Европейские выборы и возрождение классовой борьбы

Алекс Лантье
13 июня 2019 г.

В конце мая в Европе прошли выборы в Европарламент, которые выявили глубокую дискредитацию политического истеблишмента и его невосприимчивость к растущим требованиям рабочего класса, жаждущего политических перемен.

По всей Европе уровень поддержки традиционных правящих партий рухнул до беспрецедентного минимума, что произошло на фоне растущего социального гнева и протеста против политики жесткой экономии и милитаризма, которую они проводят с момента основания Европейского союза (ЕС) в 1992 году. Общее количество голосов, поданных за традиционные консервативные и социал-демократические партии, упало в Германии до 43 процента, в Великобритании — до 23 процента, во Франции — до 15 процентов и в Италии — до 32 процентов. Номинально «левые» союзники социал-демократии, такие как «Левая партия» в Германии, «Непокоренная Франция» Жана-Люка Меланшона и испанская «Подемос», также понесли серьезные потери.

Однако главными бенефициарами выборов стали либо крайне правые партии, такие как партия «Брексит» и французское неофашистское «Национальное объединение», либо проевропейски настроенные либеральные или «Зеленые» партии, связанные с социал-демократией. Этот выбор не решит ни одной из проблем, которые заставили десятки миллионов избирателей по всей Европе отказаться поддержать традиционные правящие партии.

Таким образом, основной каркас европейской буржуазной политики продолжает неуклонно сдвигаться вправо. Европейская финансовая аристократия, частные состояния которой после краха 2008 года были спасены благодаря огромному увеличению государственного долга и использованию драконовских финансовых мер жесткой экономии, накопила огромные богатства и власть. Основы европейского капитализма подрываются взрывоопасными геополитическими и экономическими конфликтами, к которым необходимо отнести угрозу нападения США на Иран, продолжающееся наращивание военной мощи НАТО в Восточной Европе, нацеленное на вооруженную ядерным оружием Россию, угрозу торговой войны США против Китая и Германии, а также приближающийся выход Британии из ЕС. В этих условиях все европейские империалистические державы неуклонно наращивают мощь своих армий и полицейских государственных машин. Это определяет в настоящий момент крайне правый вектор эволюции европейской политики.

Такая политика уже на начальном этапе спровоцировала всплеск социальных протестов и забастовок. В этом году прошла национальная забастовка учителей в Польше — впервые после реставрации капитализма сталинистской бюрократией в 1989 году. Также в этом году прошла череда забастовок в Португалии, продолжалось движение «желтых жилетов» во Франции против президента Эммануэля Макрона, а также была проведена молодежная климатическая забастовка против глобального потепления. Выборы в Европарламент ясно показали, что правящий класс не намерен идти ни на какие уступки этому растущему протестному движению.

Очевидно, что вся нынешняя избирательная кампания развивалась в узких рамках конфликта между проевропейскими и националистическими или неофашистскими партиями. Однако после десятилетнего сдвига всего правящего класса далеко вправо уже мало что отделяет охваченный кризисом Евросоюз от реализации проекта «Европы народов», предложенного неофашистами, такими как министр внутренних дел Италии Маттео Сальвини или французская Марин Ле Пен.

Партии, выступающие за ЕС, — включая консерваторов, социал-демократов и союзников греческого правительства «Сиризы» («Коалиции радикальных левых»), — вложили миллиарды в укрепление армии, наращивают полицейские силы и обширную сеть концентрационных лагерей для беженцев, спасающихся от разрушительных войн, которые ведет НАТО в Африке и на Ближнем Востоке. В то же время эти партии навязывают режим жесткой экономии. В условиях растущих конфликтов между США и ЕС Евросоюз превратился в структуру, при помощи которой Париж и, прежде всего, Берлин ведут курс быстрой милитаризации своей внешней политики, чтобы попытаться создать независимые от Вашингтона европейские вооруженные силы. В итоге конфликты между сторонниками укрепления Евросоюза и более ярко выраженными националистическими силами сводятся лишь к ожесточенной борьбе фракций в отношении разного взгляда на степень влияния на европейскую политику администрации Трампа и связанные с этим сдвиги в расстановке сил в самой Европе.

Распад традиционных партий власти в Европе свидетельствует о банкротстве европейского капитализма. Но рабочий класс не может оставаться сторонним наблюдателем в борьбе между защитниками машины ЕС и представителями крайне правой программы «Европы народов», такими как Сальвини, которые также выступают за меры суровой экономии и жестокое преследование иммигрантов. Обе противоборствующие стороны стремительно движутся в сторону фашистских и авторитарных форм правления. В отличие от 1930-х годов правящий класс пока еще не создал основы для массового движения в поддержку фашистской политики. Однако опасность такого развития событий очевидна. В противовес этому путь вперед возможен только на основе мобилизации европейского и международного рабочего класса в борьбе под собственным знаменем и в русле собственной политической программы.

Для этого необходимо понимание классовой динамики разворачивающегося кризиса, что требует международного объединения борьбы рабочего класса независимого от всех политических представителей буржуазии и благополучного среднего класса. Выборы в ЕС неопровержимо свидетельствуют о реакционной роли последних.

В Британии крайне правая партия «Брексит» Найджела Фараджа заняла первое место, набрав 31 процент голосов, в то время как поддержка Консервативной партии премьер-министра Терезы Мэй упала до 9 процентов, а ее правительство распалось. Фараджу удалось извлечь выгоду из взрывного социального недовольства в Великобритании — прежде всего, благодаря банкротству лидера Лейбористской партии Джереми Корбина. Взлетев на пост лидера партии благодаря растущему социальному гневу, Корбин старательно избегал призывов к борьбе рабочего класса против премьер-министра Мэй — в знак солидарности с разворачивающейся борьбой по всей Европе. После бесконечных уступок группе военных преступников (в связи с войной в Ираке) из того крыла собственной Лейбористской партии, которое возглавлялось Тони Блэром, он кончил тем, что в этом году вел переговоры с Мэй, чтобы поддержать ее в ходе кризиса перспективы Брексита.

Продемонстрировав единство своей партии с консерваторами, оставив поддерживавших его рабочих безоружными, Корбин предоставил Фараджу возможность демагогически выдавать себя за единственного противника правительства Мэй. Унижение Корбина со стороны Фараджа, когда лейбористы получили лишь 14 процентов голосов поддержки, было завершено победой Либерально-демократической партии в его собственном избирательном округе Ислингтон.

В Германии полученный правительством «Большой коалиции» результат в 43% стал еще одним индикатором отвержения населением навязываемой «верхами» программы милитаризации германской внешней политики и поощрения крайне правых профессоров, стремящихся легитимировать гитлеризм, милитаризм и диктаторские формы правления. Несмотря на тесные связи крайне правой партии «Альтернатива для Германии» (АдГ) с правящими партиями, а также постоянное рекламирование крайне правых в средствах массовой информации, результат в 10,5 процентов, полученных АдГ, был намного превзойден «Зелеными», за которых проголосовало 22 процента. Этот результат отразил широкую оппозицию неофашизму, а также озабоченность по поводу экологии, проявившую себя в массовых протестах против изменения климата.

Партия «Зеленых» не является альтернативой партиям «Большой коалиции», с которыми «Зеленые» активно сотрудничают. Эта партия поддерживала кровавые войны НАТО на Балканах в 1990-е годы и работала совместно с социал-демократами над введением в 2000-х годах ненавистных законов жесткой экономии «Гарц IV». Теперь один из основателей и ведущих лидеров «Зеленых» Даниэль Кон-Бендит, еще студентом принимавший участие в протестах 1968 года, является близким советником президента Макрона, подавляющего протесты «желтых жилетов». Если «Зеленые» придут к власти, они будут проводить политику, неотличимую от той, которая в настоящее время проводится «Большой коалицией».

Выборы в Европарламент также разоблачили целый ряд «левых популистских» партий благополучного среднего класса, состоящих из наследников сталинистских партий и мелкобуржуазных ренегатов троцкизма. Их попытки предложить политику, более выгодную для привилегированных социальных слоев, среди которых они имеют основную поддержку, включая профсоюзную бюрократию и «левые» академические круги, лишь показали их протестное бессилие. Горький опыт последних нескольких лет показал, что эти псевдо-левые партии служат почти исключительно для блокирования оппозиции в рабочем классе.

Премьер-министр Греции Алексис Ципрас объявил о проведении новых национальных выборов после того, как «Сириза» была отодвинута на второе место правой партией «Новая демократия». Ципрас вопиюще предал свои собственные обещания на выборах 2015 года, когда он провозглашал необходимость положить конец политике жесткой экономии ЕС. Но Ципрас не остановился на этом и навязал греческим рабочим миллиардные сокращения социальных расходов, а также посадил в тюрьму десятки тысяч беженцев на греческих островах и продолжил продавать оружие Саудовской Аравии, ведущей войну в Йемене. Ципрас снова делает все возможное, чтобы власть оказалась в руках правых сил. Продолжая лгать до последнего конца, он пообещал, объявляя о новых выборах, что «никогда не откажется от борьбы за равенство, солидарность и социальную справедливость».

В Испании партия «Подемос», являющаяся союзницей «Сиризы», потеряла половину своих мест в парламенте ЕС после того, как поддержала социал-демократическое правительство, выступающее за политику жесткой экономии, и призвала не предпринимать никаких действий против подавления полицией референдума о независимости Каталонии в 2017 году и последующего преследования каталонских националистических политических заключенных. Лидер партии Пабло Иглесиас пообещал создать новое коалиционное правительство с социал-демократами, которые со своей стороны рассматривают возможность вступления в альянс с открыто правой Гражданской партией.

Наконец, первое место, которое завоевала партия Марин Ле Пен во Франции — это, прежде всего, результат реакционной роли партии «Непокоренная Франция» Жана-Люка Меланшона, паблоистской «Новой антикапиталистической партии» и сталинистских профсоюзов. Негласно поддержав Макрона на президентских выборах 2017 года, они язвительно враждебно отнеслись к протестам «желтых жилетов». Несмотря на то, что в 2017 году Меланшон набрал 7 миллионов голосов, он не призвал к массовым протестам по защите «желтых жилетов» от злобной волны насилия со стороны полиции. А забастовки, вызванные солидарным движением с «желтыми жилетами», были с подачи профсоюзов изолированы и проданы.

Эти предательства способствовали тому, что неофашисты стали захватывать протестную инициативу в свои руки. Несмотря на свое происхождение в качестве наследников нацистского режима Виши, они цинично выдавали себя за самых главных противников ненавистного президента Макрона и защитников права «желтых жилетов» на протест — даже когда неофашистская полиция избивала и калечила «жёлтые жилеты» на улицах.

Эти европейские выборы состоялись в период трансформации и кризиса, для которого характерны прогрессирующий распад старой правящей элиты и пока еще начальные этапы возрождения классовой борьбы. В результате десятилетий политической реакции социал-демократические и псевдо-левые партии порвали все свои связи с рабочим классом или с социальным протестом. Рабочие больше не видят в них оппозиционной силы и начинают брать борьбу в свои руки. Вспышка массовых акций протеста и забастовок, организованных независимо от профсоюзов в социальных сетях, указывает на широкий сдвиг населения влево, даже когда правящая элита смещается вправо.

Эта ситуация подтверждает перспективы и анализ Международного Комитета Четвертого Интернационала (МКЧИ). Сталинистская реставрация капитализма в СССР и странах Восточной Европы не означала «конца истории» и завершения эпохи международной классовой борьбы против капитализма, которая началась Октябрьской революцией 1917 года в России. Более того, МКЧИ правильно предвидел форму, которую примет возрождение классовой борьбы: восстание против всей старой социал-демократической, сталинистской и паблоистской бюрократии и их союзников в профсоюзах.

Революция и социализм, понимаемые как фундаментальные изменения, улучшающие социальные условия трудящихся, становятся все более популярными во всем мире. Однако рабочие и молодежь все еще находятся на начальных этапах процесса радикализации, который был описан Львом Троцким в его великой Истории русской революции:

«В революцию массы входят не с готовым планом общественного переустройства, а с острым чувством невозможности терпеть старое. Лишь руководящий слой класса имеет политическую программу, которая, однако, нуждается еще в проверке событий и в одобрении масс. Основной политический процесс революции и состоит в постижении классом задач, вытекающих из социального кризиса, в активной ориентировке масс по методу последовательных приближений» [https://www.magister.msk.ru/library/trotsky/trotl007.htm].

В настоящий момент, когда рабочий класс находится в начальной стадии своего возрождения, многое еще предстоит прояснить. Оппозиция по отношению к правящим кругам в рабочем классе по-прежнему сохраняет следы предыдущей эпохи, в которой то, что называлось «левым», было политикой благополучного среднего класса, выраженной в терминологии «народа» и «демократии» и отвергавшей классовую борьбу. Голоса протеста идут в пользу «Зеленых» или либеральных партий, обещающих более гуманную капиталистическую политику, или даже неофашистов, обещающих защитить национальное государство, — но не в поддержку революции международного рабочего класса.

Однако события быстро меняют классовое сознание, подготавливая взрывные сдвиги в политической ориентации рабочего класса. Радикализация рабочих и молодежи в сочетании с невозможностью изменения политики, мертвой хваткой контролируемой финансовой аристократией, укрепит позиции МКЧИ и привлечет внимание к его призыву вести классовую политику. Европейские секции МКЧИ, партии Социалистического Равенства — британская Socialist Equality Party, французская Parti de l'égalité socialiste, и немецкая Sozialistische Gleichheitspartei, — вели агитационную кампанию на европейских выборах, чтобы подготовить такое развитие событий.

Опыт борьбы рабочего класса покажет, что единственный путь вперед — это реализация программы и перспективы МКЧИ: мобилизация всей силы международного рабочего класса для экспроприации класса капиталистов, овладение политической властью и построение социализма. Выход из кризиса европейского капитализма — это не капиталистический Евросоюз и не фашистская «Европа народов», а борьба рабочего класса за построение Соединенных Социалистических Штатов Европы.