«Мы закрыты». Вторник, 8 сентября. Каждые несколько минут охранник разворачивает людей, надеющихся посетить Русский дом науки и культуры на берлинской Фридрихштрассе. Открыто лишь кафе традиционной русской кухни. В остальном огромное культурное учреждение в самом сердце Берлина стоит тёмное и пустое.
Это тяжёлый удар по культуре. Русский дом, основанный в 1984 году в ГДР как «Дом советской науки и культуры» и на протяжении десятилетий бывший центральным узлом немецко-российской культурной жизни, теперь закрыт. Даже официальный сайт учреждения с тех пор недоступен.
1 сентября германское правительство расторгло немецко-русское культурное соглашение 2011 года, тем самым прекратив договор, регулирующий деятельность Русского дома. В качестве предлога оно сослалось на инцидент с беспилотником в аэропорту Лейпцига, вину за который оно возложило на Россию, не предоставив каких-либо проверяемых доказательств. Это обвинение служит дальнейшему усилению пропагандистской кампании, направленной на сплочение населения вокруг курса на войну против России.
Генеральное консульство России в Бонне также должно закрыться к 18 сентября. В 2023 году германское правительство уже закрыло четыре российских консульства во Франкфурте, Гамбурге, Лейпциге и Мюнхене. Теперь, когда все пять консульств и Русский дом закрыты, остаётся лишь одна официальная дипломатическая связь с Москвой: посольство в Берлине.
Около 50 сотрудников Русского дома были уволены, включая многочисленных преподавателей. Ведущие сотрудники с российским гражданством, среди них исполняющий обязанности директора, уже покинули страну. Германские власти предписали им собраться в течение нескольких дней и уехать с семьями. Павел Извольский, директор Русского дома с 2017 года, подал в отставку и уехал в мае после того, как германские власти отказались продлить его дипломатическую аккредитацию.
Расторгнутое соглашение касается здания, которое принадлежит Российской Федерации. Земля же принадлежит ФРГ, которая также платит налог на недвижимость. 99-летнее имущественное соглашение защищает здание от мер принудительного исполнения на данный момент.
Москва ответила закрытием Генерального консульства Германии в Санкт-Петербурге, а также всех трёх отделений Института Гёте — официальных культурных институтов Германии — в Москве, Санкт-Петербурге и Новосибирске, с 13 сентября этого года. Это знаменует конец более чем 30 лет немецкой культурной и образовательной работы в России.
Закрытие последних крупных двусторонних культурных учреждений с обеих сторон знаменует исторический разрыв и опасный шаг в эскалации войны на Украине. Берлин провоцирует всё более агрессивный военный курс против России и разрывает все дипломатические и культурные каналы и связи, выстроенные в послевоенное время.
Русский дом в районе Берлин-Митте был одним из крупнейших и наиболее известных российских культурных учреждений за рубежом. Массивное здание, построенное в начале 1980-х годов по проекту архитектора ГДР Карла-Эрнста Своры, занимает около 29 000 квадратных метров на семи этажах. Огромный бюст советского космонавта Юрия Гагарина, первого человека в космосе, стоит прямо во входном вестибюле. Там когда-то стояла статуя Ленина, но её убрали после воссоединения Германии.
Небольшая выставка в вестибюле, ныне демонтированная, была посвящена 40-летней истории Дома. Культурный центр, говорилось в её введении, «превратился в мост между народами обеих стран» и играл важную роль как «место диалога и понимания».
Блуждая по пустому теперь зданию советской эпохи с его белыми фресковыми стенами, можно увидеть названия «Зал Чехова», «Зал Кандинского», «Зал Толстого», — которые напоминают о культурной работе, которая теперь внезапно оборвалась.
До войны на Украине здесь ежегодно проводилось до 400 мероприятий. На первом этаже были кинозал, художественная мастерская и читальный салон с возможностью книгообмена. Языковые курсы, концерты, фильмы, театральные постановки, балетная школа, мастерские для детей, художественные выставки, библиотека, кафе и другие предложения привлекали, по данным учреждения, 200 000 посетителей в год. Фортепианный концерт пианиста Николая Кузнецова в Русском доме ещё несколько месяцев назад встретил восторженный отклик.
Дом также сдавал 64 квартиры и управлял туристическим агентством. Русский книжный магазин «Многокниг», продающий множество книг литературных классиков, детских книг и игр, продолжает работать, хотя сотрудники говорят, что его перспективы туманны. В темных теперь коридорах вестибюля всё ещё висит несколько панелей, повествующих о вторжении Германии в Советский Союз в 1941 году, вместе с рядом советских произведений искусства.
Закрытие Дома — огромная потеря не только для немецкой общественности, но и, в равной мере, для русскоязычного сообщества. Согласно оценкам на момент 2022 года, 2,5 миллиона человек в Германии говорят преимущественно или частично на русском языке, около 250 000 из них в Берлине. С притоком тысяч украинских беженцев в последние годы эти цифры, вероятно, выросли ещё больше. По собственным данным Дома, около 30 процентов участников его детских курсов в 2024 году были украинского происхождения.
Для рабочих России и Германии, которые были вынуждены сражаться друг с другом в двух мировых войнах, доступ к культуре и языку друг друга имеет огромное значение. После темных лет, когда немецкое население было индоктринировано нацистской пропагандой против «недочеловеков-славян» и «жидобольшевизма», среди студентов, школьников, учёных и рабочих развился культурный обмен, они построили тесные личные, интеллектуальные и культурные связи друг с другом.
Особенно в ГДР, но также и в Западной Германии, миллионы людей прониклись любовью к Пушкину и Чехову, к Чайковскому и Шостаковичу, к русскому языку и искусству, — а также к Октябрьской революции 1917 года и советской и постсоветской истории.
Даже несмотря на то, что сталинистская бюрократия и социал-демократы (СДПГ) со своей капиталистической «Ostpolitik» («восточной политикой») эксплуатировали этот культурный и образовательный обмен в своих политических интересах, немецко-советская — а позднее немецко-российская, — дружба, во имя которой был основан Русский дом, никогда не была для рабочего класса просто пустой фразой. Она опиралась на связь между двумя культурами, развивавшуюся в течение десятилетий и поддерживаемую широко распространёнными антивоенными настроениями: никогда больше преступления, совершённые в войне на уничтожение против Советского Союза, не должны повториться, и никогда больше народы двух стран не должны быть стравлены друг с другом как враги.
Разрушение этих культурных связей показывает, в самой грубой форме, насколько далеко продвинулась подготовка к прямой войне. Чтобы раздуть враждебный образ «злого русского», места, связанные с русской литературой и искусством, должны быть вычеркнуты из немецкой общественной жизни, а русский язык должен быть оклеветан как «язык врага». Эта логика военной политики всё больше охватывает культуру и науку в Германии.
Кампания против Русского дома
Правовую основу деятельности Институтов Гёте и Русского дома составляли два культурных соглашения, заключённых после объединения Германии: одно от 1993 года и второе от 2011 года, подписанное тогдашним министром иностранных дел Германии Гидо Вестервелле от партии свободных демократов (СвДП) и его российским коллегой Сергеем Лавровым на полях Мюнхенской конференции по безопасности.
Три года спустя, на Мюнхенской конференции по безопасности 2014 года, германское правительство объявило о возвращении к агрессивной германской великодержавной политике. Сопутствующая смена курса в отношении России была впервые применена на практике в феврале 2014 года. Одновременно началось наступление со стороны исторического ревизионизма, направленное на преуменьшение преступлений германского империализма в Первой и Второй мировых войнах.
Затем, в 2022 году, германское правительство использовало реакционное вторжение Путина на Украину как предлог для того, чтобы масштабно нарастить процесс перевооружения и развязать беспрецедентную кампанию против российского искусства и науки. Вторжение было преступлением российской олигархии, но оно было сознательно спровоцировано десятилетиями расширения НАТО на восток и военного окружения России.
Санкции против России имели далеко идущие последствия в культурной сфере. Сотрудничество между университетами, музеями и культурными учреждениями обеих стран было прекращено. Россотрудничество, агентство, управляющее Русским домом, также было включено в санкционный список Европейского союза, — за предполагаемые «гибридные операции влияния».
С начала войны несколько из более чем 80 Русских домов по всему миру были вынуждены закрыться, включая центры в Словении, Румынии, Хорватии, Дании, Азербайджане и Молдове. Двенадцать центров в Европе остаются открытыми, включая Дома в Париже, Риме и Будапеште. Россотрудничество объявило, что откроет теперь новые площадки в нескольких африканских странах, а также в Таиланде и Армении.
С 2022 года ведётся медийная и политическая кампания против Русского дома в Берлине, который изображается как центр кремлёвской пропаганды. В первых рядах стоят партии истеблишмента — социал-демократы (СДПГ), христианские демократы (ХДС) и «Зелёные», — а также рупор «Зелёных», ежедневная газета taz, вместе с берлинской ассоциацией Vitsche e.V. («Вече»), основанной украинскими националистами.
С конца 2022 года эта ассоциация организовывала протесты у Дома и провела референдум, на котором участникам предлагалось проголосовать по вопросу о том, «должен ли Русский дом как учреждение лишиться права на существование и передать свои активы украинскому сообществу». 9 мая 2024 года, в годовщину освобождения Германии от фашизма, «Вече» призвало превратить Русский дом в «Деколониальный дом». А в мае этого года ассоциация сыграла заметную роль в антисоветской кампании по поводу годовщины окончания Второй мировой войны в Европе. Она даже создала собственный сайт, посвящённый исключительно «разоблачению» Русского дома.
Юридические попытки помешать работе Дома оказались безуспешными. В июне 2025 года административный суд Мюнхена постановил, что ввиду санкций Европейского союза против Россотрудничества агентство может осуществлять только деятельность по «сохранению функций». Однако это постановление ещё не вступило в законную силу. В 2023 году политик от «Зелёных» Фолькер Бек подавал уголовную жалобу против Дома за «российскую пропаганду», но расследование было прекращено, поскольку руководство Дома имело дипломатический статус.
В последние месяцы кампания была намеренно обострена и превращена в тему избирательной кампании в земле Берлин. В декабре прошлого года ведущие политики в области внешней политики призвали закрыть Дом. Они называли его «пропагандистским вертепом» для информационной войны Путина (Робин Вагенер, «Зелёные») и «политическим инструментом России» (Родерих Кизеветтер, ХДС).
После обнаружения беспилотника в Лейпциге в начале августа кандидаты от ХДС, «Зелёных» и СДПГ всё громче призывали закрыть Дом, утверждая, что он поддерживает «гибридную войну» против Германии. Они ухватились за необоснованное заявление Министерства внутренних дел Франции о том, что культурное учреждение используется российскими спецслужбами как «прикрытие».
Эти обвинения совершенно жульнические. Ни некоммерческая редакция расследовательской журналистики Correctiv, ни телерадиовещательная корпорация rbb не предоставили никаких твёрдых доказательств в своих сообщениях о предполагаемом участии сотрудников российских спецслужб в работе Домов. Они назвали «подозрительными» несколько фактов, например, регистрацию в Доме российских дипломатов или бывших сотрудников телеканала RT, якобы слишком высокое энергопотребление и заметные телефонные и GPS-сигналы, — и всё это при ближайшем рассмотрении оказалось несущественным.
Точно так же, как германское правительство использует Институты Гёте для своей культурно-политической повестки, Кремль тоже использовал Русский дом как витрину своей националистической политики. Это, несомненно, так, но это ничего не меняет в огромной культурной работе, проделанной здесь.
Под сообщением rbb несколько зрителей высказали критику по поводу закрытия. Аннет из Берлина написала: «Я абсолютно не апологет Путина, но Русский дом [...] всегда был для меня местом искусства и культуры, площадкой для обмена, презентаций и дискуссий, свободным пространством для деятелей культуры отовсюду». Она опасается, что в данном случае упраздняется культурное пространство по экономическим причинам, предупреждая: «Это подло, прямо-таки агитация в стиле АдГ, и это пугает. “Первая жертва войны — правда”».
Крайне правая «Альтернатива для Германии» (АдГ) и правый, антииммигрантский Союз Сары Вагенкнехт (ССВ) стремятся эксплуатировать оппозицию закрытию Русского дома — и войне на Украине в целом — для своей националистической повестки. На протесте ССВ против закрытия Дома собралось, по данным полиции, около 600 человек; на контрмитинге «Вече» присутствовало лишь около 100 человек, перед которыми выступила Беттина Йараш, руководитель фракции «Зелёных» в Палате депутатов Берлина.
Левая партия не опубликовала официального заявления против закрытия. Марен Камински, представитель Левой партии по внешней культурной политике, лишь пожаловалась радиостанции Deutschlandfunk, что этот шаг ставит под угрозу Институты Гёте и дальнейший обмен с людьми в России. Максимилиан Ширмер, председатель Левой партии в земле Берлин, сказал Berliner Zeitung в прошлом году, что Дом был «российским пропагандистским учреждением», и предположил, что можно рассмотреть вопрос о том, возможно ли запретить деятельность Русского дома или конфисковать здание. Это неудивительно, поскольку Левая партия поддерживает политику наращивания вооружений, за которое она проголосовала в Бундесрате.
Партия Социалистического Равенства — единственная партия, участвующая в выборах в земле Берлин с социалистической программой, выступающей против военной пропаганды и перевооружения. Защита таких культурных учреждений, как Русский дом, требует политической борьбы рабочего класса против военной политики. В нашей предвыборной программе мы заявляем:
Войну и милитаризм нельзя одолеть пацифистскими апелляциями к поджигателям войны. Этого можно добиться, только лишив их власти. Политика войны — не просто результат ошибочных решений отдельных политиков. Это проистекает из глубокого кризиса капитализма, который, как и в XX веке, вновь толкает человечество к мировой войне и варварству.
Рабочие ничего не выиграют от войны, зато потеряют всё. Поэтому мы противопоставляем растущему национализму и войне интернациональное единство рабочего класса.