Влияние кризиса, связанного с обнародованием файлов Эпштейна, на лейбористское правительство Британии достигло той точки, когда само политическое выживание премьер-министра Кира Стармера оказалось под угрозой.

Стармер назначил Питера Мандельсона послом в США в декабре 2024 года, будучи полностью осведомленным о тесных связях Мандельсона с педофилом и торговцем людьми для сексуальной эксплуатации Джеффри Эпштейном. Отношения Мандельсона с Эпштейном, согласно последней партии документов, обнародованной Министерством юстиции США, включали в себя активное лоббирование в пользу коммерческих интересов Эпштейна и передачу ему государственных секретов Британии.

Известный как «князь тьмы», Мандельсон олицетворял ориентацию Новых лейбористов на финансовую олигархию, установленную при Тони Блэре, что нашло свое воплощение в заявлении Мандельсона о том, что он «совершенно спокоен по поводу того, что некоторые люди становятся неприлично богатыми».

Его назначение послом в США рассматривалось Стармером и его союзниками как триумф блэритской ортодоксии в Лейбористской партии после сокрушительного поражения сторонников Корбина. Его политическая и деловая репутация — особенно его тесные связи с Эпштейном — также должны были заверить вступающую в должность администрацию Трампа в том, что лейбористское правительство является надежным союзником, экономически и военным, полностью встроенным в ту же преступную олигархию.

Находясь в то время в Вашингтоне, Стармер заявил: «Питер — подходящий человек, чтобы помочь нам работать с президентом Трампом и укреплять наши особые отношения». В пресс-релизе Даунинг-стрит говорилось: «Он привнесет на эту должность обширные знания в области внешней и экономической политики, прочные деловые связи и опыт работы на высших уровнях правительства…»

Продажная Лейбористская партия Стармера на службе финансовой олигархии

Однако все попытки представить кризис по поводу Эпштейна-Мандельсона как возможность вычистить авгиевы конюшни лейбористов, начиная с удаления Стармера, являются политическим мошенничеством. События последнего периода подчеркивают, что удаление Стармера не окажет никакого влияния на реакционный политический характер лейбористского правительства. Кризис лейбористов ставит перед рабочим классом насущную необходимость самостоятельно вмешаться в ситуацию, прежде всего через построение собственной партии.

Стармер до сих пор не столкнулся с вызовом своему лидерству, несмотря на резкое падение поддержки населения, потому что все его глубоко коррумпированное правительство стремится служить интересам глобальной финансовой олигархии.

Никто из членов парламента от Лейбористской партии, кого, по предположениям СМИ, можно было бы использовать для нанесения смертельного удара по Стармеру, не был готов сделать это, рискуя потрясти фондовые рынки и лондонский Сити, а также международные отношения британского империализма. Высшие слои правящего класса, которому служат лейбористы, настаивали на сохранении политической стабильности, чтобы обеспечить дальнейшее проведение политики жесткой экономии посредством войны против рабочего класса и сохранить способность британского империализма отстаивать свои глобальные интересы в условиях эскалации торговой и империалистической войны.

Британские СМИ полны утверждений о том, что положение Стармера стало несостоятельным. Они ссылаются на недовольство внутри парламентской фракции лейбористов и корыстные, лицемерные заявления парламентариев о возмущении назначением Стармером Мандельсона, одобренным ближайшим политическим советником Стармера Морганом Максвини.

Стармер был вынужден принять отставку Максвини — протеже Мандельсона, который возглавлял кампанию Стармера по выборам на пост лидера лейбористов, — и трех других членов своего ближайшего окружения. Предсказания о его неминуемом падении, казалось, подтвердились, когда лидер шотландских лейбористов Анас Сарвар провел пресс-конференцию, призвав премьер-министра уйти в отставку. Ходили слухи, что Сарвар действовал в сговоре с главным потенциальным соперником Стармера, министром здравоохранения Уэсом Стритингом, и что последуют новые призывы к отставке.

Вместо этого каждый влиятельный член кабинета заявил о своей поддержке Стармера, — включая, хотя и неохотно, самого Стритинга. Когда премьер-министр выступил с обращением к депутатам-лейбористам, стоя в окружении членов своего кабинета, его речь 30 раз прерывалась аплодисментами, включая четыре овации стоя.

Осмелев до такой степени, что он расточал хвалебные отзывы в адрес Максвини, Стармер выступил с предупреждением, что попытка сместить его с поста лидера может повергнуть «мою страну… в хаос, как это делали другие».

Это послание исходило не только от Стармера. Его призыв нашел отклик в лондонском Сити и на рынках облигаций. Обеспокоенность инвесторов по поводу отставки Стармера привела к тому, что фунт стерлингов пережил самое большое однодневное падение по отношению к доллару с сентября, а разница между стоимостью государственных заимствований на 10 лет и 2 года — показатель обеспокоенности инвесторов будущими государственными заимствованиями — достигла восьмилетнего максимума. В настоящее время стоимость займов в Великобритании самая высокая в «большой семерке».

Газета Financial Times сообщала 6 февраля, что союзники Стармера

предупредили депутатов-лейбористов, что попытка свергнуть премьер-министра нанесет ущерб экономике после нескольких дней потрясений, которые ударили по стерлингу и встревожили инвесторов, опасающихся [политического] сдвига влево.

В знак их тревоги по поводу угрозы лидерству Стармера из-за скандала с лордом Питером Мандельсоном сторонники премьер-министра сослались на риск скачка процентных ставок по образцу Лиз Трасс, если его вытеснят с должности.

«Волатильные рынки облигаций делают вызовы руководству чрезвычайно дорогостоящими для страны; это было бы совершенно безответственно», — заявил один из близких союзников Стармера.

Энди Хиггинсон, председатель корпорации JD Sports, рассказал Financial Times о «большом страхе» в деловых кругах: «Мы голосовали за их бизнес-повестку, но риск заключается в том, что это [смещение Стармера] приведет к повороту налево через черный ход». Майк Ридделл, управляющий фондами облигаций из Fidelity International, сказал в том же духе: «Если бы в Великобритании установилось новое руководство, которое решило бы встать на путь фискальной экспансии, то рынок государственных облигаций, вероятно, занервничал бы, и стерлинг, вероятно, тоже».

Более того, потенциальные преемники Стармера, которые могли бы считаться приемлемыми для бизнеса, находятся не в лучшем положении, чтобы бросить ему вызов. Стритинг, получивший поддержку правящего класса своим варварским наступлением против работников Национальной службы здравоохранения, сам был серьезно скомпрометирован тесными связями с Мандельсоном. Он был вынужден превентивно опубликовать небольшую выборку сообщений из их переписки в WhatsApp, в которых он сообщает тогдашнему послу о своем недовольстве экономическими показателями правительства Стармера, заканчивая каждое сообщение эмодзи поцелуя.

Для обеспечения по крайней мере временной лояльности более широкого состава парламентской Лейбористской партии не требовалось выявления таких прямых связей депутатов, как у Стритинга, со скандалом Эпштейна-Мандельсона. Несмотря на их притворное возмущение, каждый депутат-лейборист хорошо осознавал, почему Мандельсон был выдвинут Стармером на передний план.

Как «левые» корбинисты расчистили путь для Стармера

Ничто из этого не гарантирует долгосрочного выживания Стармера. Но это показывает, как буржуазия стремится обеспечить то, чтобы любой преемник Стармера продолжал и углублял программу лейбористского правительства в русле политики жесткой экономии, торговой и империалистической войны в союзе с Вашингтоном. Если это не удастся, то партия Reform UK Найджела Фараджа готовится возглавить альтернативное ультраправое правительство, — вероятно, в союзе с консерваторами.

Ответственность за способность правящего класса делать такие приготовления должна быть возложена непосредственно на корбинистских левых в Лейбористской партии и профсоюзную бюрократию, которые функционировали в качестве ключевых механизмов, препятствующих вмешательству рабочего класса в политический процесс в условиях углубляющегося кризиса британского и мирового империализма.

Политическая судьба Мандельсона должна была быть решена в 2015 году, когда Джереми Корбин был избран лидером лейбористов из-за всплеска оппозиции против блэритов и их преступного политического послужного списка — прежде всего незаконной войне против Ирака.

Вместо того, чтобы следовать своему мандату, Корбин капитулировал по всем направлениям перед блэритами — включая Мандельсона, который не скрывал своих собственных усилий, направленных на то, чтобы избавиться от Корбина, — во имя сохранения модели «широкой церкви» лейбористов. Стармер сменил Корбина не благодаря гениальности Максвини, а из-за трусости Корбина, который предал огромное народное движение, что, в конце концов, привело к его собственному исключению из парламентской фракции в 2020 году и изгнания из партии в 2024 году.

Горстка «левых», все еще остающихся в Лейбористской партии, была почти незаметна на фоне разворачивающегося скандала: бывший теневой канцлер Корбина Джон Макдоннелл и председатель «Группы социалистической кампании» (Socialist Campaign Group) Ричард Бергон вежливо предложили Стармеру уйти в отставку, одновременно сосредотачиваясь на призывах к расследованию коррупции в партии, которой они остаются верны, несмотря ни на что. Вместо призыва к борьбе против правых, Бергон заявил: «Нужно многое сделать, чтобы избавить партию от гнусной фракционности, из-за которой лейбористы стали так непопулярны у публики».

Корбин и его фактический соруководитель в недавно образованной «Вашей партии» Зара Султана были не менее безлики, причем Корбин снова продемонстрировал свою абсолютную лояльность британскому государству и Лейбористской партии, — исключен он из нее или нет. В качестве решения кризиса с Мандельсоном он предложил проверенный метод британского правящего класса по заметанию любой ответственности под ковер: публичное расследование, открытое «по большей части» в интересах защиты национальной безопасности.

Султана отреагировала на ложные сообщения о том, что Стармер намерен обратиться к нации, пошутив: «Это должно быть заявление об отставке».

Что касается профсоюзной бюрократии, то путь к избранию Стармера был проложен подавлением ею 18-месячной волны забастовок. На фоне растущих требований всеобщей забастовки против охваченного кризисом правительства тори наиболее видные лидеры этих забастовок (Мик Линч из Профсоюза железнодорожников, моряков и транспортников, Дэйв Уорд из Профсоюза работников связи и Джо Грэди из Профсоюза университетов и колледжей) начали кампанию «Хватит значит хватит» (Enough is Enough), призывая рабочих возложить свои надежды на избрание лейбористского правительства Стармера.

Только два профсоюзных лидера — Стив Райт из Профсоюза пожарных бригад и Марьям Эсламдуст из Ассоциации служащих транспорта — осмелились призвать Стармера уйти в отставку.

Этот жалкий ответ увенчивает горький политический опыт рабочего класса с корбинистскими левыми.

Избрание Корбина в 2015 году было провозглашено идеальной возможностью превратить лейбористов в средство самозащиты рабочего класса от крупного бизнеса и противодействия войне путем возврата к старой реформистской программе партии. Этот хор сторонников Корбина возглавляли псевдо-левые течения Британии: Социалистическая рабочая партия, Социалистическая партия и предшественник сегодняшней Революционной коммунистической партии.

Вместо этого под руководством Корбина произошел катастрофический разгром, кульминацией чего стал приход Стармера к власти с самой низкой долей голосов избирателей в британской истории, когда миллионы рабочих отказались голосовать за лейбористов, — прежде всего из-за поддержки Стармером геноцида палестинцев.

И вновь раздался хор голосов, утверждавших, что на это можно ответить созданием новой левой реформистской партии во главе с Корбином и вместе с единственным другим диссидентом — депутатом-лейбористом Зарой Султаной, — а также горсткой бывших независимых депутатов от лейбористов и либеральных демократов, объединившихся с Корбином и избранных благодаря их оппозиции геноциду в Газе.

«Ваша партия», результат всего этого, с тех пор погрязла во фракционных междоусобицах, причем Корбин занимает твердую позицию на ее правом фланге и руководит «охотой на ведьм» против всех, кто в малейшей степени призывает к социалистической борьбе против правительства Стармера.

Вместо того чтобы положить конец политическому бесправию рабочего класса, «Ваша партия» стала последним воплощением усилий по подчинению рабочего класса руководству профсоюзной бюрократии и различным прокапиталистическим мелкобуржуазным политикам, религиозным группам, неправительственным организациям и протестным движениям.

Смерть реформизма и необходимость революционной политики

Чтобы сформулировать ответ на действия правительства Стармера, необходимо понять объективные причины, приведшие к созданию такого чудовища, — и таким образом понять тип партии, которую необходимо построить, чтобы заменить лейбористов новой партией рабочего класса.

Перед последними всеобщими выборами Партия Социалистического Равенства отвергла ложь по поводу голосовании за лейбористов как «меньшего зла», которую пропагандировали все псевдо-левые группы. Мы объясняли, что лейбористы всегда функционировали как политические защитники британского империализма, будучи одной из половин двухпартийного парламентского механизма правления в Великобритании. Их роль заключалась либо в том, чтобы направлять оппозицию против Консервативной партии как откровенной партии бизнеса в безопасное русло, либо, как это было в 1997 году при Блэре, заменять истощенное правительство тори и продолжать его повестку дня.

Мы настаивали на том, что на правую эволюцию Лейбористской партии нельзя отвечать попытками построить новую реформистскую партию. Отказ лейбористов от своей старой реформистской политики и их превращение в тэтчеристских сторонников свободного рынка были основаны на фундаментальных сдвигах в мировом капитализме.

Глобализация — развитие всемирной системы производства, включающей огромные транснациональные корпорации и их интеграцию с глобально мобильными потоками финансового капитала, — сделала невозможными меры по реализации социальных уступок посредством регулирующего аппарата национального государства.

Финансовая олигархия, принявшая все более чудовищные и паразитические формы в результате огромной концентрации богатства на вершине общества, падения нормы прибыли и злокачественного роста спекуляций, требует от своих политических слуг уничтожения прошлых социальных завоеваний рабочего класса для обеспечения конкурентоспособности в борьбе за контроль над мировыми рынками и ресурсами.

Вспышка торговой и империалистической войны означает конец социальному компромиссу и демократическому правлению и поворот к классовой войне, государственным репрессиям и правой реакции. Это находит свое наиболее развитое выражение в попытках Трампа установить фашистскую диктатуру в Соединенных Штатах, продвижении ультраправых партий по всей Европе, хищнической империалистической войне на Украине против России, геноциде в Газе и активной подготовке к войне по смене режима в Иране.

Новая партия, в которой нуждается рабочий класс, должна быть построена в соответствии с этими политическими реалиями. Ее задача — экономическая и политическая мобилизация рабочего класса, независимо от всех слоев лейбористской и профсоюзной бюрократии, включая ее левое крыло, которое сейчас организовано в «Вашу партию» Корбина и Султаны.

Эта новая партия должна отстаивать создание низовых организаций рядовых рабочих на каждом рабочем месте и в каждом районе для мобилизации рабочих на защиту их демократических и социальных прав, давая ясно понять, что, в конечном итоге, это может быть обеспечено только путем экспроприации богатства олигархии, демонтажа репрессивного аппарата капиталистического государства и передачи политической власти в руки рабочего класса.

Такая партия должна прежде всего стремиться к международному организационному и политическому объединению мирового рабочего класса, который повсюду сталкивается с одними и теми же угрозами: эскалацией глобальной войны, углублением социального неравенства и ростом фашизма и диктатуры, — каждая из которых требует глобальных решений. Только международный рабочий класс, самая мощная социальная сила на планете, способен опрокинуть власть олигархии, ее корпораций, банков и репрессивных аппаратов и заменить капиталистическое варварство социализмом.

Такова перспектива, выдвигаемая Партией Социалистического Равенства, британской секцией Международного Комитета Четвертого Интернационала, Всемирной партии социалистической революции.