Спустя шесть лет после того, как массы людей узнали о пандемии COVID-19, и после ужасной вспышки на круизном судне Diamond Princess, на борту другого круизного судна происходит смертельная вспышка гораздо более летального патогена. И снова реакция всех соответствующих властей заключается в том, чтобы настаивать, что общественности нечего бояться.
Подтверждены восемь случаев заражения вирусом Андес (разновидность хантавируса) и три смерти на борту судна MV Hondius под голландским флагом, — это первая зарегистрированная вспышка данного вируса на корабле. 30 пассажиров успели сойти на берег на четырех континентах — несомненно, без масок на коммерческих авиарейсах, — до того, как власти узнали о вспышке. В четверг появилась новость о том, что бортпроводник авиакомпании KLM, имевший краткий контакт с одним из умерших пассажиров круиза, госпитализирован в Амстердаме с легкими симптомами, что является первым потенциальным вторичным случаем заболевания за пределами судна.
Этот штамм хантавируса имеет коэффициент летальности в 38–40 процентов, что примерно в 40 раз выше, чем у COVID-19. Не существует одобренной американским регулятором FDA (Управление по контролю качества пищевых продуктов и лекарственных средств) вакцины, нет специфического противовирусного лечения, а инкубационный период может достигать восьми недель до появления первых симптомов. Никто не знает, сколько инфекционных заражений уже породила эта вспышка.
Хотя, конечно, паника была бы контрпродуктивной в данной ситуации, факты, которые всплыли к настоящему моменту, являются крайне тревожными и должны быть широко распространены среди общественности в ясных формулировках. Необходимо выдвинуть требования реализации всех необходимых мер общественного здравоохранения. Тем не менее среди этого углубляющегося кризиса главной заботой чиновников является не информирование общественности, а подавление информации.
На экстренном брифинге Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) 7 мая исполняющая обязанности директора по управлению эпидемиями и пандемиями Мария Ван Керхове подтвердила передачу хантавируса от человека к человеку на борту Hondius «между супружеской парой, первым и вторым случаями, а также врачом, оказывавшим им помощь», а затем добавила: «Это не SARS-CoV-2. Это не начало пандемии COVID. Это вспышка, которую мы наблюдаем на судне».
В совместном заявлении CDC (Центры по контролю и профилактике заболеваний США) и Госдепартамента от 6 мая было объявлено, что риск для американской общественности «чрезвычайно низок». Директор NIH (Национальные институты здоровья) и исполняющий обязанности директора CDC Джей Бхаттачарья, соавтор Грейт-Баррингтонской декларации от октября 2020 года — основополагающего документа преступной политики «коллективного иммунитета», — не провел ни одной пресс-конференции. Самым заметным официальным лицом из области общественного здравоохранения США, высказавшимся по поводу вспышки, был Ашиш Джа, бывший координатор Белого дома по COVID при Байдене, который сказал в программе «TODAY» телеканала NBC: «Для широкой общественности это не является серьезной проблемой… Это не похоже на COVID или грипп, это не станет крупной глобальной вспышкой».
Складывается ощущение дежавю. Как и в начале пандемии COVID-19, каждое официальное заявление является попыткой усыпить внимание, и ничего не делается для предупреждения общественности о потенциальных опасностях.
Анализ последовательности событий, приведших к этому кризису, обнажает катастрофический подрыв системы общественного здравоохранения и научной инфраструктуры, который произошел за время пандемии. Капиталистическое общество сегодня еще менее подготовлено к пандемии, чем в 2020 году.
24 дня «атлантической Одиссеи» начались 1 апреля в Ушуайе, Аргентина, причем Hondius, управляемый компанией Oceanwide Expeditions с ценами на каюты от 11 000 до 17 000 долларов на человека, перевез 114 гостей к Антарктическому полуострову, а затем повернул к Кабо-Верде. Первый (индексный) случай заболевания: голландец в возрасте старше 70 лет заболел лихорадкой 6 апреля и скончался на борту судна ночью 11 апреля.
Судовой врач не взял образцы и не потребовал изоляции. Капитан сказал пассажирам на следующее утро: «Какими бы проблемами со здоровьем он ни страдал, врач сказал мне, что они не заразны, так что судно в безопасности в этом отношении. Судно в безопасности». Тело оставалось на борту тринадцать дней, пока круиз следовал по маршруту. «Мы продолжали есть все вместе, — рассказала позже AFP одна пассажирка, — и мы не носили никаких масок».
24 апреля круизное судно пришвартовалось на острове Святой Елены, месте ссылки Наполеона. Жена первого заболевшего сошла на берег, ее провезли в инвалидной коляске, и она села на рейс в Йоханнесбург. Ее состояние ухудшилось во время полета, и она скончалась в Йоханнесбурге 26 апреля. Национальный институт инфекционных заболеваний Южной Африки подтвердил, что причиной ее смерти 27 апреля, через шестнадцать дней после первой смерти, был хантавирус. К тому времени 30 сошедших на берег пассажиров разъехались коммерческими рейсами в 12 стран без тестирования, карантина и уведомления.
Женщина из Германии скончалась на борту Hondius 2 мая. Британский врач, ухаживавший за одним из заболевших, сейчас находится в реанимации. Швейцарский пассажир заявил о себе в Цюрихе через двенадцать дней после схода на берег, и был идентифицирован только потому, что Oceanwide в итоге отправила электронное письмо сошедшим с борта судна пассажирам. ВОЗ была уведомлена в соответствии с Международными медико-санитарными правилами только 2 мая — через три недели после первой смерти и через шесть дней после второй. Возвращающимся пассажирам не дали никаких инструкций по карантину. Насколько далеко могла зайти цепочка контактов, — этого не знает никто.
Эта катастрофа возникла не из-за халатности одного судового офицера или портовых властей. Это — результат шести лет целенаправленного демонтажа общественного здравоохранения в ответ на пандемию COVID-19, массового и продолжающегося социального преступления против международного рабочего класса.
Мировые правительства, действуя от имени финансовой олигархии, отказались от стратегии искоренения вируса, которую отстаивали ведущие ученые, а вместо этого реализовали политику массового инфицирования. Двухпартийная кампания в США по объявлению пандемии «законченной» — проводившаяся в то время, когда число инфекций, смертей и инвалидизации вследствие «долгого ковида» (постковидного синдрома) возросло до сотен миллионов, — является операцией по оглуплению, которая сделала возможной сегодняшнюю реакцию, вернее, ее отсутствие, на вспышку на Hondius.
С момента вступления в должность администрация Трампа форсировала этот курс до степени самой концентрированной атаки на научную инфраструктуру и инфраструктуру общественного здравоохранения в истории США. Более 20 000 работников были уволены из Министерства здравоохранения и социальных служб (HHS) с февраля. Бюджет NIH был сокращен с 47 миллиардов долларов до 27 миллиардов долларов. Программа STOP Spillover, созданная для мониторинга зоонозных угроз, показательным примером которых является вспышка хантавируса, была ликвидирована исполнительным указом. Программа санитарного надзора за судами CDC, единственное американское учреждение общественного здравоохранения, ориентированное на круизные суда, была ликвидирована в апреле этого года. Соединенные Штаты вышли из состава ВОЗ в январе, разорвав официальные каналы уведомлений Международных медико-санитарных правил (IHR) о вспышках именно такого рода. Роберт Кеннеди-младший, шарлатан-антиваксер, назначенный главой HHS для ведения открытой войны против современной медицины, недавно заявил, что COVID убивает только больных людей.
Та же фашистская война против науки разворачивается на международном уровне. Администрация Милея в Аргентине, источнике нынешней вспышки хантавируса, де-факто уничтожила CONICET (Национальный совет по научным и техническим исследованиям); по ее стопам идет Мелони в Италии, и за это агитирует АдГ в Германии. Ничто из этого не началось внезапно со второго срока Трампа. Демократическая партия, лейбористское правительство в Британии и социал-демократические партии по всей Европе были младшими партнерами в наступлении на общественное здравоохранение в течение шести лет.
Что должно быть сделано сейчас? На каждом рабочем месте, в каждой школе, больнице, порту и на каждом судне рабочий класс должен действовать независимо и выдвигать следующие требования:
Немедленное ПЦР-тестирование и серологическое тестирование каждого пассажира, члена экипажа, сошедшего на острове Святой Елены и всех контактов, с полным публичным раскрытием результатов геномного секвенирования.
Педагоги, работники здравоохранения и транспортные работники должны требовать безопасного развертывания НЕРА-фильтрации и ультрафиолетовой дезинфекции воздуха (222 нм) в каждом закрытом общественном пространстве.
Все увольнения в CDC, NIH и HHS должны быть отменены; санитарный надзор за судами, зоонозный надзор и готовность к пандемиям должны быть восстановлены в экстренном порядке.
Преступная политика «коллективного иммунитета» должна быть прекращена, а искоренение COVID-19, гриппа и других воздушно-капельных патогенов должна стать требованием рабочего класса в борьбе против правящего класса, который отказывается вести борьбу с болезнями.
Экстренные меры по борьбе с изменением климата должны быть введены в пику интересам финансовой олигархии, чьи инвестиции ускоряют растущее число зоонозных переходов инфекций в результате уничтожения мест обитания диких животных.
Это не призыв к панике. Это призыв к тому, чтобы общественность осознала, что происходит, и чтобы рабочий класс действовал там, где буржуазные правительства действовать не будут. Станет ли вспышка на Hondius следующей пандемией, пока неизвестно. Но что точно известно, так это то, что правящий класс продемонстрировал за шесть лет и более, что он структурно неспособен предотвращать пандемии, сдерживать изменение климата, что увеличивает угрозу зоонозных инфекций, или защитить рабочий класс от последствий того и другого.
Общественное здравоохранение должно быть реорганизовано на социалистической основе — стать международно-скоординированным, демократически планируемым, ориентированным на человеческие потребности, а не на интересы прибыли финансовой олигархии. Это — перспектива Международного Комитета Четвертого Интернационала и Партии Социалистического Равенства. Альтернатива — варварство.