Морпехи, два корабля ВМС и несколько военных самолётов приняли участие в шестичасовой миссии по захвату нефтяного танкера, следовавшего через Ла-Манш под камерунским флагом, который, как утверждается, является частью «теневого флота» России. Танкер Smyrtos, следовавший из России в Индию, был захвачен ранним утром в воскресенье.

Премьер-министр Великобритании Кир Стармер отпраздновал это событие, разместив видео операции в соцсети TikTok, злорадствуя: «Ещё один плохой день для Владимира Путина».

Хотя Министерство обороны утверждает, что операция планировалась в течение нескольких недель, это явно попытка Стармера умиротворить критиков его «Плана оборонных инвестиций». Военачальники, а также министр обороны Стармера Джон Хили и министр вооружённых сил Эл Карнс публично заявили, что финансирование армии является недостаточным.

Хили и Карнс подали в отставку со своих постов в знак протеста, опубликовав письма, в которых обвинили Стармера в том, что тот не смог найти средства, необходимые для «отражения угрозы», с которой, по их утверждениям, сталкивается Великобритания, — а именно, России. Их отставка стала очередным этапом праворадикальной кампании, требующей гораздо более быстрого и масштабного увеличения военных расходов, чем до сих пор были готовы выделить Стармер и министр финансов Рэйчел Ривз.

Администрация Трампа является союзником в этом курсе на милитаризм. Заместитель министра войны США по политике Элбридж Колби репостнул письмо об отставке Хили в соцсети X с комментарием: «Снова существует большая потребность в увеличении военной мощи Британии в это критическое время. Мы призываем Великобританию удовлетворить эту потребность с [необходимой] срочностью, масштабом и решимостью…»

«Наша цель сейчас должна состоять в том, чтобы… восстановить наш внутренний фронт, который сможет вновь обеспечить подавляющее превосходство в вооружениях и боеприпасах».

Стармер ответил на это давление неоднократным повышением своих обязательств и санкционированием военных действий, чтобы доказать свою готовность противостоять России. До отставки Хили и Карнса он уже пообещал поднять оборонные расходы до 2,68 процента ВВП к 2030 году. План оборонных инвестиций сокращает на 1 процент капитальные бюджеты нескольких других государственных ведомств, чтобы высвободить дополнительные 13,5 миллиарда фунтов стерлингов для вооружённых сил в течение следующих четырёх лет.

Теперь последуют новые шаги. За захватом Smyrtos последовало обещание нового министра обороны (и бывшего десантника-парашютиста) Дэна Джарвиса помочь «пересмотреть приоритеты» военного финансирования. Министр культуры Лиза Нэнди заявила BBC, что обсуждения «продолжаются».

Джарвис, который дал своё первое интервью в новой должности правой газете Daily Telegraph, заявил изданию: «Я абсолютно полон решимости обеспечить, чтобы мы выполнили свои обязательства перед армией». Он добавил, что «теперь у меня есть ответственность перед ними [британскими солдатами] гарантировать, что они получат всё необходимое… Очевидно, это та задача, с которой мы сталкиваемся в условиях ограниченных финансовых ресурсов, и я буду работать с моими коллегами по правительству, чтобы гарантировать, что мы сможем это сделать».

Разрыв, который необходимо немедленно восполнить, по данным Times, выступающей от имени генералитета, составляет 28 миллиардов фунтов стерлингов в течение следующих четырёх лет.

Если Стармеру не удастся удовлетворить требования сторонников войны, то на смену ему правящий класс готовит других кандидатов, способных реализовать эту повестку дня. Потенциальный соперник Стармера в борьбе за лидерство в Лейбористской партии Энди Бёрнхем заявил Times в прошлую пятницу, что он «не брезгует прямо сказать, что в планах будет сокращение расходов на социальное обеспечение». Другой претендент, бывший министр здравоохранения Уэс Стритинг, заявил то же самое в апреле этого года.

Лидер Консервативной партии Кеми Баденок опубликовала открытое письмо Стармеру, Бёрнхему и Стритингу, в котором заявила: «Мы не можем допустить, чтобы наши вооружённые силы были недостаточно профинансированы в условиях растущих угроз. Финансирование также не должно откладываться на потом, когда давление требует немедленных действий».

Она добавила: «Я неоднократно предлагала сотрудничать с вами в национальных интересах, чтобы сократить расходы на социальные пособия и тем самым увеличить инвестиции на нашу оборону. Сэр Тони Блэр, занимавший пост премьер-министра от лейбористов самый длительный срок, призвал вас принять эти предложения».

В частности, по её словам, «поддержка консерваторов» будет «критически важна для проведения существенных реформ, которые сократят расходы на пособия» вопреки противодействию со стороны «ваших собственных левых депутатов».

Баденок добавила на пресс-конференции в понедельник, что её главным «критерием» для оказания поддержки правительству будет «достижение 3 процентов [расходов на военные нужды от ВВП] к 2030 году и, как минимум, обеспечение выделения дополнительных 28 миллиардов фунтов стерлингов в течение четырёх лет, о чем просил начальник штаба обороны». Двумя другими её критериями были готовность обеспечить эти расходы немедленно и «оснастить Британию более летальными и эффективными вооружёнными силами».

Если Стармер «не сможет обеспечить в своём кабинете лидерство, необходимое для реализации Плана оборонных инвестиций, отвечающего этим трём критериям, то он должен немедленно уйти в отставку и уступить место лидеру, который сможет это сделать».

Лидер консерваторов более или менее прямо изложила условия правящего класса на оставшийся срок полномочий парламента, которые должно выполнить лейбористское правительство, находящееся у власти при поддержке всего лишь одной пятой имеющих право голоса избирателей, при необходимости опираясь на ещё менее популярные партии.

Масштаб того, что требуется, и, следовательно, последствия для рабочего класса, должны быть четко обозначены. Times говорит прямо, сравнивая 8000 беспилотников, закупленных Великобританией с 2024 года, с 200 000, которые Украина — страна, находящаяся в состоянии войны, — расходует каждый месяц. Газета сравнивает 73 000 солдат в британской армии с 1,3 миллиона в российской.

Сетуя на состояние флота и военно-воздушных сил, газета добавляет: «Из 107 британских современных истребителей Typhoon только четыре вооружены и готовы к немедленному вылету в любой момент времени. В Великобритании нет батарей противоракетных перехватчиков, а закупку небольших количеств перехватчиков дронов правительство начало только этой весной…»

«У Великобритании есть пять активных атомных ударных подводных лодок, предназначенных для отслеживания и атаки вражеских подводных лодок, однако все они стоят в портах на техническом обслуживании…»

«План Великобритании также должен был финансировать создание нового класса эсминцев Type 83, но, по сообщениям, правительство планирует отказаться от этой программы для экономии средств. Тем временем устаревшие фрегаты Type 23 выводятся из состава флота быстрее, чем строятся новые корабли…»

«На данный момент основная часть британского боевого флота состоит из шести эсминцев Type 45 и двух авианосцев. Однако только половина наших эсминцев Type 45 находится в строю, один из них, HMS Dragon, находятся в Персидском заливе, а другой, HMS Duncan, — на Крайнем Севере».

«В отличие от этого российский Северный флот, базирующийся всего в 1200 милях от Великобритании в Северном Ледовитом океане, насчитывает около 30 подводных лодок, два крейсера, три эсминца, три фрегата, семь корветов и множество вспомогательных судов».

Financial Times добавляет: «Ни одна область не иллюстрирует эту проблему более наглядно, чем британский ядерный сдерживающий потенциал… Некоторые оценки предполагают, что ядерные расходы могут приблизиться к четверти оборонного бюджета в течение 10 лет, когда новый класс подводных лодок Dreadnought придёт на смену старым лодкам класса Vanguard».

То, о чем говорят Times и FT, является списком закупок для мировой войны, которая потребует от британских рабочих гораздо большего — как в виде крови, так и в виде денег, — чем те десятки миллиардов, о которых шла речь на этой неделе. Правящий класс рассматривает «План оборонных инвестиций» как первоначальный взнос правительства, демонстрирующий его готовность вести ужасающие столкновения с рабочим классом внутри страны и противниками британского империализма за рубежом.