World Socialist Web Site

НА МСВС

Эти и другие сообщения и аналитические обзоры доступны
на английском языке по адресу www.wsws.org

Новости и комментарии
Социальные вопросы
История
Культура
Наука и техника
Философия
Рабочая борьба
Переписка
Трибуна читателя
Четвертый Интернационал
Архив
Что такое МСВС?
Что такое МКЧИ?

Книги

Другие языки
Английский

Немецкий
Французский
Итальянский
Испанский
Индонезийский
Польский
Чешский
Португальский
Сербохорватский
Тамильский
Турецкий
Сингальский

 

МСВС : МСВС/Р : История : СССР

Версия для распечатки

Портреты лидеров революции и борьбы против сталинизма 20-30-х годов В.М. Смирнов и группа "демократического централизма"

Владимир Волков
25 мая 2000 г.

Часть 1

W. M. Smirnow

  Смирнов В.М.
  (1892-1937)

Русская революция 1917 года, будучи по самой своей сути глубоко массовым народным движением, выдвинула множество замечательных личностей - как интеллигентов, так и простых рабочих.

Далеко не все из них оставили яркий самостоятельный след в истории, однако практически любой из них представлял собой незаурядный характер и самобытную индивидуальность. К сожалению, судьба этого поколения оказалась трагичной. Большинство из этих людей оказались в рядах тех, кто боролся с растущей бюрократизацией советского государства и Коммунистической партии. Кровавый террор, развязанный Сталиным во второй половине 30-х годов, почти без остатка поглотил это героическое поколение.

Владимир Михайлович Смирнов принадлежал к числу тех, кто занимал далеко не последнее место в рядах русских революционеров, прошедших через Октябрь 1917 года и тяжелые годы гражданской войны, а также принимавших непосредственное участие в строительстве основ социалистического общества в России. В политическом смысле В.М. Смирнов был одним из лидеров оппозиционной группы внутри большевистской партии - группы "демократического централизма" (децистов).

Как и другая оппозиционная фракция, "рабочая оппозиция", группа децистов возникла вскоре после революции в условиях начавшейся гражданской войны и формирования режима "военного коммунизма". Особенность обоих этих оппозиционных течений заключалась в том, что они с особой чуткостью и непосредственностью отражали в своих политических позициях сложности и противоречия Советского государства, а также настроения определенной части рабочего класса и социалистической интеллигенции.

В продолжение 20-х годов можно выделить три основных периода в существовании этих групп, которые в целом относятся к "ультралевому" течению в коммунизме. При жизни Ленина они выступали в качестве "левого" критика советской власти, в основном противопоставляя сложившимся структурам пролетарской диктатуры в России анархо-синдикалистские и пролетаристские рецепты для преодоления многих противоречий и недостатков (прежде всего бюрократизм и др.).

Между 1923 и 1928 годами "рабочая оппозиция" и децисты выступают в качестве составной части широкой Левой оппозиции во главе с Л. Троцким, которая борется против растущей бюрократизации и правого курса большинства Политбюро и ЦК, взявшего ориентацию на нэпмана в городе и кулака в деревне.

С 1928 года начинается третий период, в котором обе эти левые фракции исходят вывода о том, что Советская власть окончательно переродилась, существующий в Советском Союзе режим имеет эксплуататорский по отношению к рабочему классу характер и поэтому необходимо совершение новой революции, которая должна будет вернуть пролетариату потерянную политическую и экономическую власть. В этот момент ультралевые разошлись со сторонниками Троцкого, который до примерно середины 1933 года продолжал выступать за реформу большевистской партии и Коминтерна, а затем - вплоть до самой своей смерти от рук сталинского агента - исходил из того, что, несмотря на перерождение, социальные основы СССР продолжают сохранять характер, приданный им Октябрьской революцией.

В 30-е годы все оппозиционеры непрерывно находились в тюрьмах и ссылках и не имели возможности открыто выражать свои взгляды и проводить дискуссии. Об их политических позициях в этот период можно судить поэтому только самым общим образом.

Несмотря на то, что во время Московских показательных процессов 1936 -1938 гг. целый ряд крупнейших политических деятелей большевизма и бывших членов ленинского Политбюро публично оговорили себя и признались в никогда не совершенных ими преступлениях, большая часть оппозиционно настроенных рабочих и интеллигентов никогда не капитулировала перед Сталиным и его узурпаторской кликой. Никакие угрозы, преследования и лишения не могли сломить их волю и сознание правоты собственного дела. Они вели свою борьбу до конца, свято веря в возможность победы.

И это не было одной лишь иллюзией. Опыт Октябрьской революции показал, что даже незначительное меньшинство, вооруженное ясным сознанием и правильной политикой, может в короткий срок завоевать на свою сторону массы и превратиться в решающую историческую силу. Поражение и гибель этого слоя революционеров невозможно понять просто с точки зрения их предполагаемой слабости или каких-то фатальных ошибок. С широкой исторической точки зрения они отнюдь не были обречены. Однако мрачный парадокс истории состоит в том, что их правота была трагическим образом доказана от противного: только физически уничтожив их всех, сталинский режим мог получить шанс на дальнейшее выживание.

* * *

Владимир Михайлович Смирнов родился в Москве в 1892 г., в семье чиновника, и получил хорошее образование, окончив Московский университет. Работая в земских учреждениях и в архивах, он еще до революции 1917 года присоединился к социал-демократическому движению (в анкетных данных указывался 1907 г.), был агитатором и пропагандистом Московского комитета РСДРП, сотрудничал в газете Наш путь.

1917 год он также провел в Москве, был членом редколлегии газеты Социал-демократ и журнала Спартак.Затем он - среди руководителей Октябрьского вооруженного восстания в Москве. После революции он работал в Моссовете и ВСНХ РСФСР, был наркомом промышленности и торговли РСФСР, а также занимал ряд других постов.

В 1921-1927 годах он являлся членом президиума Госплана и Коллегии ЦСУ СССР. Кроме этого, в 1924-1926 годах он был членом редколлегии газет Правда и Экономическая жизнь.

По решению 15-го съезда ВКП(б), состоявшегося в декабре 1927 года, В.М. Смирнов был исключен из партии и в конце 1928 г. приговорен к высылке из Москвы на Урал сроком на 3 года. После этого сроки лишения свободы для него неоднократно продлевались. В начале 1930 г. около месяца он находился в Верхнеуральском изоляторе. Затем содержался в Суздальской тюрьме. В 1934-35 гг. отбывал ссылку в городе Ойрот Тура в Западной Сибири.

Убийство Кирова было использовано Сталиным для ужесточения мер против оппозиционеров. Условия ссыльных и заключенных в тюрьмах резко ухудшились, на них обрушился новый поток репрессий. Было сфабриковано, в частности, уголовное дело на лидеров так называемой "контрреволюционной децистской организации Сапронова Т.В. и Смирнова В.М."

В марте 1935 года Смирнов был вновь арестован и постановлением Особого совещания при НКВД СССР от 22 мая 1935 года был заключен в тюрьму сроком на 3 года.

В начале 1937 года, снова находясь в Суздальской тюрьме и протестуя против бесчеловечных условий содержания, В.М. Смирнов направил наркому внутренних дел Ежову и прокурору СССР Вышинскому два письма с выражением протеста.

26 мая 1937 года состоялось заседание Военной коллегии Верховного суда СССР под председательством В. Ульриха, которая рассмотрела дело Смирнова. Он отказался признать выдвинутые против него обвинения в контрреволюционной деятельности. Решением Военной коллегии он был приговорен к высшей мер наказания - расстрелу, который был приведен в исполнение в тот же день.

Через несколько месяцев, 28 сентября 1937 года, по решению подобного же судилища был расстрелян другой выдающийся лидер децистов Тимофей Сапронов.

Третий человек, который проходил по этому сфабрикованному в 1935 году делу "контрреволюционной децистской организации Сапронова Т.В. и Смирнова В.М.", - это жена Т. Сапронова Наталья Майш. С 1929 года она провела многие годы в тюрьмах и ссылках. В отличие от многих других, ей удалось остаться живой после мясорубки Большого террора. Будучи репрессированной в последний раз 1949 году, она была освобождена только в 1955 году, а в 1956 г. - реабилитирована.

Тогда же, в годы хрущевской "оттепели", был отменен и приговор в отношении В.М. Смирнова. Однако окончательная реабилитация В. Смирнова и Т. Сапронова произошла только в годы "перестройки", в 1989 и1990 годах.

Жизнь Владимира Михайловича Смирнова была неотделима от его деятельности в качестве революционера и социалиста. Говоря о нем, невозможно поэтому не говорить прежде всего о его взглядах и политической борьбе. При этом наиболее драматическая и важная для нас сегодня часть его политической биографии связана с участием в оппозиционных группах и фракциях 20-30-х годов.

Группа децистов в первые годы после революции

В наиболее широком смысле первый серьезный конфликт с ультралевыми настроениями в большевистской партии в послеоктябрьский период был связан с вопросом о Брестском мире, когда значительная часть большевистских лидеров готова была продолжать революционную войну с войсками кайзеровской Германии любой ценой. Однако это событие осталось относительно изолированным эпизодом. Фракционные настроения и группировки ультралевого характера, которые приобрели устойчивый характер в 20-е годы, начали складываться только во второй половине 1918 года.

Между двумя основными из этих групп, "рабочей оппозицией" и децистами, было много общего. В основе своей они требовали более последовательной политики в интересах промышленного пролетариата. При этом если "рабочая оппозиция" настаивала на принятии мер анархо-синдикалистского и пролетаристского характера, требуя, в частности, организации управления промышленностью по синдикалистскому принципу "снизу-вверх", то группа децистов большее внимание уделяла вопросам, касающимся общего характера политического режима в партии и государстве. Обе фракции с самого начала объединяли также опасения относительно того, что руководящая роль партии в советской и хозяйственно-государственной жизни несет в себе опасные и антидемократические тенденции.

Основные вопросы, которые в продолжение 1919-1921 годов регулярно поднимались представителями децистов (Т. Сапронов, В.М. Смирнов, Н. Осинский, А. Бубнов, В. Максимовский, М. Богуславский, И. Дашковский, К. Юренев и др.), были: критика руководящей роли партии в советах и профсоюзах; критика принципа единоначалия в хозяйственном руководстве; требование свободы фракций и группировок в партии; изменение отношений между центральными и местными органами власти в сторону большей самостоятельности и независимости последних.

Эта критика как правило имела справедливый и вполне оправданный характер. (Недостатки ни в коей мере не затушевывались в то время и официальным партийным большинством). Однако более глубокое исследование показывает, что возникавшие расхождения не были просто результатом различной интерпретации единых политических и теоретических основ. Не преувеличивая степени расхождений, необходимо тем не менее признать, что в большевистской партии существовало различное понимание того, что должна представлять собой пролетарская диктатура и каковы должны быть принципы социалистического строительства.

Вот пример того, как формулировал общий подход к принципам строительства социализма один из лидеров децистов Н. Осинский: "Исходная ступень социалистического строительства в России - это недоразвитый и потому по необходимости децентрализованный государственный социализм. Социалистическое строительство будет у нас только стремиться к развернутому государственному социализму, то есть к централизованной системе общественного производства, монополизированного распределения продуктов и планомерного использования рабочей силы. Все эти звенья общей системы возникнут и окрепнут постепенно, причем на первое время потребуются значительные отступления от полной централизации управления хозяйством" (1).

Как известно, в отличие от этого и именно вследствие экономической отсталости России, Ленин писал о том, что нужно поддерживать любые тенденции, направленные на укрепление более централизованных форм хозяйственного управления. В частности, весной 1918 года он говорил, что поддержка со стороны Советской власти даже госкапиталистических форм хозяйства против частно-товарных тенденций будет иметь для России позитивное и прогрессивное значение.

Сравнивая эти подходы, мы должны сказать, что в "ленинский" период послеоктябрьской истории официально принимавшийся партией курс был в целом более продуманным и соответствующим общей линии на мировую социалистическую революцию, нежели тот, который следовал из предложений левых оппозиционных групп.

Другим важным пунктом ранней децистской оппозиции был вопрос о принципах построения Красной армии. Децисты защищали децентрализованный, автономный принцип формирования отрядов и защищали по существу партизанский характер армии. В этом они противостояли позициям Реввоенсовета во главе с Л. Троцким, который взял линию на создание централизованной военной машины для ведения регулярных боевых действий на разных фронтах. Наиболее острым образом этот конфликт нашел свое выражение во время работы VIII съезда партии, который состоялся в марте 1919 года.

Формирование системы "военного коммунизма" вызвало необходимость сосредоточения властных полномочий в руках отдельных ответственных руководителей, а также строгого подчинения местных органов власти центральным. Децисты неизменно вступали с критикой этой во многом вынуждено сложившейся ситуации. Например, Н. Осинский в одной из статей в начале 1919 года писал о необходимости "сокращать авторитарные элементы в рабочей диктатуре и делать шаги по пути к развернутой форме рабоче-крестьянской демократии к государству-коммуне". Выступая против принципа единоначалия, он писал о том, что это "создает произвол и личную политику" (2).

В то же время Осинский писал: "Мы должны ясно и определенно сказать, что на данной ступени развития нет никакой надобности устранять из советов и от свободной дискуссии партии, не призывающие к прямому низвержению Советской власти. Возможно также и то, что мы дойдем до предоставления свободы всем партиям, могущим иметь представительство в Советах" (3).

На упомянутом VIII съезде партии децисты выступили уже как вполне сложившаяся группа. Кроме оппозиции по военному вопросу, они выступали против вмешательства партии в непосредственную деятельность советов, "военно-командные формы" диктатуры пролетариата и требовали закрепить в Конституции страны децентралистские идеи государственного устройства.

Обращая внимание на рост бюрократизма в центре и на местах и рассматривая это прежде всего как результат пренебрежения принципами коллегиальности, Т. Сапронов говорил на съезде: "В ЦК было пустое место, общей политической линии не было. Безусловно, не одна организация не вынесла осуждения ЦК, но в его практической деятельности было пустое место... надо ввести часть рабочих в ЦК, но так, чтобы они были связаны с массами, с местами, чтобы таким образом и весь ЦК был связан с местами" (4).

Выступая на Восьмой Всероссийской партконференции в декабре 1919 года с докладом по вопросу о советском строительстве, Т. Сапронов предлагал упразднить президиум ВЦИК, функции которого, по его мнению, совпадали с функциями СНК. После этого он предложил составлять ВЦИК преимущественно из работников с мест. Следует упомянуть, что в тот период Сапронов являлся председателем Харьковского губревкома, а также по рекомендации Ленина был избран членом президиума ВЦИК.

Новое выступление децистов состоялось во время IX-го съезда партии (март- апрель 1920 года). Накануне съезда в газете Экономическая жизнь ими были опубликованы "Тезисы о коллегиальности и единоличии (к IX съезду РКП)". "С точки зрения социально-политической, - говорилось в документе, - коллегиальность обладает рядом преимуществ, которые делают ее основным началом советского организационного строительства и требуют сохранения и укрепления ее в переживаемый период боевой работы. Коллегия - высшая ступень школы государственного управления... Коллегиальность в той или иной форме, в том или ином масштабе составляет необходимую основу системы демократического централизма и сильнейшее орудие против возрождения ведомственности и бюрократического омертвения советского аппарата" (5).

Выступая на съезде с довольно жестких позиций, Т. Сапронов по существу обвинил Ленина и ЦК в "диктатуре партийного чиновничества" и в искажении кадровой политики. Резкость подобных заявлений свидетельствовала о серьезном обострении противоречий внутри большевистской партии. Тяжелые годы гражданской войны и выросшая из них система "военного коммунизма" все более тяжелым грузом ложились на плечи рабочих города и крестьян деревни, что находило свое отражение и в поведении оппозиционных течений.

Стоит напомнить в этой связи, что уже в начале 1920-го года Троцкий выступил с предложениями отойти от политики "военного коммунизма", заменив, в частности, продразверстку для крестьян продналогом. Однако партии потребовался еще примерно год, чтобы по-настоящему осознать необходимость этого поворота.

Общая обстановка в период завершения гражданской войны и начала перехода на мирные рельсы, когда революции в Европе так и не произошло, породила серьезный кризис в большевистской партии. Этот кризис принял форму так называемой "профсоюзной дискуссии" и был преодолен (и то лишь отчасти) в марте 1921 года на X съезде партии, который принял курс на политику нэпа. На этом же съезде была принята и специальная резолюция о единстве партии, которая запрещала существование в партии фракций и группировок. В довольно скором времени эта резолюция сыграла зловещую роль, послужив основой для оправдания растущего удушения партии со стороны партийной бюрократии.

Принятие резолюции о запрете фракций находилось в прямом противоречии с требованиями децистов, которые в преддверии съезда публично требовали легализации фракций и "узаконение в партии течений и группировок" (6).

Степень остроты разногласий в тот период видна хотя бы из того, что Ленин выступил с целым рядом острых полемических статей и речей. В одной из этих статей под названием "Кризис партии", появившейся в Правде 19 января 1921 года, Ленин в довольно жесткой форме обрушился на критику децистов:

""Сапроновцы" дошли до того, - писал он, - что в одном и том же тезисе (№ 3) рассуждают "глубоком кризисе" и "бюрократическом омертвении" профсоюзов, предлагая в то же время, как "абсолютно" необходимое, "расширение прав профсоюзов в производстве...", вероятно, по случаю их "бюрократического омертвения"?"

"Если взять это всерьез, - продолжал Ленин, делая общие выводы, это - худший меньшевизм и эсеровщина. Но Сапронова, Осинского и К нельзя брать всерьез, когда эти - по-моему, высокоценные - работники перед каждым партсъездом ("кажинный раз на эфтом самом месте") впадают в какой-то лихорадочный пароксизм, стараются крикнуть обязательно громче всех (фракция "громче всех крикунов") и торжественно садятся в калошу" (7).

В результате запрещения фракций X-ым съездом группа децистов формально прекратила свое существование. Кризис в партии, однако, с новой силой вспыхнул во второй половине 1923 года, приобретя уже существенно иную окраску.

Главное, что следует помнить, говоря о фракционных разногласиях в большевистской партии в первые годы после революции, это то, что, несмотря на идейные и политические расхождения, ни одна из оппозиционных групп при жизни Ленина не подвергалась каким-либо преследованиям или репрессиям. Всем им предоставлялось право высказывать свое мнение в партийной печати, лидеры оппозиций сохраняли свой высокий личный и политический авторитет и продолжали занимать самые ответственные посты в органах партийного и государственного управления.

Примечания:

1. Н. Осинский, Строительство социализма, М., 1918, с. 38
2. Правда, 15 января 1919 г.
3. Там же.
4. Цит. по: Известия ЦК КПСС, 1991, № 7, с. 44.
5. Девятый съезд РКП(б). Март- апрель 1920 года. Протоколы, М., 1960, с. 565-566.
6. Правда, 26 декабря 1920 г.
7. В.И. Ленин, ПСС, 5-е изд., т. 42, с. 243.

К началу страницы

МСВС ждет Ваших комментариев:



© Copyright 1999-2017,
World Socialist Web Site