" принимает решение о вхождении в состав учредителей этой компании. На основании этого решения в конце мая "Медиа-Мост" покупает 75 процентов акций телекомпании на сумму, эквивалентную 5 тысячам долларов, и становится фактическим хозяином "Русского видео".

Когда в конце 1998 года в Петербурге было возбуждено дело о злоупотреблениях при совершении этой покупки, то удалось установить, как пишет газета Известия, что спустя две недели после оформления документов на счет гендиректора "Русского видео" Д. Рождественского поступило около 1 миллиона долларов.

По возбужденному делу Рождественский был арестован. Ему было предъявлено обвинение в хищении чужого имущества в особо крупных размерах. Вплоть до сегодняшнего дня он находится под стражей.

Сумма в 10 миллионов долларов, которая сейчас вменяется в вину Гусинскому, рассматривается следствием как разница, которая существовала между реальной рыночной стоимостью компании "Русское видео" и той, в сущности, смехотворной суммой, которую заплатил за нее холдинг В. Гусинского.

С точки зрения масштабов приватизации бывшей государственной собственности, происходившей в 90-е годы, история с "Русским видео" не представляет собой какого-то особого исключения. Например, в деле, которое было возбуждено в прошлом году против Б. Березовского в связи с укрытием доходов "Аэрофлота", фигурирует на порядок большая сумма. Можно предположить также, что с точки зрения буквы действовавших в тот момент законов покупка "Русского видео" за символическую плату, равно как и покупки сотен других бывших государственных предприятий, была допустима. Однако сам факт того, что подобные мошеннические сделки огромного масштаба можно было проворачивать на вполне легальной основе, ставит вопрос о том, насколько оправданы и совершенны были эти законы.

С точки зрения более фундаментальных интересов общества далеко не безразличным является то, каким образом огромные куски собственности оказались в руках немногих частных лиц. В этом, собственно, лежит корень проблемы. Юридический казус превращается здесь в непосредственно политический вопрос. Именно эту сторону всей истории и пытались использовать в своих интересах юристы и представители "Медиа-Моста". Они заявили, что подлинным предметом следствия является не дело о покупке акций, а сам факт акционирования. Согласно их логике доказательств, если считать преступлением дело "Русского видео", то тогда следует перечеркнуть все историю приватизации в России последнего десятилетия.

Есть старая поговорка: "В основе каждого крупного состояния лежит преступление". Эта мудрость в высшей степени применима к современной России. Характерное признание сделал в этой связи Б. Березовский: "Нет ни одного предпринимателя последних лет, - сказал он, - который где-то не нарушил бы законов. Естественно правоохранительные органы имеют возможность расправиться с любым. Мое отношение к этому сугубо отрицательное".

Немедленно после ареста Гусинского в газетах было опубликовано также письмо, подписанное почти двадцатью крупнейшими бизнесменами России. В нем они высказались за более мягкое отношение к Гусинскому и, камуфлируя свои реальные опасения политическими мотивами, написали: "Создан прецедент, который выглядит как расправа власти над политическим оппонентом. И этот прецедент может быть растиражирован по отношению к оппозиционерам регионального или ведомственного масштаба. А в оппозиционеры можем быть записаны все мы - практически все бизнес-сообщество".

Таким образом, крупнейшие предприниматели страны фактически признают, что все они являются потенциальными объектами уголовного преследования. Этот вывод является одним из важнейших результатов "дела Гусинского", независимо от того, чем оно в конце концов закончится.

Обострение борьбы кланов

Сам Гусинский немедленно заявил о том, что знает, кто должен быть следующей жертвой властей. "Я располагаю достоверной информацией о новых готовящихся арестах", - сказал он. Среди тех, кто может оказаться в тюрьме, Гусинский назвал президента крупнейшей нефтяной фирмы "Лукойл" В. Алекперова и ряд руководителей другой нефтяной компании "Юкос".

В свою очередь, власть в лице нового министра экономического развития и торговли Германа Грефа также подтвердила возможность подобного развития событий. Выступая на одном публичном мероприятии, Греф заявил: "Если олигархи - это люди, которые используют связи с правительством, чтобы увеличивать свой капитал, то с этим явлением надо всячески бороться". Все олигархи должны начать честно бороться за свое место под российским солнцем, сформулировал свое кредо новый министр.

На самом деле, конечно, речь идет о другом, о том, чтобы потеснить одних конкурентов и создать более выгодные условия для тех финансово-промышленных структур, которые близки в данный момент к кремлевской власти. Не случайно поэтому Гусинский поторопился назвать имена пяти людей, которых он считает главными виновниками своего ареста. Все они относятся к бывшему окружению Ельцина, и они же, по существу, "сделали" Путина новым президентом России. Это глава президентской администрации А. Волошин, бывший помощник Ельцина В. Юмашев, депутаты Госдумы Б. Березовский и Р. Абрамович, а также банкир-предприниматель А. Мамут.

Ближайшим образом дело Гусинского является выражением обострившейся борьбы между крупнейшими группировками российского правящего класса за власть и собственность. В событиях последнего времени участвуют те же самые силы, что и год назад, с той лишь разницей, что соотношение сил между ними существенно изменилось. В прошлом году, когда премьер-министром был Е. Примаков, была начата кампания по оттеснению от Ельцина большой группы приближенных лиц, условно называемых "группировка Березовского - Абрамовича". Б Березовский едва не оказался за решеткой, а офисы близких к нему фирм подверглись рейдам силовых структур.

Стержнем антикремлевской коалиции тогда стало движение "Отечество - Вся Россия" во главе с Е. Примаковым и мэром Москвы Ю. Лужковым. Пропагандистскую кампанию им обеспечивал медиа-холдинг Гусинского. Политически к ним примыкало также либеральное движение "Яблоко" во главе с Г. Явлинским. Целью всей этой коалиции было радикальное изменение персонального состава верхних эшелонов власти при сохранении Ельцина в качестве "гаранта конституции" и символа преемственности "демократических реформ".

В ответ "семья" предприняла отчаянные усилия для того, чтобы удержать рычаги власти в своих руках. Для этого было создано новое общественно-политическое движение "Единство", которое смогло сформировать после парламентских выборов декабря 1999 года вторую по величине фракцию в Госдуме. В средствах массовой информации была развязана истеричная кампания по дискредитации противников Кремля. На фоне начавшихся военных действий на Северном Кавказе была выдвинута фигура В. Путина как олицетворения державной мощи России и способности отстаивать национальные интересы страны. Наконец, решающим элементом всех этих действий стал добровольный уход Ельцина в отставку, которая открыла Путину дорогу на высшую ступеньку кремлевского Олимпа.

В итоге старая "семья" не только удержалась у власти, но и укрепила свои позиции. Возможно, что вся эта группа и не стремилась к открытой конфронтации с Гусинским, однако объективные обстоятельства вынудили ее к эскалации репрессивных действий против одного из главных своих соперников. По мнению еженедельника Власть, после победы Путина на президентских выборах Гусинский "продолжал бороться с ним, причем не как с президентом, а как с равным, а именно как с представителем одной из группировок, пришедшей к власти (или, точнее, оставшейся у нее) в результате некоторых манипуляций".

Однако в наиболее прозрачной форме логику Кремля описал главный редактор контролируемой Б. Березовским Независимой газеты В. Третьяков. По его словам, все происходящее - "это история борьбы... кремлевской олигархической группировки с олигархической группой "Мост"".

Чтобы удержать свои позиции в новых, менее выгодных условиях, группа Гусинского была вынуждена во все большей степени искать поддержки у международных правозащитных и политических организаций, а также апеллировать к международному общественному мнению. Двигаясь таким путем, "Медиа-Мост", пишет В. Третьяков, "как бы выходил из-под юрисдикции России, продолжая оставаться одним из субъектов ее политики".

"Словом, - продолжает он, - с некоторых пор Кремль стал реально воспринимать Владимира Гусинского и весь его холдинг как не только субъект политики... но и как субъект оппозиционной и даже антигосударственной политики. Диагноз был поставлен, терапевтические методы решения не помогли. Перешли к хирургическим".

Указания редактора Независимой газеты на "антигосударственный" и "политический" характер деятельности медиа-холдинга Гусинского играют немаловажное значение для понимания событий. Они показывают, что в своем поведении Кремль все более активно опирается на националистические традиции "защиты прав государства", которые в столь явной форме практиковались сталинистским режимом советского времени и служили оправданием для жестоких репрессий и подавления инакомыслия.

Откуда исходит угроза демократии и правам человека?

Основная аргументация защитников В. Гусинского строится на том, что ущемление прав олигарха имеет намного более далеко идущие последствия для всего общества. Защита его прав, говорят они, есть путь, которым общество в целом может отстаивать свои собственные права и свободы.

В таком подходе есть элемент правды. В самом деле, если всемогущий олигарх оказывается беззащитным перед лицом государственной машины или каких-то ее чиновников, то что говорить о положении рядового гражданина страны? Никто не станет возражать против того, что необходимо противостоять тем или иным актам произвола и насилия со стороны государства.

Однако история с Гусинским имеет более глубокий характер, поскольку непосредственно переходит из плоскости политических прав и свобод в область базовых социальных и экономических отношений.

Примечательно в этом отношении то, как был воспринят арест Гусинского обществом. По итогам проведенного 20 июня в Москве Всероссийским Центром изучения общественного мнения (ВЦИОМ) опроса арест медиа-магната вызвал тревогу, страх и возмущение всего у примерно 17 процентов граждан. При этом удовлетворение от произошедшего испытали 25 процентов опрошенных. 32 процента вообще отнеслись к этому факту без каких-либо эмоций.

Из тех 25 процентов, которые с одобрением восприняли арест Гусинского, 66 процентов вообще терпеть не могут олигархов. 21 процент недовольны тем, как в России прошла приватизация.

Наконец, примечательно отношение москвичей к вопросу о возможной причастности Гусинского к финансовым махинациям. 83 процента опрошенных утвердительно ответили на этот вопрос и только 6 процентов заявили, что не считают Гусинского преступником.

Подобные настроения не могли не учитываться Кремлем в тот момент, когда принималось решение в отношении Гусинского. Степень социальных бедствий так высока, а пропасть между узким слоем новых богатых и всем остальным населением настолько глубока, что многие российские граждане воспринимают "наказание" одного из представителей "касты неприкасаемых" в качестве хоть какой-то компенсации за переносимые ими бедствия.

Однако как те силы в Кремле, которые организовали эту атаку, так и защитники Гусинского из финансово-политических элит осознают, что все происходящее может в некий момент выйти из-под "контроля". Настроения граждан, подогретые скандальными разоблачениями и борьбой кланов, могут найти себе выражение в более сознательном и независимом политическом направлении. Поэтому противостоящие друг другу в "деле Гусинского" стороны стремятся по возможности не доводить дело до крайности.

Мы видим, что в действительности обе стороны пытаются договориться за кулисами, стремясь извлечь для себя при этом максимальную выгоду. Они понимают, что если бы, в конце концов, Гусинский действительно был бы осужден судом за финансовые махинации в период приватизации, то это создало бы яркий прецедент, дающий непосредственную юридическую основу для осуждения и пересмотра итогов произошедшего предела собственности в целом.

Если Кремль и вынужден будет пойти на такую "крайность", как осуждение Гусинского, то только под влиянием объективной логики событий, подспудного давления масс, которому он вынужден будет пойти на уступки. Такая перспектива вызывает опасения в господствующем классе, поскольку это может вести к социальному взрыву. Об этом предупреждал, например, Б. Березовский в интервью немецкому журналу Spiegel на прошлой неделе.

С подобными же предупреждениями выступила и газета Сегодня, входящая в холдинг "Медиа-Мост". Обращаясь ко власть предержащим и напоминая о том, что по сравнению с концом 80-х годов массовые настроения существенно изменились, газета пишет, что опасно "раскачивать" страну, потому что ее можно "уже не удержать".

"Если вы начинаете игру в "справедливость", - продолжает газета, - то тогда будьте готовы к тому, чтобы сохранить свою власть, дальше играть по правилам 1937 года - иначе упустите инициативу, "процесс пойдет", и получите год 1917".

По примеру русских либералов начала века газета Сегодня осознает, что конфликт между полицейскими и авторитарными методами Кремля и либерально-демократической общественностью отступает на второй план перед лицом потенциального взрыва возмущения народных масс. Опасаясь угрозы восстания "низов" против основ существующего социального порядка, современный русский либерализм, по примеру Вех, всегда готов повернуть от защиты демократии к поддержке status quo.

Если посмотреть на историю происхождения личного состояния В. Гусинского, созданной им медиа-империи, а также рассмотреть политические позиции этого холдинга, то мы увидим, что говорить о защите с их стороны демократических прав и свобод можно только в очень и очень ограниченном смысле. Гусинский и его медиа-империя есть один из продуктов невиданного в истории по своим масштабам и быстроте перераспределения общественного богатства в руки узкого слоя частных лиц. Этот процесс уже сам по себе имел глубоко антидемократический характер. Он оплачен страданиями и бедствиями десятков миллионов людей, которые лишились существовавших прежде социальных условий и оказались брошены на уровень нищеты и голода.

То, что происходило в России после 1991 года, историк Вадим Роговин называл "превентивной гражданской войной" нового капиталистического режима против своих граждан.

На всех решающих поворотах постсоветской истории медиа-империя Гусинского верно служила интересам нового господствующего класса. Главные пропагандистские усилия этой информационной машины были направлены на то, чтобы оправдать тот экономический, социальный, криминальный и интеллектуальный беспредел, который утвердился в стране в качестве сопутствующего элемента и необходимого результата происходящих капиталистических реформ.

Гусинский и его масс-медиа поддерживали развал Советского Союза, начало гайдаровской "шоковой терапии", расстрел Ельциным парламента осенью 1993 года, активно участвовали в переизбрании Ельцина в 1996 году, а ныне поддерживают экономические и политические инициативы кабинета Путина, которые направлены на еще большее ограбление бедных и создание "диктатуры закона" в интересах новых частных собственников.

Рассматривая эти базовые факты в их совокупности, невозможно не прийти к выводу, что главная угроза демократии, правам и свободам граждан исходит не от отдельных чиновников кремлевского или регионального уровня. Она порождается внутренней необходимостью развития российского капитализма, который тяготится всеми формальными атрибутами демократического правления и стремится покончить с ними.

Остановить нарастание репрессивных и полицейских методов, все более часто и открыто практикуемых властью, невозможно в отрыве от реального социального контекста происходящих процессов. Не абстрактные призывы к "вечным ценностям" либеральной демократии есть средство противостоять этим опасным тенденциям. Только формирование независимого и сознательного политического движения трудящихся, направленного против самих основ системы частных прибылей, способно создать возможность для подлинно демократических перемен в интересах большинства членов общества. Понимание этого начинает пробивать себе дорогу к сознанию масс рядовых граждан. И именно это вызывает все большую озабоченность среди обитателей Кремля и его сегодняшних политических противников.

К началу страницы

МСВС ждет Ваших комментариев:



© Copyright 1999-2017,
World Socialist Web Site