В прошедшие выходные протесты охватили страны по всей Европе. Массовый антиправительственный митинг прошел в Праге, в то время как протесты за доступное жилье развернулись по всей Португалии, а молодежь и «желтые жилеты» прошли маршем во Франции. Эти протесты указывают на растущую радикализацию рабочих и молодежи по всей Европе в преддверии недели общенациональных забастовок в нескольких европейских странах.
Коалиция студенческих союзов назначила европейскую молодежную забастовку на 20 ноября. Участие в ней примут студенты в Германии, Британии, Франции, Италии, Испании и Греции. Французские профсоюзы назначили однодневную общенациональную забастовку на 17 ноября, в то время как итальянские профсоюзы объявили такую забастовку на 20 ноября, что совпадет с забастовкой португальских госслужащих. Демонстрации объявлены на 21 ноября в Лиссабоне и 23 ноября в Брюсселе.
Протесты по всей Европе разворачиваются по широкому кругу вопросов, таких как разрушающиеся школы, непомерная стоимость жилья и оппозиция восстановлению воинского призыва. Однако рабочие и молодежь континента в значительной степени разделяют оппозицию проблемам, глубоко укорененным в капиталистической системе: диктату капиталистической олигархии, жесткой экономии, полицейским репрессиям, официальному культивированию неофашизма и сокращению социальных расходов для финансирования войны. Растет осознание панъевропейского и действительно глобального характера этих проблем и протестных движений, которые они провоцируют.
Движение все острее ставит перед рабочими и молодежью вопрос о необходимости подготовки единой европейской всеобщей забастовки, организованной независимо от профсоюзной бюрократии. Эта забастовка поставила бы вопрос о прямом наступлении рабочего класса на власть и богатство капиталистов.
В воскресенье огромная толпа заполнила Летенскую равнину в Праге, чтобы выступить против правительственного законопроекта, отменяющего лицензионные сборы, которые финансируют Чешское телевидение и Чешское радио, а также финансирования их из государственного бюджета. Ассоциация Milion Chvilek, организовавшая митинг, заявила, что в митинге приняли участие от 350 000 до 450 000 человек, в то время как полиция отказалась предоставить свои оценки. Оппозиция законопроекту, который поставил бы общественное вещание непосредственно под государственный контроль, неуклонно росла с момента его принятия 24 октября. 3 ноября сотрудники обоих общественных вещателей вышли на забастовку.
Выступающие на митинге призвали отозвать закон и отстранить коалиционного партнера премьер-министра Андрея Бабиша, Томио Окамуру из крайне правой партии SPD, с должности спикера палаты. Однако среди выступающих было значительное число представителей оппозиционных партий, близких к президенту Петру Павлу, бывшему чиновнику НАТО и активному стороннику войны НАТО против России на Украине.
В субботу десятки тысяч людей прошли маршем в Лиссабоне и десятках других португальских городов, требуя доступного жилья. Организаторы насчитали в португальской столице 60 000 демонстрантов. Финальная площадь на маршруте, Мартим Мониз, не смогла вместить всех прибывших. Протестующие требовали отмены нового правительственного закона об аренде, который положил бы конец потолку повышения арендной платы, разрешил бы выселения после двух месяцев просрочки вместо трех, и разрешил бы повышение регулируемой арендной платы на жилье, арендованное до 1990 года. Закон прошел первое чтение в парламенте благодаря воздержанию от голосования крайне правой партии Chega.
В то время как Союз арендаторов Мадрида призвал португальские профсоюзы объявить общенациональную однодневную забастовку по типу той, что прошла 11 ноября в Испании, руководства португальских профсоюзных федераций CGTP и UGT до сих пор отказывается объявить такую акцию. Вместо этого CGTP ограничился объявлением демонстрации в Лиссабоне на 21 ноября и митинга перед парламентом три дня спустя.
Во Франции сотни тысяч человек приняли участие в совместных протестах молодежи и «желтых жилетов» в преддверии однодневной общенациональной забастовки против жесткой экономии. Организаторы насчитали 200 000 участников, включая 100 000 в Париже, 35 000 в Бордо и 10 000 в Лилле, в то время как полицейские чиновники запретили протесты в Марселе, Нанте и других городах. В нескольких городах вспыхнули столкновения между полицией и протестующими. Полиция сообщила о 219 арестах по всей стране.
Корреспонденты Мирового Социалистического Веб Сайта в Париже взяли интервью у протестующих, чьи комментарии выявили продолжающуюся радикализацию значительных слоев молодежи и рабочих, а также обостряющуюся дискуссию относительно политических перспектив, стоящих перед движением. В то время как профсоюзная бюрократия и некоторые медиа изображают голосование за прокапиталистического, популистского кандидата в президенты Жан-Люка Меланшона из партии «Непокоренная Франция» (НФ) как единственно возможный исход протеста, многие рабочие и молодежь ищут революционную альтернативу.
Эван и Матис, два студента, сказали, что поддерживают призыв журналистов МСВС организовать комитеты рядовых рабочих для подготовки единой европейской всеобщей забастовки. Эван сказал: «Мы должны проявить солидарность, поскольку насилие и несправедливость не ограничиваются Францией, но также проявляются в Европе и в других местах в мире».
Матис прокомментировал: «Можем ли мы действительно сделать это, чтобы все заблокировали всё одновременно? Это серьезный вопрос. Но как идея, теоретически, это действительно отличная идея — заблокировать экономику и показать истинную силу этих движений рабочих и студентов».
Келли, родом с французских Антильских островов, подчеркнула связь между социальной борьбой в материковой Франции и ее заморских территориях, когда беседовала с МСВС вместе со своим другом Диего.
«Там мои кузены, которые находятся в совершенно разрушенных школах, без учителей… Здесь с нами плохо обращаются, но там еще хуже, — сказала Келли. — Если людям нужна медицинская операция, они должны приехать сюда, в материковую Францию, для лечения. Так что и без того слишком дорогое лечение усугубляется тем, что мы должны также купить авиабилет вдобавок к этому… Мы вынуждены использовать там дождевую воду, и это неприемлемо на территории, которая является “французской”. Это потому, что проточная вода грязная, она течет коричневой из крана».
Келли сказала, что планирует голосовать за Меланшона, чтобы избежать избрания неофашистки Марин Ле Пен в следующем году: «Я буду голосовать за НФ не потому, что я люблю Меланшона, поскольку, как я вижу, Меланшон — популист. Но, думая реалистично, если вы посмотрите на то, что предлагает каждый кандидат, я не думаю, что Меланшон может сделать все, о чем он заявляет, но его программа ближе всего к помощи людям, которые похожи на меня».
Со своей стороны, Диего сказал: «НФ — это системная партия. Рабочие должны действовать напрямую, потому что НФ, в конце концов, — это парни в костюмах в офисе. Они не смогут особо много изменить».
Жан-Шарль, студент, указал, что классовая борьба, а не президентские выборы следующего года, будет ключом к решению проблем, стоящих перед движением. «Даже если люди не обязательно согласны с определенными требованиями, появляющимися в разных протестах, важно, по крайней мере, показать правительству, что мы не согласны с тем, как оно угнетает нас, — сказал он. — Оно навязывает свои сокращения и все остальное против народа. Так что для меня единственное, что нужно сделать, — это действительно перейти к мобилизациям, таким как забастовка, которая действительно является способом блокировать страну и ее экономику».
«Как я вижу, [Меланшон] — просто кто-то, кто хочет оседлать наши требования, чтобы получить больше голосов», — сказал он, добавив: «Меланшон — шарлатан. Он не тот, кто должен быть у власти, кто мог бы изменить вещи. Прежде всего у него нет реальной экономической и финансовой программы. Если мы не выберемся из долговой ловушки и не перезапустим экономику, что бы мы ни делали, все остальные требования, все остальные вопросы в его программе, в конечном итоге, ни к чему не приведут».
Ашиль, социальный работник, сказал МСВС, что протесты продолжаются во Франции, потому что «в течение десятилетия уровень жизни во Франции падал, а правительство навязывало неолиберальную политику, которая ослабляет общество, которая делает жизнь всех французов более нестабильной. Так что сегодня я думаю, что ничто не может остановить эти протесты, которые проходят каждую неделю».
Он подчеркнул свое разочарование в профсоюзной бюрократии и Меланшоне. «Руководящий принцип профсоюзов — диалог с государством. Так что они должны идти на компромиссы. И чем больше компромиссов они делают, тем больше они интегрируются в систему. Сегодня они полностью являются частью системы, они на самом деле первый оплот капитализма. Профсоюзы — это механизм для дезориентации гнева рабочих, реально при этом практически ничего не делающий».
«На выборах 2027 года я не вижу много вариантов решений», — сказал он, добавив: «Социал-демократическая партия, как у Меланшона, даже если она дает много надежды и я, вероятно, в конечном итоге, проголосую за него… если она попытается приспособиться, а не свергнуть капитализм, он, в конечном итоге, пойдет на слишком много компромиссов и все испортит».
Ашиль сказал, что ищет революционную политику, которая не апеллирует к правительству, а борется за более широкую мобилизацию рабочего класса.
«Мы даем сигнал не институтам или правительству, а остальному населению, чтобы оно присоединилось к нам, и что наше дело правое. Мы выходим за пределы институтов здесь. Мы знаем, что единственный ответ, который мы получим, — это полицейские дубинки и слезоточивый газ. Мы обращаемся к остальному населению с призывом присоединиться к нам и бороться за лучшее будущее, — сказал он. — То, что разрушает наши жизни сегодня, — это капитализм. Борьба против этой системы, которая является глобальной, также должна быть глобальной. Она не знает границ. Так что совершенно необходимо иметь единое движение в нескольких разных странах».
