Лидер немецкой Левой партии Сара Вагенкнехт призывает к деглобализации

Петер Шварц
20 июня 2020 г.

«Попытки спасти хозяйство, привив ему трупный яд национализма, приводят к тому заражению крови, которое носит название фашизма».

Лев Троцкий, «Национализм и хозяйство», апрель 1934г.

Ответ лидера Левой партии Сары Вагенкнехт на кризис с коронавирусом заключается в том, чтобы призвать к деглобализации. 20 мая она изложила свои идеи в колонке, которую она регулярно пишет для правого еженедельного журнала Focus.

Сара Вагенкнехт (Raimond Spekking / CC BY-SA 4.0 via Wikimedia Commons)

В статье, озаглавленной «Что сейчас нужно Германии, чтобы спасти процветание среднего класса», Вагенкнехт пишет: «Защита рабочих и отечественных поставщиков от дешевого импорта и враждебных поглощений является не националистической, а демократической обязанностью… Мы должны вернуть создание промышленной стоимости в Европу и преодолеть нашу зависимость в ключевых секторах, таких как цифровая экономика».

Вагенкнехт обосновывает свой призыв к «защитным мерам для отечественной экономики» тем, что в конце XIX века Германия и США преодолели свою промышленную отсталость «благодаря защитным высоким тарифным барьерам». Она продолжает: «Это была не свободная торговля, а протекционизм, который сделал обе страны богатыми».

Она утверждает, что те, кто выиграл от более поздней глобализации, были «только теми странами, которые не играли в игру по правилам Запада — свободная торговля, свободное движение капитала, уход государства из экономики, — а играли по своим собственным правилам». Китай, Япония и Южная Корея «открывали свои национальные промышленные отрасли для международной конкуренции крайне избирательно и всегда лишь тогда, когда они могли выжить в ней на равных».

Вагенкнехт связывает призыв к протекционизму с нападками на «победителей глобализации», которыми, по ее словам, являются «англосаксонские финансовые инвесторы», «международный клуб миллиардеров» и «новый верхний класс академической профессуры, живущий в модных городских кварталах западных метрополий».

Она противопоставляет их всем тем, «чья жизнь стала тяжелее и неопределеннее». Среди «неудачников» глобализации есть много представителей академической среды, но прежде всего есть «люди, которые не имеют университетского диплома и чьи перспективы солидной работы и профессионального роста сегодня намного ниже, чем во второй половине прошлого века».

Утверждение, согласно которому высокие тарифные барьеры и другие протекционистские меры служат защите социально незащищенных слоев населения, является ложным и политически реакционным. Эта позиция не имеет ничего общего с традициями социализма, а относится к традициям фашизма. Эти заявления способствуют разжиганию национализма, разделению международного рабочего класса и подготовке к торговым войнам и военным конфликтам.

Как Муссолини, так и Гитлер обвиняли мировую экономику в глубокой рецессии 1930-х годов и проводили националистическую экономическую политику. Лев Троцкий, наиболее значимый, наряду с Лениным, лидер Октябрьской революции и основатель Четвертого Интернационала, опубликовал в апреле 1934 года статью «Национализм и хозяйство», из которой взята цитата, приведенная в начале этой статьи.

В своей статье Троцкий не только объясняет анахроничное, глубоко реакционное содержание экономического национализма, но и — за пять лет до начала Второй мировой войны — делает предсказание о том, что «фашистский национализм упадка... подготовляет… вулканические взрывы и грандиозные столкновения на мировой арене. Все, что наблюдалось по этой части за последние 25–30 лет, покажется идиллической увертюрой по сравнению с той адской музыкой, которая надвигается на нас».

Оценка Троцкого базировалась на марксистском понимании истории, согласно которому развитие производительных сил является движущей силой человеческого прогресса. В течение XVIII и XIX веков буржуазные революции преодолели средневековый партикуляризм [разобщенность] и создали современные национальные государства, в рамках которых могла развиваться капиталистическая экономика.

Но экономическое развитие не остановилось на национальных рамках. Мировая торговля разрослась, и фокус развития сместился с внутреннего на внешний рынок.

«Если для XIX века было знаменательно слияние судьбы нации и судьбы хозяйства, то основной тенденцией нашего века является возрастающее противоречие между хозяйством и нацией, — объяснял Троцкий. — Нынешний кризис, синтезируя в себе все капиталистические кризисы прошлого, означает прежде всего кризис национального хозяйства».

Империалистические державы пытались «разрешить» этот кризис путем насильственной экспансии за счет своих соперников. Это было главной причиной двух мировых войн. «Одной из главных причин [Первой] мировой войны, — писал Троцкий, — явилось стремление германского капитала вырваться на более широкую арену. В качестве ефрейтора Гитлер сражался в 1914–1918 годах не во имя объединения немецкой нации, а во имя сверхнациональной, империалистической программы…»

Но война не принесла никакого решения. Поэтому в 1933 году правящая элита назначила Гитлера канцлером и предоставила ему диктаторские полномочия. Нацисты были использованы для подготовки второй мировой империалистической войны путем разгрома рабочего движения и концентрации национальной экономики.

Статья Троцкого, которой уже почти 90 лет, сегодня актуальна как никогда. Интеграция мировой экономики достигла беспрецедентного уровня. Теперь не только торговля, но и производственные цепочки охватывают весь мир. Население мира в четыре раза больше, чем в 1933 году — почти 8 миллиардов человек, из которых более половины живут в городах.

Попытка «насильственно подчинить хозяйство пережившему себя национальному государству» несет с собой сегодня еще более разрушительные последствия, чем тогда. Это ставит под вопрос выживание человечества.

Тем не менее, начиная с США, экономический национализм и торговые войны распространяются как лесной пожар. Еще раз цитируя Троцкого: «Вместо того чтобы расчистить перед новой техникой достойную её арену, правители рубят и режут живой организм хозяйства по частям».

Все империалистические державы, включая Германию, вовлечены в масштабное перевооружение. Миллиарды тратятся на обновление ядерных арсеналов. Подготовка к войне, особенно против Китая, зашла уже весьма далеко. Повсюду правые и фашистские силы поднимают головы.

Как экономист с докторской степенью Вагенкнехт, естественно, знает, что невозможно мирными средствами вернуть экономику на уровень десятилетней или вековой давности. В такой экономически высокоразвитой стране, как Германия, которая больше других зависит от международного разделения труда, эта идея абсурдна.

Пропаганда протекционизма от лица Вагенкнехт преследует иную цель. Поступая так, она поддерживает немецкую буржуазию в будущих торговых войнах и военных операциях против Китая и особенно против США. Она стремится мобилизовать силы, чтобы противостоять объединению международного рабочего класса — единственной социальной силы, способной свергнуть капитализм и организовать мировую экономику на благо всего человечества.

Агитация Вагенкнехт против беженцев, что неоднократно приносило ей похвалу со стороны крайне правой «Альтернативы для Германии» (АдГ), не была случайностью. В своей политической карьере она делала много зигзагов, но одно всегда оставалась неизменным — ее национализм.

После воссоединения Германии в 1991 году Вагенкнехт в 20-летнем возрасте стала ведущей фигурой Коммунистической платформы Партии демократического социализма (ПДС), представлявшей собой не что иное, как собрание пожилых восточногерманских функционеров, которые цеплялись за сталинизм и его националистическую доктрину «социализма в одной стране». Двадцать лет спустя она начала петь дифирамбы реакционной послевоенной эпохе Аденауэра и ее экономистам. Она больше не цитировала Маркса. Вместо этого она взяла за вооружение тот взгляд, что социализм в действительности означает последовательный либерализм — с конкуренцией, меритократией и личной ответственностью.

Теперь она взывает к сильному государству, чтобы защитить немецкую экономику от «китайского экспортного демпинга» и «иностранных поглощений» и обеспечить «подлинную конкуренцию на основе эффективности», высказав эти свои позиции 21 мая в интервью деловому журналу Capital. При этом она, напротив, недвусмысленно отвергает «государственную экономику». Это «не задача государства — управлять компаниями на постоянной основе», утверждает она.

Несмотря на то, что Вагенкнехт ушла с поста главы парламентской фракции Левой партии в ноябре прошлого года, она продолжает оставаться одним из ведущих представителей этой партии. Она часто представляет Левую партию на ток-шоу и в средствах массовой информации. Она символизирует партию, которая безоговорочно поддерживает германский империализм и готова защищать интересы немецкой буржуазии любыми средствами — как против рабочего класса внутри страны, так и против внешних соперников германского империализма.