Федеральная резервная система снизила базовую процентную ставку на 0,5 процента (50 базисных пунктов) и дала понять, что до конца года предвидится дальнейшее снижение ставок. В конце августа председатель Совета управляющих ФРС Джером Пауэлл дал понять, что снижение ставок начнется на следующем заседании. В преддверии совещания в деловой прессе обсуждался вопрос о том, составит ли снижение 50 базисных пунктов или только 25.

В связи с тем, что рыночные ожидания за последние несколько дней резко сдвинулись в сторону более резкого снижения, Пауэлл настоял на более значительном снижении ставки. Решение не было единогласным. Один из членов Совета ФРС Мишель Боуман проголосовала за 25 базисных пунктов, что стало первым подобным протестом против снижения ставки с 2005 года.

Этот шаг Совета был значителен, учитывая, что в июле Пауэлл заявил, что ФРС даже не рассматривает возможность снижения ставки на 50 базисных пунктов.

Однако, согласно Сводке экономических прогнозов (Summary of Economic Projections), так называемой «точечной графе», — в этой графе члены руководящего органа ФРС указывают, куда, по их мнению, пойдет процентная ставка, — до конца года базовая ставка будет понижена еще больше. Отвечая на вопрос репортера Пауэлл сказал, что все 19 членов управляющего Совета заявили о «нескольких сокращениях» в этом году.

В своем вступительном слове Пауэлл сослался на состояние рынка труда в качестве оправдания для начала цикла снижения ставок.

Он отметил, что «рынок труда остыл после своего прежнего перегретого состояния». Прирост рабочих мест за последние три месяца составил в среднем 116 000 человек в месяц, рост номинальной заработной платы за прошедший год замедлился, а разрыв между числом рабочих и числом рабочих мест сократился.

«В целом, широкий набор показателей свидетельствует о том, что условия на рынке труда сейчас менее напряженные, чем непосредственно перед пандемией в 2019 году. Рынок труда перестал быть источником повышенного инфляционного давления», — сказал он.

Пауэлл охарактеризовал это решение как «перекалибровку», — он использовал это слово девять раз подряд.

«Поскольку инфляция снизилась, а рынок труда остыл, риск повышенной инфляции уменьшился, а риск снижения занятости возрос. Сейчас мы считаем, что для достижения обеих целей нашего двойного мандата оба риска: в области занятости и инфляции — примерно сбалансированы».

Двойная задача ФРС — добиться стабильности цен и максимальной занятости.

Большинство комментаторов в СМИ, основываясь на замечаниях Пауэлла, интерпретировали это решение как результат обеспокоенности ФРС тем, что продолжение повышенных процентных ставок может привести к росту безработицы и рецессии.

Согласно Wall Street Journal, ФРС «в настоящее время пытается предотвратить дальнейшее ослабление рынка труда в США в результате повышения ставок, которое в прошлом году привело к тому, что стоимость заимствований достигла высшей точки за двадцать лет».

Газета New York Times пишет, что чиновники ФРС «стремились замедлить экономический рост настолько, чтобы обеспечить нормализацию роста цен, но не снижать его настолько, чтобы уровень безработицы резко вырос, а экономика скатилась в рецессию».

Несомненно, в таких оценках есть доля правды. Но это ни в коем случае не главная причина такого решения.

Решение ФРС гораздо больше связано с проблемой борьбы рабочего класса за заработную плату, чем с перспективой серьезного экономического спада.

Если бы ФРС считала, что повышение процентных ставок, ведущее к рецессии, необходимо для подавления забастовок и требований повысить заработную плату, то ставки были бы повышены.

Пауэлл уже давно дал это понять. Он в прошлом весьма благосклонно отзывался о председателе ФРС Поле Волкере, который в 1980-х годах, чтобы подавить требования о заработной плате, повысил процентные ставки до 20%, тем самым вызвав глубокую рецессию и самый высокий уровень безработицы с 1930-х годов.

Однако на данный момент ФРС считает, что может уступить требованиям Уолл-стрит о более дешевых деньгах. Центробанк считает, что проблемы с заработной платой, хотя они все еще немного превышают то, что он считает необходимым, тем не менее находятся под контролем.

Хотя это никогда не упоминается в официальных заявлениях, ФРС хорошо известно, что профсоюзная бюрократия выполняет поставленную перед ней задачу по подавлению классовой борьбы и навязыванию субинфляционных контрактов. Бюрократы делают это в условиях, когда домохозяйства рабочего класса страдают от роста цен на товары первой необходимости, значительно превышающего официальные показатели инфляции.

Как и ожидалось, администрация Байдена приветствовала решение ФРС. В своем посте в Twitter/X Байден написал: «Мы только что достигли важного момента: инфляция и процентные ставки снижаются, в то время как экономика остается сильной. Критики говорили, что такого не может быть, но наша политика направлена на снижение издержек и создание рабочих мест».

На самом деле рост цен продолжает давить на уровень жизни рабочего класса, уровень безработицы растет — с 3,7 процента в начале года до 4,2 процента с ожиданием дальнейшего повышения, — а число увольнений увеличивается.

Как и ожидалось, Трамп осудил это решение. «Если сократить его настолько, предполагая, что они не просто играют в политику, экономика была бы очень плохой, но они действительно играют в политику», — сказал он журналистам.

Аналогичные замечания обеих партий несомненно прозвучат в ближайшие дни. ФРС, однако, напрямую не связана ни с одной из двух партий. Она подчиняется высшему руководству — финансовой олигархии Уолл-стрит.

Как отмечается в статье Bloomberg, «Джером Пауэлл добился именно того, на что давно надеялись трейдеры с Уолл-стрит: значительного снижения процентной ставки, которое оправдало бы резкое повышение цен на акции и облигации в этом году, поскольку эпоха жесткой денежно-кредитной политики, наконец, пошла на спад».

Но реакция рынка была несколько нервозной. Хотя снижение ставки приветствовали, оно уже было учтено в цене акций, а будущие перспективы по-прежнему остаются неясными.

Сообщалось, что трейдеры обеспокоены комментариями Пауэлла о том, что не следует ожидать, что ФРС продолжит подобные сокращения на 50 базисных пунктов в будущем, и что «нейтральная ставка» — не стимулирующая экономику и не тормозящая ее, — вероятно, будет выше, чем она была до пандемии. Другими словами, возврата к практически бесплатным деньгам прошлого, к которым пристрастились на Уолл-стрит, не будет.

Первоначальной реакцией Уолл-стрит был рост, но к концу дня все основные активы, от акций, казначейских облигаций, корпоративных облигаций до сырьевых товаров, немного подешевели.

Джеффри Розенберг, портфельный менеджер хедж-фонда BlackRock, приветствовал снижение процентной ставки, но все же сказал Bloomberg, что результат «немного разочаровал по сравнению с ожиданиями по облигациям».

Также были высказаны опасения по поводу того, что снижение процентной ставки может повлиять на направление развития экономики.

Джек Мэнли, стратег по глобальным рынкам в JP Morgan Asset Management, сказал Financial Times, что картина «очень мутная», а макроэкономические данные «далеко не такие четкие, как нам хотелось бы».

Рынок труда, по его словам, «начал падать», и «для меня это плохой признак».