World Socialist Web Site

НА МСВС

Эти и другие сообщения и аналитические обзоры доступны
на английском языке по адресу www.wsws.org

Новости и комментарии
Социальные вопросы
История
Культура
Наука и техника
Философия
Рабочая борьба
Переписка
Трибуна читателя
Четвертый Интернационал
Архив
Что такое МСВС?
Что такое МКЧИ?

Книги

Другие языки
Английский

Немецкий
Французский
Итальянский
Испанский
Индонезийский
Польский
Чешский
Португальский
Сербохорватский
Тамильский
Турецкий
Сингальский

 

МСВС : МСВС/Р : История : СССР

Версия для распечатки

Что стоит за империалистической кампанией по поводу крымских татар?

Часть 2: Империалистическая эксплуатация этнической напряженности в Крыму — в прошлом и настоящем

Клара Вайс
13 августа 2016 г.

Нежелание Пашин рассмотреть преступления и интересы германского империализма в Крыму и в бывшем Советском Союзе в более общем плане связано с другим аспектом нацистской политики, которую Пашин стремится скрыть. Речь идет о систематическом сотрудничестве гитлеровцев с националистическими элитами многих народов СССР, в том числе и крымских татар.

В очевидной попытке преуменьшить политическое значение коллаборационизма крымско-татарских националистов в ходе нацистской войны против СССР, она пишет: «правда, что некоторые стали [сотрудничать с нацистской Германией]... либо потому, что они были принуждены к этому вторгшейся армией, либо потому, что считали, что немцы освободят их от Советского Союза».

Оправдание сотрудничества националистов с фашистами со стороны Пашин при помощи ссылки на то, что они «считали, что немцы освободят их от Советского Союза», вполне соответствует тем оправданиям коллаборационизма, которые выдвигают сами националисты. Текущие операции США и германского империализма на Украине и в Крыму вынуждают нас более пристально остановиться на этом вопросе.

В действительности, крымско-татарские националисты сделали ставку на союз с германским империализмом не только во время Второй мировой войны. Они поступали так уже во время Первой мировой войны и в борьбе против Советской России в годы Гражданской войны 1917-1921 годов. История национальных элит крымских татар подтверждает оценку Льва Троцкого, выработанную в рамках теории перманентной революции, согласно которой национальная буржуазия отсталых стран, в том числе многих различных национальных элит народов царской России, неспособна играть исторически прогрессивную роль. Их усилия, направленные на создание этнического миниатюрного крымско-татарского государства на полуострове, всегда опирались, в первую очередь, на поддержку империалистических держав, а, во-вторых, на раздувание крайнего национализма и религиозного мракобесия.

Изображение этих реакционных сил борцами за «национальное освобождение» восходит к политике германского империализма эпохи Первой мировой войны. Германии как «запоздавшей» империалистической державе приходилось вырывать экономически и стратегически важные колонии из-под контроля своих соперников. В этих условиях Берлин отстаивал политику поддержки «национально-освободительных» движений в колониях Британской империи, а также внутри Российской империи.

Ключевым компонентом этой стратегии было содействие развитию исламистских тенденций и мусульманских националистических элит. Для этой цели министерство иностранных дел Германии и Генеральный штаб создали так называемое Разведывательное бюро для Востока (Nachrichtenstelle fuer den Orient). Распространяя прогерманскую, исламистскую пропаганду, Бюро пыталось завербовать мусульманских военнопленных, захваченных армиями Антанты (Франции, Великобритании и России), чтобы использовать их для военных целей Германии. Влиятельный немецкий дипломат Макс фон Оппенгейм, ставший во главе Бюро, изложил эту стратегию в своем «Меморандуме относительно революционизации исламских территорий наших врагов». Он писал в ноябре 1914 года:

«В первую очередь, мы теперь должны думать о нашей самообороне, использовать ислам в наших целях и укреплять его как можно сильнее» [6].

Публикации Разведывательного бюро призывали к «священной войне» (джихаду) против держав Антанты. Они печатались на тюркско-татарском, грузинском языках, а также на хинди и урду, обращаясь, в частности, к националистическим элитам Кавказа и Индийского субконтинента.

После Октябрьской революции и Брест-Литовского мира, который было вынуждено подписать 3 марта 1918 года большевистское правительство, правительство Германии продолжило эту стратегию на Украине и в Крыму. Оккупировав Украину и Крым, Берлин поддерживал там марионеточные националистические правительства. На Украине немецкий оккупационный режим поставил у власти гетмана Павла Скоропадского.

В Крыму немецкие военные получили поддержку крымско-татарских националистов. В результате, Кафер Сейдахмет сыграл важную роль в формировании так называемого «мусульманского корпуса», который служил в качестве передовых вспомогательных отрядов немецкой армии. Германское военное командование посчитало слишком радикальным его националистический лозунг («Крым для крымчан») и отказалось признать его в качестве премьер-министра. Тем не менее, немецкие военные позволили ему играть определенную роль в Курултае, национальном собрании татар [7]. Обращение татарских националистов к германскому верховному командованию с просьбой о помощи в деле «репатриации» сотен тысяч крымских татар, проживавших на Балканах, в Турции и Центральной Азии, было также оценено немецкими военными [8].

Ведущий нацистский идеолог и стратег Альфред Розенберг следовал этой традиции, когда в 1927 году писал свою брошюру «Будущий путь немецкой внешней политики». В этой брошюре Розенберг настаивал на том, что Германия должна ускорить распад Советского Союза, «учитывая сильные сепаратистские движения на Украине и Кавказе» [9].

Начертав, по существу, военную стратегию нацистской Германии в ??Восточной Европе времен Второй мировой войны, Розенберг указывал в этой брошюре, что немецкие интересы требуют уничтожить польское государство, вступить в альянс с «независимой» Украиной, а затем отколоть Кавказ от Советского Союза. Эта стратегия должна была лечь в основу не только союза нацистской Германии с украинскими ультраправыми из Организации украинских националистов (ОУН) и Украинской повстанческой армии (УПА), но и с националистическими элементами мусульманских народов Кавказа и крымских татар (см. тж.: «Национализм и фашизм на Украине: Исторический обзор»).

Как и многие империалистические пропагандисты сегодня, Розенберг подкреплял свои заявления о союзе с украинскими националистами витиеватыми и ложными историческими экскурсами об отчаянной борьбе героических — и расово превосходящих — украинцев против ига Москвы.

Альфред Розенберг в 1933 году, © Bundesarchiv, Bild

Главным специалистом Розенберга по тюркским народам был псевдоученый Герхард фон Менде. Подобно Розенбергу, он был выходцем из немецкой элиты Прибалтики, которую Октябрьская революция лишила имущества и вынудила покинуть регион. Это прошлое не только питало его фанатичный антикоммунизм и антисемитизм, но и способствовало пониманию им этнических трений внутри Советского Союза, которые были усугублены сталинской политикой 1930-х годов.

В течение 1930-х годов фон Менде работал в Берлинском университете, предшественнике современного университета им. Гумбольдта, и выступал с многочисленными публикациями о тюркских народах СССР. В своей книге «Народы СССР», которая вышла вторым изданием в 1939 году, он выдвинул лозунг: «Великие нерусские народы СССР в поисках своей государственности!» 22 июня 1941 года, в день нацистского вторжения в СССР, Розенберг принял фон Менде на работу в Ostministerium (министерство восточных территорий). Вскоре после этого фон Менде был поставлен во главе кавказского отдела.

Многие из людей, которых фон Менде завербовал для своего отдела, были членами Прометеевской лиги, то есть антикоммунистического альянса националистов стран Восточной Европы, который в прошлом финансировался в основном за счет польского диктатора и генерала Юзефа Пилсудского [10]. Крымско-татарские националисты, такие как Кафер Сейдахмет, помогали усиливать влияние Лиги. Сейдахмет редактировал одну из своих главных публикаций на крымско-татарском языке — журнал Emel (Эмель) [11].

В 1941 году он встретился с послом нацистской Германии в Стамбуле Францем фон Папеном. После этой встречи националистические лидеры крымских татар Мустечип Улкюсал и Едиге Киримал были приглашены в Германию, чтобы помочь сформулировать нацистскую политику на Украине и в Крыму, но, по-видимому, без особого успеха [12]. Улкюсал также был членом Прометеевской лиги и являлся одним из главных сотрудников журнала Emel [13].

В начале 1942 года Вермахт начал кампанию набора добровольцев среди крымских татар. В настоящее время специалисты полагают, что было набрано около 20 тысяч человек. В случае победы нацистов над Советским Союзом им обещали создание независимой Крымской республики. В Вермахте и СС были отдельные тюркские подразделения, в которые вошли крымские татары и представители других тюркских народов СССР [14]. Готовясь к вторжению в мусульманские районы Кавказа, нацисты придавали этим подразделениям ключевое значение в деле укрепления влияния среди населения этого региона.

Данная стратегия, в конечном итоге, провалилась благодаря героической борьбе Красной Армии и растущей оппозиции рабочего класса нацистскому режиму по всей оккупированной Европе. Но от этой идеи никогда полностью не отказывались.

Герхард фон Менде был одним из многих нацистских преступников, так никогда и не представших перед судом в послевоенной Германии. Он продолжил свою карьеру в новом аппарате разведки Западной Германии, Bundesnachrichtendienst (BND), опираясь в значительной степени на своих старых знакомых и коллег из Ostministerium. Кроме того, американский империализм взял на вооружение против Советского Союза значительные элементы этой стратегии в своих тайных операциях времен «холодной войны». ЦРУ не только помогло многим членам Прометеевской лиги и сотрудникам Ostministerium бежать на Запад, но и наняло их для таких проектов, как «Радио Свободная Европа / Радио Свобода» или «Американский комитет за освобождение народов СССР» (см. тж.: «Междуморье с 1921 по 1989 год»).

С самого начала «холодной войны» США начали использовать правые исламистские силы против угрозы рабочего движения на Ближнем Востоке, в Северной Африке и в СССР. При президенте Дуайте Эйзенхауэре, в 1953-61 годах, эта политика превратилась в центральный компонент скрытой войны против Советского Союза. Встреча Эйзенхауэра с Государственным секретарем США Джоном Ф. Даллесом и главой Генштаба в 1957 году была следующим образом описана в одном внутреннем меморандуме:

«Президент сказал, что, по его мысли, мы должны сделать все возможное, чтобы подчеркнуть аспект “священной войны”. Г-н Даллес отметил, что для арабов “священная война” означает войну против Израиля. Президент напомнил, однако, что [король Саудовской Аравии Ибн] Сауд после своего визита сюда призвал всех арабов противостоять коммунизму» [15].

Крымско-татарские националисты в Турции в 1960 году возобновили издание прометеевского журнала Emel. В то время он пользовался поддержкой спецслужб турецкого государства, которые были на стороне западного империализма против Советского Союза. Доклад Госдепартамента США в 1992 году охарактеризовал содержание журнала как «гордо националистическое и стойко антикоммунистическое». Материалы журнала «недвусмысленно критиковали Советы, провозглашая необходимость демократии и прав человека в СССР, свободу совести и т.д.» [16].

Обложка журнала Emel 1996 года с портретом Мустечипа Улкюсала, умершего в том же году. © Emel — Journal Emel, Istanbul

В том же докладе отмечалось, что этот журнал, как и политически активные сообщества эмигрантов, составлявших лишь незначительную часть крымских татар, проживавших в Турции, были близки к националистическим и крайне правым турецким партиям, таким как Национальная партия действий (НПД). Больше, чем в других эмигрантских общинах, крымско-татарские националисты в Турции сумели сохранить относительно тесные связи с националистами в Советском Союзе, где несколько лидеров крымских татар стали играть важную роль в формирующемся диссидентском движении [17].

Обращаясь к империалистическим правительствам Запада и сталинистской бюрократии одновременно, такие фигуры, как Мустафа Джемилев, пытались оказать давление на Кремль, чтобы добиться предоставления крымским татарам права вернуться на полуостров, используя для этой цели контролируемые США пропагандистские каналы. По существу, фигуры вроде Джемилева следовали политической традиции тех крымско-татарских буржуазных националистов, которые раз за разом пресмыкались перед любым мощным империалистическим союзником в борьбе за создание этнически чистого крымско-татарского мини-государства.

Последующая эволюция Джемилева характерна для того узкого слоя крымско-татарских националистов, которые, в резком контрасте с подавляющим большинством крымских татар, сумели извлечь выгоду из реставрации капитализма. После 1991 года они последовательно ориентировались на американский империализм и союз с прозападной частью украинской олигархии. В 2004 году религиозное руководство крымских татар поддержало «оранжевую революцию», которая была ориентирована ??на усиление геополитического окружения России. Когда проамериканская фашистская толпа взяла контроль над правительственным районом Киева, руководство крымских татар одобрило государственный переворот как «революцию».

Член украинского парламента с 1998 года, Джемилев является сегодня ведущим представителем правящей партии «Блок Петра Порошенко» в Киеве. До этого Джемилев был членом парламента от националистической «Батькивщины» Юлии Тимошенко. После российской аннексии Крыма Джемилев стал одним из самых агрессивных голосов в правом украинском парламенте. В марте 2014 года он отправился в штаб-квартиру НАТО в Брюсселе, агитируя за вооруженное вмешательство ООН с целью вернуть Крым под украинский контроль. Джемилев был также одним из самых воинственных сторонников введения санкций против России, продвигая, в частности, в турецком правительстве курс на более агрессивную антироссийскую линию.

Пашин обращается к этим реакционным элементам, а не крымско-татарскому народу в целом. Для подавляющего большинства из 250 тысяч крымских татар, которые вернулись на полуостров в 1989-1994 годах, капиталистическая реставрация привела к жестокой социальной катастрофе. Большая часть крымско-татарского населения живет с тех пор в бедности, и значительные слои населения до сих пор не имеют доступа к электроэнергии и даже горячей воде. Многим пришлось строить новые дома с нуля практически без поддержки со стороны государства. В течение 1990-х годов уровень безработицы был вдвое выше, чем среди украинского и русского населения, достигая 45 процентов.

В интервью агентству новостей VICE в апреле 2014 года один молодой представитель крымских татар следующим образом ответил на вопрос о том, будет ли он доверять обещаниям российского правительства:

«Мы живем здесь в течение 20 лет, и никто не сделал для нас ничего хорошего, а теперь вдруг все начали заботиться о нас. Вот почему мы не можем в данный момент доверять никому, ни той, ни другой стороне [то есть ни России, ни украинскому правительству — К.В.]».

Исследование, проводившееся Всемирным банком, начиная с 2003 года, установило, что крымские татары пострадали от социальной и политической изоляции, что часто ведет к геттоизации. Исследование пришло к выводу, что «в Крыму сохраняются семена этнических и гражданских конфликтов» [18].

Империалистические державы пытаются сознательно нагнетать эту напряженность — чтобы дестабилизировать Россию, раскалывая в то же время рабочий класс. Действия организаций крымских татар, в частности, направлены ??на мобилизацию мусульманского населения России. Как иначе объяснить требование Пашин о том, чтобы США «формально признали крымских татар коренным народом Крыма» [курсив К.В.]. Что станет с более чем 85 процентами населения, которые не являются татарами или мусульманами? Доля крымских татар в Крыму на протяжении более ста лет не превышала 25 процентов.

Утверждение, вынесенное в заголовок статьи — «Россия пытается уничтожить татар Крыма», — ничем не подтверждено. Пашин отмечает, что Кремль усилил наступление на крымско-татарские учреждения, запретил Меджлис, специальное представительство крымских татар, а также арестовал нескольких татарских «активистов». Но Пашин не объясняет, каким именно образом эти действия представляют собой предполагаемую попытку «уничтожить крымских татар».

Дело в том, что кампания западных СМИ вовсе не пытается предотвратить «геноцид» крымских татар. Меджлис, далекий от защиты интересов крымско-татарского населения, стал инструментом империалистических провокаций против России. Возглавляет его вышеупомянутый Джемилев. Меджлис поддерживает правое правительство Порошенко, являющееся марионеточным режимом империалистических держав.

Весной 2015 года Меджлис сыграл важную роль в формировании мусульманского батальона, который включает в себя не только крымских, но и казанских татар, узбеков, чеченцев, азербайджанцев, турок-месхетинцев и другие мусульманские группы. Батальон сражался рука об руку с крайне правыми украинскими националистами в гражданской войне на востоке Украины, и напрямую подчиняется министерству обороны Украины. Трудно не увидеть здесь отголоски стратегии Розенберга времен Второй мировой войны.

Кроме того, Меджлис тесно связан с Духовным управлением мусульман Крыма. Последнее, в свою очередь, финансируется FIOE (Федерация исламских организаций в Европе) — общеевропейской организацией, в тени которой скрывается правая исламистская организация «Братья-мусульмане» [19]. Определенные слои «Братьев-мусульман», согласно сообщениям СМИ, поддерживают связи с террористическими организациями, такими как «Аль-Каида», которых взрастило Центральное разведывательное управление США.

Меджлис также пользуется поддержкой авторитарного режима Эрдогана в Турции, с которым его представители неоднократно проводили консультации в течение последних нескольких лет. Запрет деятельности Меджлиса, введенный Кремлем этой весной, был в значительной степени обусловлен резким ухудшением российско-турецких отношений, последовавшим за уничтожением Турцией российского военного самолета.

Кремль отреагировал на эту кампанию, — которую он воспринимает как экзистенциальную угрозу интересам российской олигархии, — усилением полицейско-репрессивных мер, которые являются столь же реакционными, насколько они отчаянны и бесполезны. В конечном счете, попытки путинского режима опираться на русский национализм и милитаризм не только неспособны предотвратить или даже замедлить провокации империалистов. Великорусский шовинизм непосредственно играет на руку политике, проводимой империалистическими державами.

Политика Пашин и ей подобных и их гнусная пропаганда вполне соответствуют стратегии, которую преследовал германский империализмом в ходе двух мировых войн, а затем американский империализм после Второй мировой войны. Эта стратегия была ориентирована на активную поддержку тех самых националистов из крымских татар, которых они сегодня изображают подлинным голосом крымско-татарского народа и борцами за национальное освобождение. В этом — наиболее важная причина того, почему у Пашин отсутствует всякий интерес к тому, чтобы вспоминать о преступлениях и геостратегических и политических интересах германского империализма в Крыму: прикрывая нацистов, она также заметает свои собственные следы.

Как тогда, так и сейчас кампания по поводу крымских татар, крупнейшей мусульманской общины к западу от российского Северного Кавказа, направлена ??на дестабилизацию России путем раздувания этнических разногласий между мусульманским и русским населением. Согласно данным 2010 года, примерно 11,7% из 140 миллионов жителей России были мусульманами. Ислам является второй религией в стране по численности ее последователей. Связанное с ЦРУ разведывательное и публицистическое агентство Stratfor писало в 2013 году, что, поскольку общее население России продолжает сокращаться, то доля в нем мусульман вырастет к 2030 году до 15,6 процента.

Две чеченские войны, унесшие жизни примерно десятой части населения Чечни; поощрение русского шовинизма и антимусульманских настроений со стороны российского государства и СМИ; социально-экономическая катастрофа, порожденная капиталистической реставрацией, — все это способствовало значительному росту социально-политического недовольства среди мусульманского населения России. Империалистические державы пытаются использовать его в своих интересах. Опираясь на националистические и исламистские элиты, они пытаются направить недовольство, существующее среди мусульман России, в русло поддержки антироссийского сепаратизма.

Вашингтон, поддерживая исламистские силы на Северном Кавказе, крайне правых националистов на Украине и националистическую фракцию среди крымских татар, одновременно оказывает поддержку и правым, антимусульманским русским националистам, таким как Алексей Навальный, выдавая их за «прогрессивную» и «либеральную» альтернативу авторитарному режиму Путина.

Шумиха по поводу «прав человека», освобождения угнетенных народов и предотвращения «геноцида» используется для подготовки дальнейшего расчленения бывшего Советского Союза по югославскому сценарию. Кровавые Балканские войны 1990-х годов покажутся бледной репетицией тех океанов крови, которыми будет сопровождаться раскол России.

Рабочие Соединенных Штатов и ??стран бывшего СССР должны быть предупреждены о тех грязных операциях, которые ведутся империалистическими правительствами и их мелкобуржуазными лакеями. Сегодняшний социальный кризис и растущая угроза мировой войны являются, в конечном счете, результатом разрушения Советского Союза в 1991 году и сталинистского предательства интернационалистической программы Октябрьской революции. Для рабочего класса единственным выходом из этой ситуации является борьба за объединение рабочих на социалистической основе поверх всех национальных, религиозных и этнических границ.

Примечания:

[6] Цит. по: Wolfgang G. Schwanitz: Max von Oppenheim und der Heilige Krieg. Zwei Denkschriften zur Revolutionierung islamischer Gebiete 1914 und 1940 [Вольфганг Шваниц: Макс фон Оппенгейм и священная война. Два меморандума о революционизации исламских регионов в 1914 и 1940 годах], in: Sozial. Geschichte Online, Vol. 19 (2004), p. 55. Перевод с немецкого сделан К.В. Статья доступна на сайте: http://www.trafoberlin.de/pdf-dateien/
Oppenheims%20Jihad%20Dokumente%20WGS%20%20120207.pdf

[7] Alan Fisher: The Crimean Tatars, Hoover Institution Press 1972, p. 122.

[8] Bryan Glyn Williams: The Crimean Tatars: The Diaspora Experience and the Forging of a Nation, Brill 2001, p. 346-47.

[9] Alfred Rosenberg: Der Zukunftsweg einer deutschen Aussenpolitik, Muenchen 1927, p. 93.

[10] Ian Johnson: A Mosque in Munich. Nazis, the CIA and the Rise of the Muslim Brotherhood in the West [Ян Джонсон: Мечеть в Мюнхене. Нацисты, ЦРУ и подъем «Братьев-мусульман» на Западе], Houghton-Mifflin-Harcourt 2010, p. 24.

[11] Lowell Bezanis: Soviet Muslim Emigres in the Republic of Turkey. Paper prepared for the Department of the State of the United States of America [Лоуэлл Безанис: Советские мусульманские эмигранты в Турецкой республике. Документ, подготовленный для Госдепартамента Соединенных Штатов Америки]. May 1992, p. 68. Доступно в PDF-формате: www.dtic.mil/cgi-bin/
GetTRDoc?AD=ADA251103

[12] Alan Fisher: The Crimean Tatars, Hoover Institution Press 1972, pp. 153-54.

[13] Lowell Bezanis: Soviet Muslim Emigres in the Republic of Turkey. Paper prepared for the Department of the State of the United States of America. May 1992, p. 68.

[14] Ian Johnson: A Mosque in Munich. Nazis, the CIA and the Rise of the Muslim Brotherhood in the West, Houghton-Mifflin-Harcourt 2010, pp. 26-27.

[15] Quoted in: Ibid., p. 127.

[16] Lowell Bezanis: Soviet Muslim Emigres in the Republic of Turkey. Paper prepared for the Department of the State of the United States of America. May 1992, p. 68.

[17] Ibid., p. 35.

[18] Elizabeth Gomart: After the Return: The Struggle of the Crimean Tatars to Reintegrate, in: When Things Fall Apart: Qualitative Studies of Poverty in the Former Soviet Union [Элизабет Гомар: После возвращения: Борьба крымских татар за воссоединение, в сборнике: Когда все разваливается: Качественные исследования бедности в странах бывшего Советского Союза], ed. by Nora Dudwick, Elizabeth Gomart and Alexandre Marc, World Bank 2003, p. 307. Доступно в PDF-формате: http://www-wds.worldbank.org/external/default/
WDSContentServer/WDSP/IB/2003/03/
14/000094946_03011004010512/Rendered/PDF/multi0page.pdf

[19] Oleg Yarosh: Islam and Muslims in Ukraine after the “Revolution of Dignity”: Current Challenges and Perspectives [Олег Ярош: Ислам и мусульмане на Украине после «революции достоинства»: Современные проблемы и перспективы], in: Euxeinos 17/2015, p. 35. Доступно в PDF-формате: http://www.gce.unisg.ch/~/media/internet/
content/dateien/instituteundcenters/gce/
euxeinos/yarosh%20islam%20euxeinos%2017_2015.pdf

К началу страницы

МСВС ждет Ваших комментариев:



© Copyright 1999-2017,
World Socialist Web Site