В пятницу администрация Трампа обнародовала бюджетный план, смысл которого в масштабном увеличении военных расходов. В своем бюджетном запросе на 2027 финансовый год Белый дом требует от Конгресса выделить примерно 1,5 триллиона долларов на «оборону», то есть на военную агрессию, что станет самым высоким уровнем военных расходов в современной истории. Это — ошеломляющее увеличение на 40 процентов по сравнению с уже рекордными расходами Пентагона в 2026 году.
Это бюджет для Третьей мировой войны. Он появляется в то время, когда Трамп поклялся вбомбить Иран «обратно в каменный век», то есть уничтожить инфраструктуру цивилизованной жизни в стране с населением более 93 миллионов человек. Запрос на 2027 финансовый год требует 1,1 триллиона долларов регулярных расходов плюс сотни миллиардов дополнительных обязательных расходов на боеприпасы и расширение «оборонной промышленной базы».
Документ требует 65,8 миллиарда долларов на кораблестроение для закупки 18 боевых кораблей и 16 кораблей поддержки и объявляет о создании «золотого флота президента Трампа», включая финансирование для «линкора класса Trump» и «фрегатов следующего поколения», одновременно поддерживая или увеличивая закупки основных боевых платформ. Он предполагает финансирование общеконтинентальной системы противоракетной обороны «Золотой купол», включая космические сенсоры и перехватчики, одновременно форсируя программы «доминирования в сфере беспилотников», «беспилотные и противобеспилотные системы», а также «исторические инвестиции» в искусственный интеллект.
Основной подоплекой документа является подготовка к конфронтации далеко за пределами Ирана: все более плотное окружение Китая и расширение ядерного комплекса и систем ядерного командования, управления и связи. Составители бюджета хвастаются, что он «агрессивно» добивается перехода к истребителям шестого поколения F-47 для «проецирования силы в любой точке земного шара». Они представляют все военное наращивание как сознательный сдвиг от использования «унаследованных» систем к возможностям следующего поколения, разработанным для победы в «войнах XXI века».
Одновременно с тем, как Трамп клянется вбомбить Иран в «каменный век», его запрос на 1,5 триллиона долларов является финансовым механизмом для создания наиболее продвинутой военной техники для осуществления проекта исторической регрессии.
Каким образом все это должно быть оплачено? Путем масштабной атаки на социальные права рабочего класса.
Само бюджетное предложение включает 73 миллиарда долларов сокращений по внутренним агентствам в сферах социального жилья, образования и программ, связанных с климатом. Оно продвигает сокращения, которые ослабляют даже минимальные регулирующие ограничения на корпоративную эксплуатацию. Например, сокращение финансирования для уже едва финансируемого Управления по охране труда (OSHA) на фоне продолжающейся волны смертей на рабочих местах; сокращения для жилищного строительства и городского развития; а также сокращения в Министерстве здравоохранения и социальных служб, включая программы, которые помогают семьям рабочих платить за отопление и основные предметы первой необходимости.
Но даже этих сокращений недостаточно, чтобы финансировать военную эскалацию, которую хочет Трамп. Военный бюджет в 1,5 триллиона долларов в дополнение к уже огромному дефициту и долговому бремени — продукту бесконечных войн и подачек банкам — требует гораздо большего, чем урезания дискреционных [дополнительных] статей расходов. Он посягает непосредственно на фундаментальные социальные программы — Medicare (медицинское страхование для пожилых и инвалидов), Medicaid (медицинское страхование для малоимущих), Social Security (пенсии), — потому что это единственные бюджетные разделы, достаточно большие, чтобы их можно было разграбить.
Таково значение просочившихся в прессу высказываний Трампа на закрытом пасхальном обеде на прошлой неделе, где он откровенно заявил, что социальные программы должны быть принесены в жертву, потому что «мы ведем войны». Трамп потребовал: «Не давайте никаких денег на детские сады… Мы ведем войны. Мы не можем заботиться о детских садах». Но он пошел и еще дальше: «Для нас невозможно заботиться о детских садах, Medicaid, Medicare… Мы должны заботиться об одной вещи: национальной безопасности».
Здесь, как говорится, Трамп проболтался. На протяжении более трех десятилетий, при демократах и республиканцах, правящий класс проводил систематическое наступление на социальные реформы XX века, которые были вырваны у него в ходе тяжелой классовой борьбы рабочего класса и уступлены, отчасти, из страха перед социальной революцией. От заявления Клинтона о том, что он «покончит с социальной помощью в том виде, в котором мы ее знаем», до прокорпоративной «реформы здравоохранения» Обамы, которая гарантировала интересы наживы страховщиков и до безжалостной деградации государственного образования, — направление было одним и тем же.
Но «большие деньги» сосредоточены в фундаментальных социальных программах, обеспечивающих минимальные гарантии современной жизни для десятков миллионов: Social Security, созданная в годы Великой депрессии, от которой зависят более 70 миллионов человек, а также Medicare и Medicaid, запущенные в 1960-х годах. Medicare покрывает потребности примерно 68 миллионов, а Medicaid и Детская программа медицинского страхования (CHIP) вместе оказывают поддержку более 75 миллионам, включая около 36 миллионов детей.
В правящих кругах давно поняли, что эти программы должны быть уничтожены для финансирования милитаризма и обогащения финансовой олигархии. Газета Wall Street Journal изложила лежащую в основе классовую логику с откровенной прямотой: «реальный выбор» — между «пушками» и «вышедшими из под контроля тратами на социальные пособия», то есть между империалистической войной и социальными правами рабочего класса.
Осуществление этой программы невозможно иначе, как путем возведения безжалостной полицейской диктатуры. В этом сущностное классовое содержание развертывания иммиграционной полиции в американских городах, убийства федеральными агентами Рене Николь Гуд и Алекса Претти, культивирования фашистского насилия и криминализации инакомыслия. Как писал МСВС, «правительство, которое жестоко обращается с населением за рубежом, будет применять те же методы внутри страны. Методы, разработанные в империалистической войне, находят свой аналог во внутренней жизни». Война и диктатура — это два фронта одной и той же классовой войны.
Как в деле ведения войны, так и во внутренней политике Трамп выступает как представитель олигархии. Он выражает в самой безжалостной и неприкрытой форме классовую политику, которая поддерживается как демократами, так и республиканцами.
Демократы отреагировали на бюджетное предложение Трампа обычными неискренними и лицемерными заявлениями, но они поддерживают классовую сущность программы. Они голосовали за огромные бюджеты, которые финансировали Пентагон и разведку, — военную машину, которую Трамп раздувает теперь до невиданных в истории масштабов. Даже когда администрация явно выстраивает внутренний аппарат запугивания и террора, сенатские демократы голосуют, как они это сделали 27 марта, за финансирование DHS (Министерства внутренней безопасности), отказавшись даже от своих самых минимальных ограничений для ICE (Иммиграционной и таможенной полиции) и CBP (Погранично-таможенной службы).
Демократы поддерживают наступление на социальные программы, потому что защищают капиталистическую систему, которая требует этого. Особое презрение следует приберечь для так называемого «левого крыла» Демократической партии. Следует напомнить, что широко разрекламированное «партнерство» мэра Нью-Йорка и члена «Демократических социалистов Америки» Зохрана Мамдани с Трампом основано на предполагаемом соглашении с Трампом относительно поддержки «повестки доступности [жизни в Нью-Йорке]» Мамдани. Как оказалось, эта «повестка» включает уничтожение социальных программ для ведения войны и установления диктатуры.
Осуществление политики олигархии породит и уже порождает взрывное сопротивление. Это было выражено в ходе демонстраций «Нет королям!» 28 марта, которые вывели на улицы миллионы в самом крупном на сегодняшний день проявлении народной оппозиции войне, диктатуре и социальной реакции.
Оно также проявляется в развивающемся забастовочном движении и растущей волне борьбы на рабочих местах. Сама война форсирует социальную оппозицию. Она усиливает инфляционное давление, перенаправляет ресурсы в пасть военной машины в колоссальном масштабе и углубляет экономические потрясения. Более того, массы рабочих в Соединенных Штатах возмущены насилием, которое совершается против народа Ирана.
Трамп обнажает в самой жестокой и недвусмысленной форме то, что марксисты давно объясняли: капиталистическое государство является инструментом классового господства. Хищническая и преступная олигархия использует государственный аппарат для ведения войны за рубежом, уничтожения социальных программ внутри страны и установления военно-полицейской диктатуры.
Решающий вопрос заключается в том, как будет организована оппозиция. Партия Социалистического Равенства настаивает на том, что развитие этой оппозиции должно происходить посредством методов классовой борьбы, мобилизуя независимую социальную мощь рабочего класса. Защита социальных программ и каждого базового демократического права не может быть отделена от борьбы против империалистической войны.
Задача состоит в том, чтобы развить сознательное политическое движение рабочего класса, независимое как от обеих капиталистических партий, так и от профсоюзного аппарата, и объединенное на международном уровне. Это требует социалистической программы — экспроприации олигархов и гигантских корпораций, которые они контролируют, и передачи решающих средств производства в общественную собственность под демократическим контролем.