Генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш во вторник предупредил, что Кубе грозит неминуемый гуманитарный «коллапс… если ее потребности в нефти не будут удовлетворены», ссылаясь на разрушительное воздействие ужесточенного Вашингтоном нефтяного эмбарго.
Предупреждение прозвучало после того, как кубинский президент Мигель Диас-Канель обвинил Трампа в проведении «геноцидальной» политики в отношении кубинского народа.
Общенациональные перебои с электричеством продолжаются уже несколько недель, и, по оценкам аналитиков, топлива в стране осталось едва на две недели. В некоторых частях страны уже по 20 часов в сутки нет электричества, а веерные отключения угрожают всем аспектам современного общества, — от больниц до производства продуктов питания, очистки воды и холодильного оборудования. Горы невывезенного мусора начинают гнить, пока мусоровозы простаивают без топлива; бесконечные очереди выстраиваются вокруг заправочных станций, вызывая отчаяние и беспорядки.
Попытка администрации Трампа «перекрыть кислород» кубинской экономике направлена на доведение до конца почти семидесятилетних усилий США по свержению кастроистского правительства, созданного Кубинской революцией 1959 года.
После похищения американскими войсками 3 января венесуэльского президента Николаса Мадуро, что перерезало ключевую нефтяную артерию для Гаваны, Трамп издал указ, абсурдно объявляющий Кубу «чрезвычайной угрозой национальной безопасности» США. После угроз Трампа ввести тарифы в 100% на поставщиков нефти островному государству президент Мексики Клаудия Шейнбаум остановила жизненно важные поставки нефти на остров.
Ситуация приняла катастрофический характер еще до этого года. Ошеломляющие 10 процентов населения, или более 1 миллиона человек, бежали с острова после 2022 года в рамках крупнейшего исхода в истории Кубы, ускоренного крахом туристической индустрии из-за пандемии COVID-19.
Куба даже продавала часть своего скудного топлива, чтобы оплачивать жизненно необходимый импорт, включая лекарства и оборудование. Наконец, в декабре прошлого года частичная долларизация экономики провалилась как последняя попытка привлечь инвестиции, модернизировать промышленность и увеличить валютные резервы.
Пентагон сохраняет крупнейшее скопление сил в Карибском бассейне со времен «холодной войны» после вторжения в Венесуэлу, включая свой самый современный авианосец USS Gerald R. Ford и 15 000 военнослужащих. Кроме того, масштабы подписания армейских контрактов указывают на планы по поддержанию усиленного развертывания вплоть до 2028 года.
В четверг Диас-Канель выступил с первым с момента похищения Мадуро телевизионным обращением, чтобы заявить, что он открыт для переговоров с Вашингтоном. «Куба готова вступить в диалог с Соединенными Штатами», — сказал он, — в той мере, в какой это направлено на то, чтобы «построить добрососедские, цивилизованные отношения, которые могут быть взаимовыгодными для наших народов».
Тем не менее, добавил он, Гавана «готовится к состоянию войны в любой момент».
Этот призыв к переговорам с Вашингтоном происходит, что показательно, после того, как российский посол в Гаване Виктор Коронелли пообещал продолжить поставки нефти на остров, не вдаваясь в подробности. Любая попытка преодолеть американскую военную блокаду грозит разжечь военный конфликт. Однако 8 января, после захвата США танкера под российским флагом, покидавшего Венесуэлу, Москва ограничилась лишь кратким заявлением с осуждением.
Поскольку ответ Пекина аналогичным образом ограничился выражением озабоченности и «призывом» к США прекратить эмбарго, угроза навязать Кубе голод и геноцид, в то время как капиталистические правительства мира спокойно наблюдают за этим, яснее всего вызывает в памяти то, что происходит в Газе с 7 октября 2023 года.
Трамп открыто заявляет, что будет «управлять» Венесуэлой, и что он рассматривает военный захват половины территории Мексики в XIX веке как образец для современной политики США в регионе. В этом контексте предложение Диас-Канеля о переговорах сигнализирует о последней капитуляции националистических сил по всему региону перед империалистическим диктатом Трампа.
Многократные призывы Николаса Мадуро к «взаимовыгодным» переговорам с Вашингтоном закончились его похищением и передачей остатками чавизма контроля над венесуэльской нефтью США вкупе со встречей с директором ЦРУ в Каракасе.
Крупнейшими странами региона управляют якобы «левые» политики, представляющие так называемый «розовый прилив». Они давно говорили о необходимости региональной интеграции для защиты латиноамериканского суверенитета. Теперь же президент Бразилии Лула да Силва хранит молчание по поводу угроз Кубе; мексиканский президент Клаудия Шейнбаум капитулировала перед угрозами американских тарифов; а глава Колумбии Густаво Петро во вторник в Белом доме присягнул на верность Трампу и пообещал сотрудничество в разделе Венесуэлы.
Не найти более очевидного обвинения всем псевдо-левым и мелкобуржуазным националистическим тенденциям в регионе и на международном уровне, особенно тем, которые продвигали Кубинскую революцию, а затем и «Боливарианскую революцию» как новый путь к социализму и антиимпериализму.
На протяжении всего этого периода и Демократическая, и Республиканская партии стремились восстановить на Кубе тот вид полуколониального правления, который существовал при ненавистной диктатуре Фульхенсио Батисты. Это варьировалось от более «дружественного» подхода, наблюдавшегося во время короткого периода «нормализации» при Обаме, до жестких ультиматумов Трампа.
Варварские проявления агрессии со стороны Трампа можно рассматривать лишь как признак отчаяния перед лицом углубляющегося кризиса американского империализма и мирового капитализма. Тем не менее апологеты таких политиков, как Шейнбаум, Лула и Петро, не говоря уже о самом кубинском руководстве, настаивают, что их капитуляция, — это «реалистическая» политика, утверждая, что этим лидерам больше ничего не остается делать.
Однако для рабочих Венесуэлы, Кубы и всего мира вопрос состоит не в том, что еще могут сделать чавистские и кастроитские лидеры в этих тяжелейших условиях, а в том, как их политика на протяжении десятилетий способствовала созданию этих условий, и что рабочие должны сделать в ответ, исходя из своих независимых классовых интересов.
Серьезный ответ на эти вопросы требует изучения борьбы, которую вел Международный Комитет Четвертого Интернационала в своем принципиальном ответе на Кубинскую революцию.
Историческая зависимость Кубы и подтверждение теории перманентной революции
Кубинская революция 1959 года свергла поддерживаемую США диктатуру Батисты, но изначально делала это с одобрения, по крайней мере, части правящего истеблишмента США. Даже на своих более радикальных этапах она никогда не выходила за рамки буржуазного национализма. Не имея социалистической программы для мобилизации международного рабочего класса, кастроистский режим всегда зависел от международного капитала и оставался привязанным к тем или иным покровителям на протяжении более шести десятилетий торгового эмбарго США.
Основываясь на фаустовской сделке, заключенной Фиделем Кастро, Куба подчинила свою внешнюю политику интересам московской сталинистской бюрократии, — в обмен на то, чтобы Советский Союз ежегодно предоставлял стране миллиарды долларов в виде субсидированной нефти и гуманитарной помощи. Упразднение СССР сталинистской бюрократией в 1991 году спровоцировало голод «особого периода». Затем приход к власти Уго Чавеса в Венесуэле в 1999 году обеспечил острову нового спонсора: по условиям бартерных сделок с Каракасом, который согласился предоставлять 100 000 баррелей нефти в день, Гавана посылала в Венесуэлу кубинских врачей, сотрудников безопасности и предоставляла другие услуги. По мере углубления кризиса в Венесуэле Россия и Китай вмешались в ситуацию своими поставками нефти, кредитами, гуманитарной помощью и торговыми сделками. Сегодня, после того, как остров оказался в изоляции на фоне агрессии Трампа, зависимость Кубы обнажает пределы буржуазного национализма.
Паблоизм, ревизионистская тенденция, порвавшая с Четвертым Интернационалом в начале 1950-х годов, развил пагубные аргументы, утверждая, что Движение 26 июля Фиделя Кастро установило на Кубе рабочее государство и движется к социализму. Они настаивали, что Кубинская революция доказала, что партизаны, опирающиеся на крестьянство, могут совершить социальную революции без независимой мобилизации рабочего класса, не говоря уже о построении троцкистского руководства.
Социалистическая рабочая партия (СРП) в Соединенных Штатах использовала Кубинскую революцию в качестве основного предлога для своего беспринципного объединения в 1963 году с паблоистским Интернациональным Секретариатом. Под руководством агента ГПУ и ФБР Джозефа Хансена СРП утверждала, что Фидель Кастро установил «рабочее государство», следуя «диалектической логике» революции, несмотря на отсутствие пролетарских органов власти, подобных советам. Хансен настаивал, что это доказывает, будто все фундаментальные разногласия с паблоистами остались в прошлом.
Против таких аргументов Международный Комитет Четвертого Интернационала, в котором в то время лидирующую роль занимала, в частности, британская Социалистическая рабочая лига (СРЛ), утверждал, что Кубинская революция была совершена мелкобуржуазным националистическим движением. Хотя МКЧИ вел активную кампанию по защите Кубы от империалистической агрессии, он отказывался характеризовать кубинский режим как «рабочее государство», потому что на Кубе отсутствовало сознательное участие и руководство со стороны рабочего класса. Столкнувшись с политическим вырождением СРП, позиция СРЛ являлась ключевой для сохранения троцкизма как единственного политического течения на планете, борющегося за мобилизацию международного пролетариата для свержения капитализма.
Куба представляет собой подтверждение, от обратного, теории перманентной революции, утверждала СРЛ, поскольку кастроистское руководство оставалось неспособным достичь подлинного освобождения от империалистического гнета. Более того, СРЛ критиковала утверждения паблоистов о том, что «инстинктивное» или «бессознательное» марксистское руководство может возникнуть из недр мелкобуржуазных движений, подобных Движению 26 июля, утверждая, что пролетарская партия должна быть сознательно построена для достижения социализма.
СРЛ боролась с позицией американской СРП как с ликвидаторским предательством, поскольку та утверждала, что социализм может быть достигнут с помощью «тупых инструментов» (мелкобуржуазного руководства) и партизанской войны, а не через развитие социалистического политического сознания и революционного руководства в рабочем классе. Принятие СРП «объективистского» и «эмпирического» метода, сфокусированного на «факте» национализаций и игнорировавшего при этом классовый характер государства, делало, в глазах СРП и паблоистов борьбу Четвертого Интернационала за независимое революционное руководство излишней.
Борьба по вопросу о Кубе стала поворотным моментом для МКЧИ, поскольку СРЛ перешла в наступление против ревизионизма, чтобы прояснить исторические задачи революционного движения. «Миф о герилье», продвигаемый паблоистами, привел к катастрофическим поражениям и физическому уничтожению революционных кадров по всей Латинской Америке, поскольку молодежь отвлекалась на вооруженные действия в сельской местности, изолировавшие ее от промышленного пролетариата и делавшее ее легкой мишенью для государственных репрессий. Последовавшие поражения латиноамериканского рабочего класса и установление поддерживаемых США военных диктатур в большей части Латинской Америки лишь усилили изоляцию, навязанную Кубе американским империализмом.
Катастрофическая траектория кубинского режима дает сегодня еще одно трагическое подтверждение правоты политической перспективы МКЧИ. Ориентация режима на прямые иностранные инвестиции на протяжении последних десятилетий, предложение дешевой рабочей силы для транснациональных корпораций и сохранение социального неравенства демонстрируют буржуазные пределы Кубинской революции и ее неспособность решить исторические проблемы кубинского общества.
В конечном счете, защита со стороны МКЧИ политической независимости рабочего класса и его борьба за объединение рабочих поверх национальных границ остаются необходимыми предпосылками для ведения подлинной борьбы по отражению империалистической агрессии и осуществлению социалистической революции.