Военные столкновения между Пакистаном и Афганистаном продолжаются уже несколько дней в ходе конфликта, имеющего потенциально серьезные последствия для южноазиатской и мировой геополитики.

Пакистан провел волны авиационных и ракетных ударов, в том числе по Кабулу и другим целям в глубине Афганистана, с тех пор как 27 февраля объявил о том, что начинает «открытую войну» против своего северо-западного соседа. Пакистанские силы также атаковали многочисленные афганские позиции вдоль 2640-километровой линии Дюранда, — границы, навязанной Британской империей, которую Кабул никогда не признавал.

Режим талибов в Афганистане ответил ударами беспилотников и трансграничными атаками. Обе стороны хвастаются, что убили сотни солдат противника. Кабул утверждает, что пакистанские воздушные бомбардировки привели к сотням жертв среди гражданского населения.

Большинство иностранных правительств, включая правительства Китая, России, Турции, Саудовской Аравии и Катара, призвали обе стороны немедленно прекратить боевые действия и начать переговоры об урегулировании.

Соединенные Штаты во главе с администрацией фашистского претендента в диктаторы Дональда Трампа не входят в их число. Поддерживая военную риторику Исламабада, Госдепартамент США заявил о «поддержке Вашингтоном права Пакистана защищать себя от вторжений Талибана, который признан особо обозначенной глобальной террористической организацией».

Трамп в пятницу осыпал похвалами руководство Пакистана, включая фельдмаршала Асима Мунира, главу вооруженных сил, реальную власть за спиной пакистанского правительства и архитектора войны против Афганистана. Когда журналисты спросили Трампа, вмешается ли он, чтобы попытаться положить конец пакистано-афганскому конфликту, он ответил: «Ну, я бы вмешался, но я очень хорошо лажу с Пакистаном, как вы знаете.... У них отличный премьер-министр, отличный генерал — двое людей, которых я действительно очень уважаю». Затем он добавил: «Я думаю, что у Пакистана дела идут превосходно».

Трамп сделал эти высказывания, прекрасно понимая, что через несколько часов американские и израильские самолеты обрушат бомбы и ракеты на Иран, начав преступную захватническую войну.

Трения и враждебность между Пакистаном и правительством Афганистана под руководством Талибана нарастали, по крайней мере, с 2023 года. В октябре прошлого года Пакистан нанес авиаудары в глубине Афганистана по тому, что он называл базами «Техрик-и-Талибан Пакистан» (ТТП), повстанческой исламистской пакистанской группировки, что спровоцировало почти две недели боев между пакистанскими и афганскими силами. Катар при содействии других держав выступил посредником в перемирии, но оно начало разваливаться почти сразу после его заключения.

Пакистан винит Кабул в недавнем всплеске террористических атак со стороны ТТП, а также «Вилаята Хорасан» Исламского государства и белуджских сепаратистов.

Даже в первые дни шаткого перемирия прошлой осенью Исламабад отказывался открыть свою границу с Афганистаном, препятствуя трансграничному перемещению товаров и людей. Сейчас, на пятом месяце, эмбарго на торговлю и поездки оказывает чрезвычайно разрушительное воздействие на людей и коммерцию по обе стороны линии Дюранда. Это особенно верно в отношении Афганистана, экономика которого уже сильно пострадала от засухи и продолжающегося отказа США и других западных держав предоставить Кабулу доступ к миллиардам активов Центрального банка Афганистана, которые они захватили, когда Талибан пришел к власти в августе 2021 года.

Правительство Пакистана также стремится отвлечь массовое социальное недовольство в связи с введением жестоких мер жесткой экономии МВФ, растущей бедностью и все увеличивающимся социальным неравенством, приступив к депортации миллионов афганских беженцев, многие из которых живут в Пакистане десятилетиями или родились там.

Тем не менее, безусловно, не было совпадением, что Исламабад начал свою «открытую войну» против Афганистана под руководством Талибана как раз в тот момент, когда американский империализм и его израильский цепной пес готовились напасть на Иран.

Пакистанские военные и правительство Мусульманской лиги (Наваз) знали, что администрация Трампа будет тем более стремиться поддержать и поощрять собственную агрессию Пакистана в условиях, когда Талибан публично заявил, что поддержит Иран в случае нападения на него и сделает все возможное для поддержки Тегерана.

Отношения между Исламабадом и Вашингтоном становились все более напряженными в течение двадцатилетней неоколониальной оккупации Афганистана Соединенными Штатами поддержанной Пакистаном. Сменявшие друг друга американские администрации все более резко сетовали на то, что Пакистан делает недостаточно для подавления Талибана, который, по их утверждениям, находил убежище в традиционных племенных районах Пакистана. Фактически, ТТП возникла в ответ на безжалостные методы — от ковровых бомбардировок до коллективных наказаний и насильственных похищений, — которые пакистанские военные применяли для подавления восстания Талибана. Однако, чтобы сохранить влияние в урегулировании путем переговоров для прекращения афганской войны, Исламабад действительно держал открытыми каналы связи с Талибаном, который он же помог основать в начале 1990-х годов, после того как на протяжении более десяти лет Исламабад служил партнером и каналом ЦРУ в организации исламистской оппозиции против поддерживавшегося Советским Союзом правительства в Афганистане.

С возвращения Трампа к власти в январе 2025 года американо-пакистанские отношения заметно улучшились. Под закулисным руководством Мунира Пакистан дал понять, что стремится оживить американо-пакистанское военно-стратегическое партнерство, традиционный оплот внешней политики Исламабада, и уменьшить свою экономическую и военную зависимость от Китая.

С этой целью Пакистан решительно поддержал «мирный план» Трампа по Газе, направленный на установление вечного империалистического контроля над анклавом, и обязался направить потенциально тысячи военнослужащих для его навязывания палестинскому народу.

Исламабад публично осудил как американо-израильское нападение на Иран, так и убийство аятоллы Али Хаменеи, который помимо того, что был главой иранского государства, почитался десятками миллионов как духовный лидер шиитов.

Эти заявления не должны были вызвать недовольства в Вашингтоне. В Вашингтоне хорошо понимают внутренние и международные обстоятельства, в которых действует Исламабад.

Существует глубокая народная враждебность к американскому империализму и жестокой войне беспилотников, которую он вел годами в пакистанских племенных районах во время президентства Джорджа Буша-младшего и Барака Обамы. Это было основным фактором в приходе к власти ныне заключенного в тюрьму бывшего премьер-министра Имрана Хана и его партии «Движение за справедливость».

Пакистан также имеет давние культурно-цивилизационные связи со своим западным соседом Ираном. Хотя точная цифра неизвестна, мусульмане-шииты, по оценкам, составляют от 15 до 20 процентов населения Пакистана, то есть около 40 миллионов или более человек.

В последние дни в крупных городах по всей стране, включая Карачи, Лахор и Исламабад, прошли масштабные протесты против американо-израильского нападения на Иран и убийства аятоллы Хаменеи. Пакистанские силы безопасности убили десять протестующих и ранили десятки других в воскресенье, когда они, как считается, пытались штурмовать консульство США в Карачи. Согласно сообщениям прессы, еще не менее 11 человек были убиты в прошлые выходные во время протестов в Гилгите и Скарду, главных городах отдаленной северной пакистанской административной территории Гилгит-Балтистан.

Основным фактором в пакистано-афганском конфликте являются опасения Исламабада по поводу все более тесных связей, которые его заклятый соперник Индия развила с режимом Талибана. Это тем более настораживает Исламабад, потому что индо-пакистанские отношения находятся на острие ножа с прошлого мая, когда Индия нанесла незаконные авиаудары в глубине Пакистана, что вызвало четырехдневные трансграничные столкновения, поставившие две южноазиатские ядерные державы на грань полномасштабной войны. С тех пор как 10 мая Исламабад и Нью-Дели объявили о перемирии, переговоров не было. Индия вышла из соглашения о распределении вод Инда, угрожая ключевой экономической артерии Пакистана, и обе стороны продолжали обмениваться воинственными угрозами и наращивать закупки оружия и боеприпасов.

Беспрецедентное нападение Пакистана на Афганистан в октябре 2025 года произошло во время недельного визита министра иностранных дел Талибана Мавлави Амира Хана Муттаки в Нью-Дели. Во время этого визита он заключил ряд соглашений с правительством сторонников индуистского превосходства во главе с Нарендрой Моди, включая экономическую помощь и поддержку здравоохранения. Еще более тревожным для Исламабада стало то, что министр иностранных дел Афганистана Муттаки назвал Индию «близким другом» и заявил, что Кабул признает проблемы безопасности Нью-Дели и согласует с ними свои действия.

Исламабад обвиняет Индию в использовании Афганистана для оказания материальной поддержки как ТТП, так и этно-националистическому сепаратистскому движению в Белуджистане. Существуют убедительные доказательства, подтверждающие это, особенно в случае белуджского восстания. Но это также в значительной степени случай, когда «в чужом глазу соринку видит, а в своем бревна не замечает», поскольку Исламабад долгое время поддерживал исламистских повстанцев в индийском Кашмире, а также сепаратистское движение за отдельное государство Халистан среди индийских сикхов.

Режим Талибана, со своей стороны, обвиняет Пакистан в том, что тот действует как орудие Вашингтона. Талибан заявляет, что Трамп агрессивно настроился против него после того, как Афганистан отказался уступить требованию вернуть Пентагону огромную построенную США военную базу Баграм на окраине Кабула. Выдвигая это требование, Трамп прямо отметил близость базы к ключевым объектам стратегической ядерной программы Китая.

В воскресенье военно-воздушные силы Пакистана атаковали базу Баграм.

Индия является, безусловно, самым близким союзником Вашингтона в Южной Азии. При Моди страна стала прифронтовым государством в военно-стратегическом наступлении американского империализма против Китая и вступила во все расширяющуюся сеть двусторонних, трехсторонних и четырехсторонних военных и разведывательных связей с Вашингтоном и его основными союзниками в Азиатско-Тихоокеанском регионе, Японией и Австралией.

Однако позиция Нью-Дели в отношении «открытой войны» Пакистана против Афганистана под руководством Талибана кардинально отличается от позиции Вашингтона, что подчеркивает сложную и взрывоопасную сеть противоречащих друг другу геостратегических интересов, которая сейчас пронизывает Южную и Центральную Азию. Вскоре после начала столкновений Министерство иностранных дел Индии выступило с заявлением, в котором «решительно осуждает авиаудары Пакистана по афганской территории, которые привели к жертвам среди гражданского населения, включая женщин и детей, в священный месяц Рамадан». Оно назвало атаки нарушением суверенитета Афганистана и «еще одной попыткой Пакистана отвлечь внимание от своих внутренних неудач зарубежной войной».

Пакистано-афганский конфликт, как и индо-пакистанский конфликт, с которым он все больше переплетается, уходит корнями в эпоху колониализма и империалистического угнетения, а также вызван корыстным характером соперничающих буржуазных режимов.

Американский империализм в своем безрассудном стремлении к мировой гегемонии разжигает и усугубляет эти конфликты. В то время как Вашингтон поджег Ближний Восток своей преступной захватнической войной против Ирана, он поощряет Исламабад к войне с Афганистаном, разжигая конфликты по всей Южной и Центральной Азии.