Правительственное заявление, сделанное канцлером Фридрихом Мерцем в Бундестаге в четверг, было объявлением войны в двух отношениях. Это было объявление войны населению, на которое правительство намерено возложить издержки своей мегаломанской политики перевооружения посредством масштабных социальных сокращений. И это было объявление войны за границей: против России, Ирана и всех стран, которые стоят на пути утверждения геостратегических и экономических интересов германского и европейского империализма.
Перед заседанием Европейского совета в Брюсселе в середине июня Мерц недвусмысленно дал понять, что его правительство хочет перевооружить Европу под руководством Германии для трансформации континента в независимую военную силу. Он говорил о «новом мировом порядке», в котором Европа «находит свое место сильного», и заявил, что федеральное правительство приняло решение сделать Германию «способной к обороне». Для этого население должно быть готово «принять ограничения в других областях». Эта формулировка резюмирует политику правительства: сотни миллиардов на войну и перевооружение; социальные сокращения, урезания заработной платы, сокращение пенсий и разрушение государственных услуг для рабочего класса.
Мерц попытался завуалировать эту реакционную повестку пустыми фразами о «свободе», «процветании», «справедливости», «социальной защищенности» и «мире». В действительности, федеральное правительство готовит все общество к войне. Оно стремится сделать государство, экономику, науку и инфраструктуру «готовыми к войне» и требует от населения, чтобы оно без сопротивления приняло жертвы, необходимые для этого.
Само начало его речи было показательным. Мерц начал с Международной авиационно-космической выставки (ILA), которую он открыл накануне в Берлине. Он похвалил этот сектор как «историю успеха»: авиакосмическая промышленность достигла «оборота на 19 процентов больше» в прошлом году и создала «10 000 новых рабочих мест». То, что Мерц представил как экономическую историю успеха, на самом деле является результатом взрывного роста военно-промышленного комплекса.
На нынешней ILA полностью доминировала тема наращивания вооружений. Более 750 участников из 37 стран представляют новые технологии в области авиации, космоса и «обороны». Наряду с традиционными оружейными корпорациями все более важную роль играют стартапы, компании-разработчики искусственного интеллекта, производители дронов и фирмы-разработчики программного обеспечения. Границы между гражданскими и военными исследованиями, между индустриальной политикой и военными приготовлениями, между государством и корпорациями систематически разрушаются.
Такое развитие процессов следует определённому плану. Это является частью новой военной стратегии федерального правительства, которая направлена на трансформацию Бундесвера в «сильнейшую конвенциональную армию в Европе» к 2039 году. Государство, экономика и население должны быть подчинены «тотальной обороне». Так называемый «План действий Германия» (Oplan Deu) конкретизирует эти приготовления: порты, аэропорты, железнодорожные линии, мосты, дороги, больницы, государственные учреждения и компании должны быть мобилизованы для войны против России.
ILA является витриной этого. После провала франко-германского проекта истребителя FCAS Берлин добивается разработки следующего поколения европейских боевых самолетов и сетевых систем вооружения под руководством Германии. Германские оружейные корпорации, такие как Airbus, Hensoldt, MBDA Germany, MTU, Diehl и другие, формируют новые альянсы для продвижения этого проекта. На ILA Мерц ясно дал понять, что Германия больше не готова подчиняться французским директивам. Германский империализм претендует на ведущую роль.
Таков реальный смысл требования Мерца о европейском «суверенитете». Подразумевается не независимость населения от войны, бедности и угнетения, а способность европейских держав — под германским господством — отстаивать свои интересы в военном отношении независимо от Соединенных Штатов, а в случае необходимости и против них. В своем правительственном заявлении Мерц назвал «суверенитет, конкурентоспособность, оборону» приоритетами для будущего бюджета ЕС. Эти три термина резюмируют программу правящего класса: великодержавная политика, нападки на социальные права и наращивание вооружений.
В центре находится эскалация войны НАТО против России. Мерц заявил, что целью федерального правительства остается «справедливый и прочный мир», который «также учитывает наши интересы безопасности». Эта циничная формулировка означает: Украина должна быть использована в качестве военного плацдарма НАТО против России, чтобы отстаивать стратегические интересы Германии и Европы. «Для этого и из-за этого мы поддерживаем Украину, — заявил Мерц. — Мы делали это вчера. Мы делаем это сегодня, и мы будем делать это завтра, так долго, как это будет необходимо».
Затем он перечислил следующие шаги эскалации: выделение кредита ЕС для Украины в размере 90 миллиардов евро. Давление на Россию будет усилено. Будут предприняты «более решительные действия против российского теневого флота», и начнется «работа над 21-м пакетом санкций». В ответ на «очевидную готовность России к эскалации» восточный фланг НАТО будет укреплен.
Факты переворачивают пропаганду Мерца с ног на голову. Не Россия, а НАТО систематически разжигает войну. В последние недели Украина заметно нарастила свои атаки по территории России. Беспилотники и ракеты поражают нефтяные объекты, аэропорты, оружейные заводы, командные центры и военную инфраструктуру в сотнях километров за линией фронта. Эти атаки были бы невозможны без прямой поддержки НАТО: разведки, спутниковых данных, выбора целей, поставок оружия, обучения и технической интеграции.
Германия играет все более определяющую роль во всем этом. Германо-украинские правительственные консультации в апреле, визит министра обороны Бориса Писториуса в Киев, совместная разработка и производство беспилотников дальнего действия и тесное сотрудничество германских оружейных компаний с украинскими подразделениями служат одной цели: иметь возможность атаковать Россию глубоко в ее тылу. Де-факто Германия снова находится в состоянии войны с Россией и готовится к масштабному расширению этой войны.
Особенно показательным для крайне реакционного характера германской военной политики является тот факт, что Берлин сотрудничает с режимом, который открыто реабилитирует нацистских коллаборационистов и интегрирует ультраправые силы в структуры армии и государства. Недавно МСВС писал о перезахоронении останков лидера ОУН(М) Андрея Мельника, нацистского коллаборациониста и идейного лидера фашистской политики истребления. Зеленский связал перезахоронение с объявлением о том, что в будущем останки «национальных героев» будут возвращены на Украину, и что для них будет создан своего рода пантеон.
В то же время в Берлине заискивают перед украинскими военными деятелями, имеющими связи с ультраправыми. Саммит по беспилотникам «New Age Defence», который состоялся в Берлине в прошлый понедельник, собрал вместе германские и украинские оружейные компании, представителей Бундесвера, производителей беспилотников, фирмы-разработчики искусственного интеллекта и украинских фронтовых офицеров. Согласно сообщениям, там также присутствовали офицеры 12-й отдельной бригады специального назначения «Азов» 1-го корпуса Национальной гвардии Украины. Это подразделение открыто использует фашистскую символику.
Все это разоблачает ложь о том, что Германия защищает на Украине «свободу» и «демократию». Как и в Первой и Второй мировых войнах, новый поход Германии на Восток связан с борьбой за сырье, рынки, сферы влияния и геостратегический контроль. Правящий класс снова возрождает свои старые цели: подчинение России и контроль над евразийским континентом. То, что он опирается на силы, которые прославляют нацистских коллаборационистов, не случайно, а является выражением реакционного характера этой политики.
Мерц ясно дал понять в своей речи, что военное наступление германского империализма не ограничивается Россией. Берлин также претендует на ведущую роль на Ближнем Востоке. Ссылаясь на агрессивную войну США и Израиля против Ирана, он заявил, что Германия готова «взять на себя ответственность после завершения конфликта в регионе Персидского залива». Конкретно, федеральное правительство готово «участвовать в обеспечении безопасности Ормузского пролива, как только для этого будут созданы условия».
Это открытое объявление о германской военной политике в Персидском заливе. За фразой о «дипломатическом решении» стоит поддержка основных военных целей Вашингтона и Тель-Авива. Мерц заявил: «Нашей целью остается обеспечение того, чтобы Иран раз и навсегда прекратил свою ядерную программу. Безопасность Израиля и всего региона должна быть гарантирована». Другими словами, Берлин поддерживает попытку военного подчинения Ирана для обеспечения своих собственных позиций в богатом нефтью и стратегически важном регионе.
Подобные военные аппетиты потребляют огромные суммы. Вот почему Мерц неразрывно связывает внешнюю военную политику с социальной контрреволюцией внутри страны. Он говорил о «крупной, всеобъемлющей первой реформе здравоохранения», за которой осенью последует вторая; о пенсионных решениях, которые создают «стимулы для более продолжительной трудовой жизни»; о «модернизации» систем социального обеспечения; и о необходимости консолидации государственного бюджета. «Чрезмерная задолженность угрожает суверенитету и ограничивает пространство для маневра», — заявил он.
Это язык финансовой олигархии. Правительство приостановило действие «долгового тормоза» для военных расходов и мобилизует сотни миллиардов евро на производство танков, беспилотников, ракет, военных кораблей, истребителей и строительство военной инфраструктуры. Чтобы заплатить за это, пенсионеры должны работать дольше, больные получат худшее лечение, школы и университеты будут лишены финансирования, государственные услуги прекращены, а рабочие подавлены посредством сокращения заработной платы и увеличения рабочего времени.
Мерц знает, что эта политика встречает растущее сопротивление. Вот почему он обратился к населению с призывом принять атаки как общую национальную задачу. Каждый должен спросить себя, «что он может внести в успех целого». Речь шла о том, чтобы «не видеть только свои собственные интересы». В действительности, не существует никаких «общих» интересов. Правительство Мерца говорит не от имени трудящегося населения, а от имени банков, корпораций, оружейной промышленности и узкого слоя сверхбогатых, которые наживаются на войне и социальном опустошении.
Политически показательным был тот факт, что накануне своего правительственного заявления Мерц встретился с лидерами профсоюзов, ассоциаций работодателей, ремесленных предприятий и промышленности в канцелярии. Он похвалил встречу как обсуждение в «исключительно хорошей, очень конструктивной атмосфере». Это — предупреждение. Профсоюзная бюрократия напрямую интегрируется в планирование и реализацию социальной контрреволюции. Ее задача — предотвращать забастовки, изолировать протесты и подчинять рабочий класс военной политике во имя «обеспечения конкурентоспособности Германии как делового центра».
Так называемая оппозиция в Бундестаге также является частью этого процесса. Представители партии «Зеленых» и Левой партии предупредили Мерца о том, чтобы он не возлагал на население слишком большое бремя слишком быстро. Их забота — не о социальных правах рабочих, а об опасности социального взрыва. По существу, они поддерживают курс правительства. Обе партии поддержали гигантские пакеты перевооружения и проводят ту же политику жесткой экономии везде, где правят или правили на уровне земель.
Реакционный характер правительства и его политических сообщников также очевиден в политике по отношению к беженцам. Мерц похвалил реформу Общеевропейской системы предоставления убежища (CEAS) как «самый значительный шаг к решению проблемы» и поблагодарил одиозного правого министра внутренних дел Александра Добриндта за его «большие и успешные усилия». Затем он ликовал в стиле фашистов из «Альтернативы для Германии»: «Разворот в миграционной политике инициирован, на национальном и общеевропейском уровне. Мы наблюдаем явное снижение нелегальных въездов как в Германию, так и в Европу». И он пригрозил: «Тенденция продолжится».
Таким образом, федеральное правительство перенимает программу фашистов. Беженцев лишают прав, их разворачивают на границах, запирают в концлагерях и депортируют туда, где им угрожает нищета, войны и преследования. Агитация против мигрантов служит для раскола социальной оппозиции войне и социальным сокращениям и для усиления АдГ как рычага для дальнейшего сдвига вправо.
Правительственное заявление Мерца показывает, что правящий класс возвращается к методам, которые дважды в XX веке привели Германию к катастрофе: милитаризм, великодержавная политика, социальные сокращения, авторитарное усиление государства и поощрение фашистских сил. Разница в том, что сегодня опасность еще больше. Война против России и Ирана грозит перерасти в мировую ядерную войну.
Это может быть остановлено только путем независимой мобилизации рабочего класса. Борьба против войны неразрывно связана с борьбой против социальных сокращений, репрессий и фашизма. Она требует разрыва со всеми прокапиталистическими партиями, с профсоюзными аппаратами и со всей политикой «национального единства».
Рабочий класс должен противопоставить свою собственную интернациональную программу военной политике правительства: объединение рабочих Германии, Европы, России, Украины, Ближнего Востока и всего мира против своих собственных правящих классов. Огромные социальные ресурсы, которые сейчас разбазариваются на войну и прибыли олигархии, должны быть поставлены под демократический контроль и использованы для удовлетворения социальных потребностей.
За это борется Партия Социалистического Равенства в ходе избирательной кампании в ландтаг Берлина. Она выступает за международную социалистическую программу, против войны, перевооружения, социальных сокращений, агитации против беженцев и усиления АдГ. Растущая оппозиция на рабочих местах, в школах, университетах и жилых районах должна быть сознательно организована и основываться на независимой политической перспективе — борьбе за социализм.