Столкновения между протестующими и полицией, начавшиеся после убийства полицейскими 17-летнего Нахеля М. в парижском пригороде Нантер во вторник на прошлой неделе, в минувшие выходные продолжались по всей стране. В воскресенье вечером президент Эммануэль Макрон провел экстренное заседание кабинета министров в ответ на продолжающийся кризис.
Не только само убийство, но и попытка совершивших его полицейских скрыть его — до того, как видеозапись инцидента показала, что они застрелили юношу в упор без какой-либо угрозы для своей жизни, — привела к массовому всплеску гнева по всей Франции и за рубежом.
В субботу в Нантере состоялись похороны Нахеля с участием тысяч мирных демонстрантов.
В результате ожесточенных столкновений по всей Франции в пятницу вечером были арестованы 1300 человек, а затем еще 719 в субботу вечером. Эти репрессии следуют за арестом французской полицией весной тысяч человек во время демонстраций против антидемократического решения Макрона по поводу сокращения пенсий.
Крупные французские города наводнены хорошо вооруженными полицейскими силами, оснащенными вертолетами, бронированными автомобилями и огнестрельным оружием для борьбы с беспорядками. В ночь на пятницу, субботу и воскресенье по всей стране было мобилизовано 45 000 полицейских, а еще 7000 каждую ночь посылаются в Париж в качестве подкрепления.
В минувшие выходные специализированные подразделения Национальной полиции (RAID — Recherche, Assistance, Intervention, Dissuasion), которые снабжены, кроме личного оружия, бронированными автомобилями, были развернуты в Марселе и Лионе. Также были задействованы печально известные подразделения BRAV-M, которые провоцировали и терроризировали демонстрантов в Париже в апреле во время протестов против пенсионной реформы Макрона.
Несмотря на усилия правительства Макрона запретить в социальных сетях свидетельства полицейского насилия, многие свидетели записывают видео с кадрами жестокого обращения полиции против в основном беззащитных протестующих. Другие видеозаписи показывают усилия полиции, направленные на то, чтобы помешать журналистам снимать столкновения.
Во многих французских городах происходят ожесточенные столкновения между полицейскими и протестующими, в основном молодыми людьми. В городах Немур, По и Комбс-ла-Виль были подожжены полицейские участки. Также подожгли общественные здания по всему Парижу, Марселю и Лиллю. В северном парижском пригороде Обервилье сгорела автобусная станция и уничтожено 12 автобусов. Группы в Лионе совершили налет на полицейскую машину, перевозившую оружие и боевые патроны, которые до сих пор не изъяты.
В пятницу и субботу вечером трамвайное и автобусное сообщение по всей Франции было отменено с 9 часов утра по распоряжению министра внутренних дел Жеральда Дарманена. В воскресенье запрет был распространен на службу парижского метрополитена. В минувшие выходные в Лилле, Марселе и Лионе было отменено движение общественного транспорта, а групповые собрания были запрещены, начиная с позднего вечера. Аналогичные меры были приняты в небольших городах по всей территории, где ранее на той неделе происходили столкновения.
Гнев против полицейских репрессий и социальных условий распространился на Бельгию и Швейцарию. В швейцарской Лозанне семь человек были арестованы в субботу вечером. На французских заморских территориях Реюньон и Французская Гайана также произошли значительные столкновения. Отражая нервозность международного сообщества по поводу ситуации во Франции, канцлер Германии Олаф Шольц заявил, что он «наблюдает ее с беспокойством».
Один инцидент, который дает представление о массовой ненависти к политикам-капиталистам Франции, произошел в маленьком городке Л'Ай-ле-Роз, где горящий автомобиль был поставлен у двери дома местного мэра, члена правой политической партии «Республиканцы». Премьер-министр Франции Элизабет Борн поспешила на место происшествия и публично заверила местных чиновников, что правительство и полиция защитят их от их собственных избирателей.
Правительство Макрона предприняло немалые усилия, отрицая откровенно политический характер этих протестов, которые непосредственно вытекают из борьбы по защите пенсий. В субботу Макрон заявил: «Мы видели насильственные собрания, организованные на нескольких [платформах социальных сетей], но также и своего рода имитацию насилия… [молодежь] живет видеоиграми, которые опьяняют ее».
Это перекликается с заявлением Макрона во время протестов «желтых жилетов», когда он обвинил Facebook в массовой оппозиции его президентству.
Представитель правительства Оливье Веран позже попытался представить протесты как дело рук аполитичных и закоренелых преступников: «Здесь нет никакого политического посыла. Когда вы грабите Foot Locker, магазин Lacoste или Sephora, в этом нет никакого политического подтекста. Это мародерство».
Если молодежь во Франции считает, что она должна прибегнуть к насилию, чтобы выразить свое недовольство, то это связано не с социальными сетями или видеоиграми, а с ужасающими социальными условиями, в которых она живет, и с отсутствием политических альтернатив, которые она не находит среди доминирующих политических партий. В пригородах Парижа, Лиона и Марселя, где происходили наиболее ожесточенные столкновения, царят бедность и безработица.
Реальность, с которой сталкивается молодежь в районах проживания рабочего класса, заключается в том, что она не имеет работы, доступа к качественному образованию и подвергается постоянным преследованиям — если не смертельной угрозе, как в случае с Нахелем, — со стороны полиции. Что касается псевдо-левых партий и профсоюзной бюрократии, то как показала их предательская роль в борьбе против пенсионной реформы, они, хотя и утверждают, что выступают против Макрона, не предлагают реальной оппозиции капиталистической системе, которая обрекла этих молодых мужчин и женщин на жизнь в нищете.
Массовые аресты в минувшие выходные произошли после того, как в опубликованном в пятницу фашистском совместном заявлении полицейских профсоюзов говорилось: «Мы находимся в состоянии войны». Так также прозвучала угроза «вывести из строя тех, кого мы арестуем». В совместном коммюнике говорилось: «Столкнувшись с этими дикими ордами, просить о спокойствии уже недостаточно, мы должны навязать его.... [настало время] для борьбы с этими паразитами».
Значительные слои французского политического класса полностью солидаризировались с «войной» полиции против «паразитов» и потребовали еще более жесткого ответа. В видеообращении в воскресенье лидер ультраправых Марин Ле Пен раскритиковала «анархию» во Франции и призвала власти объявить чрезвычайное положение или ввести комендантский час. Лидер консервативных республиканцев Эрик Сьотти заявил: «Я поддерживаю полицию всеми своими силами, жандармов и тех, кто ими командует».
Оба осудили Жан-Люка Меланшона, лидера псевдо-левого альянса NUPES. Чиотти назвал его «опасностью для республики», потому что Меланшон охарактеризовал полицию как «неконтролируемую», что является огромным преуменьшением после нескольких месяцев жестоких репрессий против мирных протестов и попытки скрыть жестокое убийство 17-летнего мальчика.
Меланшон вовсе не представляет опасность для капиталистической Пятой республики, которую он поддерживал во время предвыборного кризиса 2022 года. То же самое касается и борьбы против пенсионной реформы Макрона. Меланшон представляет то крыло буржуазии, которое опасается социальной реакции, которую может спровоцировать наглая преступность полиции и ее политических спонсоров. Подобные «левые» органически враждебны социальным устремлениям рабочего класса.
Реакция Меланшона на кризис выразилась не в призыве к свержению правительства Макрона и его полицейского государства, а в подготовке беззубой «декларации о чрезвычайном положении», основными требованиями которой являются улучшение подготовки полиции и формирование ряда независимых надзорных комиссий. Абсурдная идея о том, что ультраправых полицейских, которые объявляют себя «воюющими» с «паразитами», можно «реформировать», является еще одним примером политического банкротства французских псевдо-левых.
После протестов в связи с убийством Джорджа Флойда Демократическая партия США объявила о симпатиях к протестующим против полицейского насилия, но только для того, чтобы после прихода Байдена к власти значительно увеличить финансирование и милитаризацию полиции. Этот опыт должен стать предупреждением для французского населения: ни Меланшон, ни любой другой буржуазный политик не начнет борьбу против полиции или капиталистической системы, которую полиция защищает.
Партия Социалистического Равенства призывает к созданию низовых комитетов, независимых от псевдо-левых партий и профсоюзной бюрократии, поддерживающих Макрона. Только массовая мобилизация французского и европейского рабочего класса может защитить рабочих и молодежь от полицейского насилия и свергнуть ненавистное правительство Макрона.