Псевдо-левые тенденции внутри Левой партии и на ее периферии реагируют на массовые демонстрации против неофашистской «Альтернативы для Германии» (АдГ) и рост забастовок и протестов в самой Германии и за ее пределами дальнейшим сдвигом вправо. Они опасаются, что оппозиция против фашизма, социального неравенства, агитация против беженцев и милитаристская политика, поддерживаемая всеми партиями истеблишмента, — все это выйдет из-под контроля правительства и профсоюзной бюрократии и примет независимые формы.
В то время как Sozialistische Gleichheitspartei (Партия Социалистического Равенства) борется за то, чтобы превратить протесты и забастовки в сознательное движение рабочего класса против правительства и капитализма, основные псевдо-левые группы — «Marx 21», SAV и RIO — защищают те самые организации, которые ответственны за политику правого толка, прокладывающую дорогу фашистам. Их ориентация на правящие партии, профсоюзы и буржуазное государство направлена не против АдГ, а против независимого социалистического движения рабочего класса против капитализма, фашизма и войны.
«Marx 21» и призыв к буржуазному государству действовать против фашизма
Это особенно очевидно в призыве группы «Marx 21» к юридическому запрету АдГ. Эта тенденция государственного капитализма возникла как сателлит британской Социалистической рабочей партии (SWP). В комментарии Джанин Висслер, которая плавно переместилась из этой группы на пост сопредседателя Левой партии, заявляет, что «государственный запрет партии» АдГ был бы «тяжелым ударом по самой могущественной правой структуре за последние десятилетия». «Запрет АдГ не только перекроет денежный поток [к фашистам], но и повлечет за собой всеобъемлющий запрет на [фашистскую] деятельность [в целом]. АдГ и ее организациям-преемникам больше не будет разрешено проявлять активность».
Чтобы не выглядеть совершенно некритичными сторонниками репрессивного государственного аппарата, который широко пронизан правыми силами, «Marx 21» для проформы отмечает, что требование запрета целой партии связано со «многими подводными камнями». Например, государственный аппарат «неоднократно демонстрировал в прошлом, что он слеп на правый глаз». Все это говорится только для того, чтобы затем повторить требование: «Если антифашистское движение выступает за кампанию запрета [АдГ], мы не должны быть сектантами и демонстрировать брезгливость».
Неприятие концепции, согласно которой буржуазное государство способно играть какую-либо роль в борьбе с правыми, не имеет ничего общего с сектантством, а является элементарной предпосылкой для создания подлинно антифашистского движения. Государственный аппарат не только «слеп на правый глаз», но и является центром правых заговоров. Полиция, военные и секретные службы Германии пронизаны крайне правыми сетями и играют центральную роль в продвижении АдГ.
Это наиболее очевидно при взгляде на Федеральное ведомство по охране конституции, как называется внутренняя секретная служба Германии. В течение многих лет его возглавлял фашист Ханс-Георг Маассен, который несколько раз встречался с представителями АдГ, чтобы предварительно обсудить доклады своего агентства об «антиконституционных» группах с ними. Партии истеблишмента назначили Маассена главой внутренней разведывательной службы с целью укрепления правых сетей в госаппарате и еще более открытого наступления с целью иллегализации марксизма и подавления всей левой оппозиции.
Призыв к буржуазному государству действовать против фашистов, якобы выдвинутый ранее Львом Троцким, является верхом исторической фальсификации, которую практикует «Marx 21». «Нашей стратегией не может быть сосредоточение исключительно на социальной революции, которая затем покончит с фашизмом, — пишет группа. — В духе сравнения Троцкого о необходимости первостепенной борьбы против “револьвера” фашизма и едва ли менее важной борьбы с медленно действующим “ядом” капитализма, наша цель должна сначала состоять в том, чтобы выбить “револьвер” из рук противника».
Утверждение, согласно которому Троцкий (самый важный, наряду с Лениным, лидер Октябрьской революции и основатель Левой оппозиции и Четвертого Интернационала) полагался на буржуазное государство в деле подавления фашизма, переворачивает реальность с ног на голову. Троцкий яростно боролся против позиции Социал-демократической партии Германии (СДПГ), которая исходила из того, что буржуазное государство и его органы могут быть использованы для борьбы с фашизмом. В книге «Немецкая революция и сталинская бюрократия» Троцкий охарактеризовал политику СДПГ как рабскую ориентацию на государство, полицию и Рейхсвер в борьбе против Гитлера (социал-демократы взывали к государству: «Помогите! Вмешайтесь!»), заключая: «Так пережившие себя реформисты и по бюрократической линии работают на фашистов».
История подтвердила предупреждения Троцкого. Гитлер пришел к власти в январе 1933 года в результате заговора между политиками, крупным бизнесом и военными. 23 марта 1933 года все буржуазные партии проголосовали за принятие «Закона о чрезвычайных полномочиях», заложив фундамент для нацистской диктатуры.
Троцкий проводил сравнение «револьвер-яд» не для того, чтобы оправдать поддержку реакционных сил, которые затем помогли Гитлеру прийти к власти, как это изображает «Marx 21» Само сравнение взято из письма немецкому рабочему-коммунисту от декабря 1931 года, которое было опубликовано под названием «В чем состоит ошибочность сегодняшней политики германской компартии?» В нем Троцкий отстаивает тактику Единого фронта против сталинской концепции социал-фашизма.
Коммунистическая партия (КПГ) под влиянием Сталина категорически отказывалась выступать Единым фронтом против нацистов с СДПГ, которую, в отличие от сегодняшнего дня, все еще поддерживала значительная часть рабочего класса. Вместо этого КПГ отстаивала ультралевую линию, которая приравнивала социал-демократию к фашизму, разделяла и сбивала с толку рабочий класс и толкала значительные слои мелкой буржуазии к принятию фашистской демагогии Гитлера. КПГ не только отвергала любое сотрудничество с СДПГ против фашистской опасности, но в некоторых случаях даже выступала заодно с нацистами, — например, когда поддержала референдум, инициированный НСДАП в 1931 году с целью свержения возглавляемого СДПГ правительства Пруссии.
Троцкий боролся против этой гибельной политики. Он писал, что «Центральный комитет ГКП исходит из той мысли, что нельзя победить фашизм, не победив предварительно германскую социал-демократию». Хотя эта мысль была безусловно верна в «историческом масштабе», писал Троцкий, это вовсе не означало, «что при ее помощи, т.е. путем ее голого повторения, можно решать вопросы дня».
«Мысль, правильная с точки зрения революционной стратегии, взятой в целом, — продолжал Троцкий, — превращается в ложь, притом в реакционную ложь, если ее перевести на язык тактики».
Поскольку было невозможно, чтобы КПГ «опрокинула и социал-демократию, и фашизм» в ближайшие месяцы, отказ от Единого фронта означал, что руководство КПГ считало «победу фашизма неизбежной». Именно в этом контексте Троцкий приводит сравнение «револьвер-яд». Чтобы выбить «револьвер» из рук нацистов, необходимо было выступить Единым фронтом с СДПГ.
Троцкий не выступал за смешение программ КПГ и СДПГ. Он отвергал клевету КПГ о том, что он якобы требовал от нее поддержки полудиктаторского режима Генриха Брюнинга как «меньшего зла», как это делала СДПГ. Вопрос о том, был ли Гитлер или Брюнинг «меньшим злом», не имел никакого «смысла, ибо их система, против которой мы боремся, нуждается во всех этих элементах. Но эти элементы сейчас в состоянии конфликта, и партии пролетариата необходимо использовать этот конфликт в интересах революции».
Тактика Единого фронта служила этой цели. «Если один из врагов отравляет меня ежедневно мелкими порциями яда, а другой хочет пристрелить из-за угла, то я первым делом выбью у этого второго врага револьвер из рук, ибо это даст мне возможность справиться с первым врагом. Но это не значит, что яд есть “меньшее зло” по сравнению с револьвером».
Концепция Единого фронта, за которую выступал Троцкий, служила освобождению рабочих от парализующего влияния социал-демократии перед лицом фашистской опасности и привлечению их к революционной социалистической программе борьбы с капитализмом. В вышеупомянутом письме, которое «Marx 21» многозначительно не упоминает и не цитирует в точности, говорится: «И этот общий для всего пролетариата фронт прямой борьбы против фашизма надо использовать для фланговой, но тем более действительной борьбы против социал-демократии».
Троцкий настаивал на том, что, в конечном счете, только «социальная революция» может остановить фашизм. Он, как никто другой, понимал, что фашизм является продуктом капиталистического кризиса и может быть остановлен только независимой мобилизацией рабочего класса. Он противопоставлял капиталистической политике фашизма и войны стратегию мировой социалистической революции. На сегодняшний день это остается единственной жизнеспособной перспективой.
Однако, в отличие от 1930-х годов, сегодня нет массового фашистского движения и массовых рабочих партий, но роль государства и буржуазных партий та же самая. Как и тогда, буржуазные институты и партии, к которым сегодня относится СДПГ, реагируют на капиталистический кризис, поворачивая к фашизму. Они систематически укрепляют АдГ. Они интегрировали ее в парламентскую работу на федеральном уровне и на уровне земель. Программа АдГ — массовые депортации, милитаризация и поддержка геноцида в Газе — уже давно претворяется ими самими в жизнь.
Если правящие партии и профсоюзы сейчас вмешиваются в массовые протесты против АдГ под лозунгом «Вместе за демократию», то их цель состоит в том, чтобы прикрыть свою собственную правую повестку дня и подчинить протесты государственному аппарату.
SAV прославляет профсоюзы и альянс Левой партии-СДПГ-«Зеленых»
Эту ориентацию поддерживают все псевдо-левые. SAV (Социалистический альянс) возник в качестве немецкой секции британской «Тенденции Militant»/Социалистической партии. Как и «Marx 21», он является неотъемлемой частью Левой партии и также распространяет иллюзии относительно буржуазного государства в своих статьях о протестах. «Последовательный запрет всех фашистских организаций и их роспуск, конфискация их имущества и тюремное заключение нацистских погромщиков и расистских агитаторов, которые в настоящее время находятся на свободе, в сочетании с четкой позицией государства по борьбе с расизмом и поддержкой антифашистских сетей и просветительской работы помогли бы в борьба с правыми», — говорится в одной из их статей.
SAV точно знает, насколько абсурдно приписывать подобные характеристики государственному аппарату, который пронизан сетями правых экстремистов и ведет настоящую войну против антифашистов и левых. «Однако это не является стратегией буржуазных партий или тех, кто контролирует рычаги экономической власти», — лаконично говорится в статье. Таким образом, «требование о запрете АдГ со стороны государства» «не выдвигалось».
Это не меняет реакционной ориентации. В то время как «Marx 21» прямо призывает государство действовать против фашистов, SAV делает это косвенно, распространяя иллюзии относительно силы номинально «левых» правящих партий, а также обращаясь к Левой партии и профсоюзам. СДПГ и «Зеленые» представляют собой «демократическую противоположность» АдГ, пишет SAV в заявлении, озаглавленном «Как нам остановить АдГ и сдвиг вправо?».
В то же время SAV призывает Левую партию активнее вмешиваться в протесты, чтобы положить им конец: «Левая партия должна решить, будет ли она пассивно поддерживать протесты и позиционировать себя как еще одну “демократическую партию” наряду с СДПГ и “Зелеными”, или же она дистанцируется от них, выступив со своими собственными требованиями и заняв четкую позицию против политики жесткой экономии и государственного расизма».
Само признание того, что ее головная организация, Левая партия, ничем де-факто не отличается от СДПГ и «Зеленых», разоблачает SAV как, по сути, правую, буржуазную тенденцию. Будучи ведущими партиями в федеральном коалиционном правительстве, СДПГ и «Зеленые» систематически наращивают провоенный курс против России и на Ближнем Востоке, делают все для ускорения процесса перевооружения и заставляют рабочий класс платить за него. Только на прошлой неделе федеральная коалиция приняла крупнейший военный бюджет со времен окончания Второй мировой войны, — на фоне ожесточенными атаки на уровень жизни рабочего класса в области здравоохранения, образования и социального обеспечения.
В то же время коалиционное правительство реализует фашистскую программу в отношении беженцев. 18 января оно приняло «Закон об улучшении репатриации», который еще больше ограничивает права беженцев и готовит почву для массовых депортаций, которых требует АДГ. Просителей убежища без права на пребывание, которые жили и работали в Германии годами, теперь могут арестовать без предупреждения, держать в тюрьме почти месячный срок, а затем принудительно депортировать. Полиции разрешено обыскивать не только их жилье и мобильные телефоны, но и жилье их соседей без какого-либо ордера.
Левая партия не только не выступает против «жесткой экономии и государственного расизма», как хочет заставить нас поверить SAV, но решительно поддерживает их. Везде, где она правит на земельном уровне вместе с СДПГ и «Зелеными», она особенно агрессивна в реализации программы борьбы с беженцами и рабочим классом. Тюрингия, в частности, где у Левой партии есть свой единственный премьер-министр Бодо Рамелов, печально известна тем, что проводит жестокие массовые депортации, имея один из самых высоких уровней по части депортаций в стране, но также активно способствует укреплению АдГ вместе с другими партиями истеблишмента.
Ту же правую ориентацию псевдо-левых можно увидеть в их прославлении профсоюзов. SAV утверждает, что они играют «центральную роль» в создании движения, которое «устраняет питательную среду для АдГ» и «может преодолеть условия, от которых выигрывают правые силы». Профсоюзы «объединяют рабочих с миграционным прошлым и без него и разъясняют своим членам концепцию столкновения интересов между рабочими и капиталистами».
Это не что иное, как дикая фантазия. На самом деле профсоюзы уже несколько десятилетий действуют в классовой борьбе исключительно на стороне капиталистов. Предавая трудовые споры и забастовки и систематически подавляя классовую борьбу, именно они создают «питательную среду» для фашистов и защищают капиталистические отношения на крайне правой основе. Они открыто поддерживают реакционную политику правительства.
Всего несколько дней назад руководство Конфедерации профсоюзов Германии (DGB) и представители ведущих заводских советов возобновили, по приглашению федерального президента Франка-Вальтера Штайнмайера, свой пакт с правительством и корпорациями. Цель пакта состоит в том, чтобы продвигать праворадикальную политику войны и жесткой экономии и подавлять растущую оппозицию в рабочем классе.
«Единый фронт» RIO с правыми буржуазными силами
«Революционная интернационалистская организация» (RIO) является немецким ответвлением мореноистской «Троцкистской фракции — Четвертого Интернационала» (FT-CI). Хотя формально она и не является частью Левой партии, она берет на себя задачу придать этой правой ориентации по отношению к правящим партиям и профсоюзам «независимый» или даже «антикапиталистически-революционный» лоск. В редакционной статье по поводу массовых протестов своем веб-сайте Klasse gegen Klasse (Класс против класса) RIO подчеркивает необходимость «антифашизма снизу, а не сверху» и заявляет: «Правящие коалиционные партии, профсоюзы и корпорации не являются союзниками в борьбе с правыми».
Это говорится только для того, чтобы затем пропагандировать союз именно с этими правыми силами! «Мы имеем в виду... не просто “объединенный фронт левых”, — пишет RIO. — Недостаточно, чтобы все левые силы координировали действия против правых. Это [их борьба] не затронет миллионы людей, которые готовы выйти на улицы против АдГ, но еще не порвали с правительством и государственными организациями».
Другими словами, «единый фронт» RIO включает в себя даже номинально правые капиталистические партии, которые симулируют поддержку демонстраций против АдГ. И такие организации, как профсоюзы и экологическое движение «Пятницы во имя будущего» (FFF), RIO особенно горячо восхваляет. Они делают это, полностью осознавая, что поддерживают правую и милитаристскую повестку дня во всех отношениях.
Партии коалиционного правительства «настолько сдвинулись вправо, что реализуют программу АдГ-lite», пишет Klasse gegen Klasse. Левая партия также проводила политику, направленную на соучастие в делах правительства, «которая вместе с СДПГ и “Зелеными” несла ответственность за тот факт, что ни в одной другой федеральной земле не было проведено столько депортаций, как в Берлине». FFF «адаптируется к правительству», что выражается в их поддержке «Зеленых» и «произраильской позиции FFF Germany».
То же самое относится и к профсоюзам, «лидеры которых призвали к произраильским митингам вместе с правительством, Левой партией и христианскими демократами (ХДС/ХСС)». Тем не менее руководство «крупных массовых организаций», таких как профсоюзы и экологическое движение, «следует принудить к радикализации их требований и методов и вынудить разорвать отношения с буржуазными партиями».
В этом есть что-то политически шизофреническое. Лидеры FFF и профсоюзов, такие как Луиза Нойбауэр («Зеленые»/FFF) или председатель DGB Ясмин Фахими (СДПГ), сами являются буржуазными политиками и никогда не разорвут свои связи с самими собой и партиями, к которым они принадлежат. Они реагируют на протесты, проводя свою прокапиталистическую и милитаристскую программу, которая, по сути, совпадает с программой АдГ, все более агрессивно.
Термин «Единый фронт» используется RIO, чтобы замаскировать эту реальность. Как объяснялось выше, тактика Единого фронта, предложенная Троцким в начале 1930-х годов в Германии, была направлена на объединение рабочего класса перед лицом фашистской угрозы, — как для преодоления фатализма КПГ, так и для освобождения рабочих от парализующего влияния социал-демократии и привлечения их к революционной социалистической программе.
«Фронт» RIO преследует противоположную цель, стремясь подчинить рабочих правым буржуазным организациям. Профсоюзы сегодня — точно так же, как СДПГ и Левая партия — больше не являются реформистскими рабочими организациями, представляющими интересы своих членов хотя бы в повседневных вопросах, а представляют собой корпоративистскую мафию, которая организует уничтожение рабочих мест и сокращение заработной платы в интересах государства и крупных корпораций, подавляет забастовки и социальную борьбу, чтобы обеспечить проведение милитаристской политики правительства вопреки растущему сопротивлению рабочих.
Антирабочие корни псевдо-левых
Когда псевдо-левые прославляют эти силы как союзников в борьбе с фашизмом, это не простое недоразумение, а концепция, которая коренится в их собственной классовой ориентации и политической истории.
«Троцкистская фракция — Четвертый Интернационал» (FT-CI), к которой RIO принадлежит с 2011 года, не является троцкистской тенденцией, несмотря на свое название. Она следует традициям аргентинского паблоиста Науэля Морено, который добивался ликвидации Четвертого Интернационала в Латинской Америке и неоднократно помогал подчинить рабочий класс буржуазным и мелкобуржуазным националистам — от Хуана Перона в Аргентине до Фиделя Кастро на Кубе — с катастрофическими политическими последствиями для рабочих Латинской Америки и всего мира.
Организация «Marx 2»1 возникла из Международной социалистической тенденции (IST), основанной Тони Клиффом, которая заявила о своей враждебности Четвертому Интернационалу и троцкизму более шестидесяти лет назад. В то время она называла режим в Советском Союзе «государственным капитализмом» и отказывалась защищать его в случае нападения империалистических держав. Подобно более ранним разновидностям идеологии «государственного капитализма», позиция Клиффа была приспособлением к империализму и формой антикоммунизма, украшенной левой фразеологией.
В качестве бывшего члена Комитета за рабочий интернационал (CWI), SAV уходит своими корнями в британскую «Тенденцию Militant», которая печально известна тем, что приписывает прогрессивный характер даже самым правым социал-демократическим организациям. До середины 1990-х годов SAV действовала внутри СДПГ, пытаясь придать ей левый и даже социалистический лоск. Сегодня она играет ту же роль по отношению к Левой партии.
Ориентируясь на капиталистическое государство и правые буржуазные партии и организации, «Marx 21», SAV и RIO не отстаивают интересы международного рабочего класса. Они выражают интересы богатых слоев среднего класса, которые в условиях глубочайшего кризиса капитализма с 1930-х годов смещаются резко вправо и опасаются независимого революционного движения рабочих. Борьба против фашизма, точно так же, как борьба против милитаризма, социальных сокращений и войн, требует безжалостного отмежевания от этих прокапиталистических и исторически антирабочих течений и борьбы против их реакционных концепций.