25 лет назад: В Чили суд прекратил преследование бывшего диктатора Аугусто Пиночета, сославшись на возникшую у него деменцию

9 июля 2001 года Апелляционный суд города Сантьяго принял решение о прекращении преследования бывшего чилийского военного диктатора Аугусто Пиночета. Коллегия из трёх судей проголосовала двумя голосами против одного за прекращение дела Пиночета по медицинским показаниям, сославшись на результаты анализов, которые диагностировали у него «легкую или умеренную старческую деменцию (слабоумие)».

Это решение было расценено в широких кругах общественности как издевательство над правосудием в рамках политически спланированной кампании буржуазии империалистических держав и чилийских политиков, направленной на то, чтобы защитить Пиночета от ответственности. Приостановив рассмотрение дела по медицинским показаниям, суд фактически ограничил дальнейшее расследование его преступлений против прав человека, совершённых при поддерживаемом США режиме, и помог скрыть кровавое наследие его 17-летнего правления.

Несмотря на то, что пиночетовская диктатура заключила в тюрьму, подвергла пыткам и убила десятки тысяч человек, дело против него было сосредоточено только на преступлениях «Каравана смерти» — военной операции, в ходе которой специальное подразделение казнило политических заключенных в течение нескольких недель после переворота 1973 года. Пиночету, которому на момент суда было 83 года, было предъявлено обвинение в организации 57 убийств и 18 похищений, связанных с этими жестокими действиями.

Решение суда, сославшегося на диагноз деменции, являлось юридически спорным. Для прекращения уголовного преследования чилийское законодательство традиционно допускало лишь узко определенные состояния, такие как невменяемость или тяжёлая старческая немощность. Прокуроры утверждали, что представленные медицинские заключения о состоянии здоровья Пиночета не соответствуют этому порогу, так как у него были выявлены лишь небольшое нарушение двигательных функций, лёгкая потеря памяти и периодическая дезориентация.

Прокуроры осудили это решение как предлог для предотвращения продолжения судебного процесса. Известный чилийский юрист Эдуардо Контрерас, занимавшийся правами человека, заявил, что у Пиночета не была диагностирована «деменция в том смысле, в каком она установлена ​​в наших законах». Он предупредил, что широкое применение такого стандарта «могло бы фактически освободить огромное количество заключённых… В противном случае можно будет сделать вывод только о бесстыдной попытке вынести решение в пользу Пиночета».

Решение суда вызвало немедленные протесты. Около тысячи демонстрантов, многие из которых были родственниками жертв, собрались у здания суда, бросали камни и выкрикивали оскорбления, прежде чем полиция разогнала толпу и арестовала четырёх человек. В тот же день президент Рикардо Лагос вместе с командующим армией генералом Рикардо Изуриетой призвали к уважению судебной системы, тем самым выразив официальную поддержку решению суда, несмотря на общественное возмущение.

50 лет назад: В США печатники газеты Washington Post обвинены в уголовных преступлениях в рамках государственной кампании «охоты на ведьм»

7 июля 1976 года федеральное Большое жюри вынесло первые обвинительные заключения по уголовным делам против бастующих печатников Washington Post в рамках одной из самых агрессивных кампаний по подавлению профсоюзов в послевоенной истории США. Члены местного 6-го отделения профсоюза Newspaper Web Pressmen подверглись девятимесячному расследованию Большого жюри, направленному на криминализацию забастовок и создание национального прецедента для подавления забастовочной активности рабочих.

Конфликт начался 1 октября 1975 года, когда печатники объявили забастовку против выдвинутых издателем газеты Кэтрин Грэм жёстких ограничений прав персонала. Грэм стремилась отменить пожизненные гарантии занятости, сократить численность персонала и установить односторонний управленческий контроль над внедрением новых технологий и производственных методов. Эти требования представляли собой лобовую атаку на условия, за которые печатники боролись десятилетиями. Тайно обучив менеджеров и штрейкбрехеров в школе в Оклахоме, Грэм немедленно направила их в типографию для работы на постоянной основе и добилась ограничительных судебных запретов, чтобы парализовать пикеты бастующих.

В первую ночь забастовки, когда руководство готовилось запустить печатные станки и вошло в помещение вместе со штрейкбрехерами, в печатном цехе произошла стычка, в результате которой было повреждено некоторое оборудование. Власти штата воспользовались этим инцидентом как предлогом для своей тщательно спланированной сфабрикованной операции. Чтобы сломить профсоюз, Грэм сотрудничала с Министерством юстиции администрации Форда, возглавляемым прокурором США в округе Колумбия Эрлом Силбертом.

После разоблачения Уотергейта газета Washington Post находилась в зените своей славы в качестве либерального защитника демократии, одновременно работая рука об руку с государством, чтобы атаковать собственных сотрудников. Силберт, который ранее пытался заблокировать расследование Уотергейта, теперь руководил Большим жюри, которое вызвало в суд более 80 газетчиков, опубликовавших разоблачения Уотергейта. Силберт агрессивно оказывал давление на так называемых «целевых» и «подцелевых» свидетелей, чтобы они дали показания против своих коллег.

В первом раунде слушаний Большое жюри предъявило обвинения семи печатникам, включая Юджина О’Салливана, которому грозило до 40 лет тюрьмы по обвинениям в участии в беспорядках, крупной краже и уничтожении имущества. Вскоре после этого были предъявлены обвинения ещё восьми печатникам. Менеджер газеты Марк Мигер хвастался в интервью газете New York Times, что их цель была «умертвить один профсоюз на поле боя», чтобы другие усвоили, что будут также «наказаны, если попытаются вступить в борьбу».

Печатники мужественно сражались, но были изолированы профсоюзной бюрократией. Президент АФТ-КПП Джордж Мини отказался организовывать акции солидарности, в то время как штрейкбрехеры Газетной гильдии прорвали линию пикетов, чтобы снова выпускать газету. Более того, когда бастующие печатники заняли штаб-квартиру Мини в конце февраля 1976 года, требуя поддержки, глава профсоюза в ответ вызвал полицию, чтобы их арестовали. Из-за этой предательской изоляции к моменту предъявления обвинений местное 6-е отделение профсоюза было уже фактически разгромлено. В мае 1977 года судебный процесс завершился тем, что 14 печатников получили сроки от условного до одного года тюремного заключения.

Рабочая лига (предшественница Партии Социалистического Равенства) начала кампанию в защиту печатников и боролась за то, чтобы объяснить рабочим, что забастовка стала политической борьбой против самого капиталистического государства. Победа в этой борьбе требовала мобилизации рабочего класса независимо как от бюрократии АФТ-КПП, так и от Демократической партии, которая открыто выступила против печатников.

75 лет назад: В северокорейском городе Кэсоне начались переговоры о перемирии в Корейской войне

10 июля 1951 года в Кэсоне, недалеко от 38-й параллели, начались переговоры о перемирии, положившие конец Корейской войне, которая к тому моменту длилась чуть больше года.

В переговорах, инициированных представителем СССР в ООН Яковом Маликом, приняли участие северокорейский генерал Нам Иль (Ир) и вице-адмирал США Чарльз Тернер Джой. После двух недель обсуждений 26 июля была принята повестка дня из пяти пунктов: установление военной демаркационной линии и демилитаризованной зоны, договорённость о прекращении огня и создании наблюдательного органа, обмен военнопленными и рекомендации правительствам участвующих стран.

Переговоры почти сразу же начали срываться. Вашингтон отказался обсуждать вывод иностранных войск. Когда северокорейская и китайская делегации в знак протеста покинули зал, американские войска усилили военное давление, пока переговоры не возобновились в Пханмунджоме в октябре 1951 года.

Тем не менее война затянулась ещё на два года. США, проводившие свою первую крупную неоколониальную интервенцию после Второй мировой войны, не были заинтересованы в быстром урегулировании. В условиях маккартистской «охоты на ведьм» внутри страны конфликт послужил оправданием антикоммунистических репрессий против рабочих движений и политической оппозиции капитализму. Президент Южной Кореи Ли Сынман, будучи марионеткой США и пришедший к власти после одностороннего раздела полуострова Вашингтоном в 1945 году, ещё больше препятствовал любому разрешению конфликта, требуя помощи сил ООН в завоевании всей страны.

Боевые действия окончательно прекратились после заключения перемирия 27 июля 1953 года, но мирный договор так и не был подписан, и полуостров до сих пор находится в состоянии формальной войны. За три года войны погибло от четырёх до пяти миллионов корейцев, примерно половина из них — мирные жители.

100 лет назад: Начало Северной экспедиции националистов в Китае

9 июля 1926 года в Китае официально началась Северная экспедиция — масштабная военная операция националистической партии Гоминьдан из южнокитайского города Кантон (Гуанчжоу) в северный Китай, организованная с целью подавления полевых военачальников, когда лидер партии Чан Кайши принял пост главнокомандующего Национально-революционной армией (НРА).

До этого, в марте, Чан Кайши уже захватил власть в результате переворота в Кантоне и отстранил от власти других лидеров движения, в частности, «левое» крыло Гоминьдана во главе с Ван Цзинвэем. Он также ввёл правила, которые обязывали примкнувшую к Гоминдану по приказу из Москвы Коммунистическую партию Китая (КПК) передавать списки своих членов в Гоминьдане, запрещали им возглавлять какие-либо отделы в центральном штабе Гоминьдана и предписывали, что число членов КПК не может превышать одной трети в любом комитете.

Тем не менее Чан Кайши до некоторого момента не мог позволить себе порвать с СССР, на оружие, военных специалистов и политическую поддержку которого он рассчитывал, планируя Северную экспедицию. Сталин, чья бюрократическая фракция в Российской коммунистической партии (РКП) и советском государстве заняла тогда уже доминирующе положение, с радостью пошёл ему навстречу. Он поощрял подчинение КПК националистическому Гоминьдану на основе меньшевистской теории двухэтапной революции, которая подчиняла рабочий класс, представленный КПК, китайской буржуазии, которую представлял Гоминьдан.

Этому подчинению решительно противились Лев Троцкий и Левая оппозиция, которые боролись за линию перманентной революции в Китае, согласно которой задачи буржуазно-демократической революции (объединение Китая, перераспределение земли среди крестьян, ликвидация военных диктатур полевых командиров) могли быть выполнены только под руководством рабочего класса в тесном союзе с крестьянством.

Непосредственной стратегией Чан Кайши было наступление на север, в провинцию Хунань, чтобы устранить военачальника У Пэйфу, который был отвлечён борьбой с конкурирующей фракцией под Пекином. Продвижение было стремительным. 11 июля, всего через два дня после официального начала похода, силы НРА успешно захватили Чаншу, столицу Хунани.

Северная экспедиция спровоцировала крестьянские восстания и забастовки рабочих по мере своего продвижения. Как недавно отмечал МСВС: «Без поддержки Коммунистической партии Чан Кайши не смог бы предстать перед массами как их освободитель, и Северная экспедиция потерпела бы полный провал, так как один военачальник сражался бы с другими без поддержки снизу».

Но Чан Кайши пытался подавить эти движения при поддержке Сталина. Как заметил Троцкий пять лет спустя из своей ссылки на турецком острове Принкипо: «Сталин прекрасно понимал, что продвижение армий Чан Кайши означало… кровавое подавление забастовок, уничтожение профсоюзов и репрессии крестьянского движения».

Реакционный характер стратегии Чан Кайши, как и программы Сталина, был продемонстрирован самым жестоким образом, когда Чан Кайши подавил рабочее восстание в Шанхае в апреле 1927 года.