«Наступила ли эпоха мегаувольнений?» Озаглавив так свою статью в среду, газета Wall Street Journal (WSJ) объявила массовую безработицу в беспрецедентных в новейшей истории масштабах сознательной политикой правящего класса.
«Вместо того чтобы увольнять людей более постепенными — и менее разрушительными — волнами, работодатели используют потенциальные финансовые выгоды от единовременного сокращения больших частей своей рабочей силы, — отмечает издание. — Это отход от того, что было еще недавно, когда массовые увольнения воспринимались как признак проблем или плохого управления и того, что компании необходимо принять решительные меры для исправления своих показателей. Теперь такая компания с большей вероятностью получит значительный скачок стоимости акций и похвалу от инвесторов за смелые действия».
Издание приводит примеры немедленного скачка стоимости акций после недавних массовых увольнений в технологических компаниях Block и Snap. После того как Block объявила о планах уволить 40 процентов своего персонала, заинтересованные руководители других компаний, по словам одного из топ-менеджеров, «повылезали из всех щелей». Их цель, согласно статье, состояла в том, чтобы спросить «инструкцию о том, как они могут повторить такие масштабные сокращения в своих собственных компаниях».
Block изображает увольнения, вызванные в первую очередь искусственным интеллектом, как «неизбежность», которую лучше осуществить раньше, чем позже. Но это лишь предлог. По словам одного из аналитиков, опрошенных WSJ, это «также дает прикрытие, что более важно, для проведения оптимизации размеров, которую компании, вероятно, нужно было провести уже давно».
Тот факт, что одним из главных мотиваторов массовых увольнений является немедленное увеличение стоимости акций, является признаком крайней близорукости и безрассудства, которые доминируют в корпоративной стратегии. Но реакция Уолл-стрит отражает более фундаментальное решение, принятое финансовым капиталом: целые сектора менее производительного капитала должны быть ликвидированы вместе с занятыми на них работниками.
Это выражается в растущей серии массовых увольнений. В прошлом году в США было 1,2 миллиона увольнений, согласно данным фирмы Challenger, Gray & Christmas, — самый высокий показатель со времен первого года пандемии COVID. Только в этом месяце были объявлены увольнения в Snap (1000 рабочих мест), Disney (1000), Morgan Stanley (2500) и Citigroup (1000). По 30 тысяч увольнений осуществляются в Amazon и Oracle.
И это не ограничивается «белыми воротничками». Логистический гигант UPS сокращает больше рабочих мест, чем любой другой работодатель в стране. Тысячи увольнений происходят в автомобильной промышленности, включая закрытие в GM того, что ранее представлялось как ее новый флагманский завод по производству электромобилей. В Почтовой службе США в результате искусственно созданного финансового кризиса руководство прекратило выплаты в пенсионный фонд и готовит масштабные сокращения. Почти каждый крупный школьный округ и транспортное управление в Америке рассматривают возможность увольнений для покрытия серьезных дефицитов бюджета.
Это не только американский феномен. Lufthansa закрывает свой дочерний авиаперевозчик CityLine. В результате расширяющейся войны против Ирана у Европы, по данным Международного энергетического агентства, «осталось, возможно, шесть недель запасов авиационного топлива». BBC сокращает 10 процентов своего персонала, около 2000 рабочих мест. Canada Post планирует урезать 30 тысяч рабочих мест, более половины своего персонала, одновременно прекратив доставку «от двери до двери».
Существует объективная логика, управляющая всем этим. Государственный долг США достиг 39 триллионов долларов, процентные выплаты по которому равны всему военному бюджету. Корпоративный долг нефинансовых компаний США достиг 14,1 триллиона долларов, согласно январскому отчету ФРС. Ожидается, что крупнейшие «гиперскейлеры» — Amazon, Alphabet, Meta Platforms, Microsoft Corporation и Oracle Corporation — нарастят до 175 миллиардов долларов нового долга в 2026 году для финансирования развертывания инфраструктуры систем искусственного интеллекта.
Тем временем военные расходы США стремительно растут. Белый дом потребовал 200 миллиардов долларов на войну с Ираном и еще 500 миллиардов долларов в бюджете на следующий год, что доведет общую сумму до 1,5 триллиона долларов.
Стоимость попыток поддерживать такие уровни долга и избегать экономического краха, одновременно финансируя колоссальные общественные издержки от существования самой корпоративной олигархии, при капитализме может быть извлечена только из рабочего класса.
Это означает, с одной стороны, массовую безработицу, снижение заработной платы, удлинение рабочего дня и огромное увеличение извлечения прибавочной стоимости с помощью новых технологий. С другой стороны, это означает захват природных ресурсов, рынков и цепочек поставок у национальных конкурентов. Это наиболее ярко проявляется в войне Трампа против Ирана, которая представляет собой борьбу за контроль над нефтяными маршрутами, морскими путями, стратегическими полезными ископаемыми и промышленными цепочками поставок.
Эту политику невозможно навязать демократически. Именно это объясняет возвышение Трампа и значительную поддержку, которую он получает от таких олигархов, как Джефф Безос и Илон Маск. Трамп, чье политическое мировоззрение пропитано фашизмом и который открыто угрожает геноцидом объектам своей агрессии, является необходимым политическим выражением капитализма в тот момент, где он может продолжать свое существование только путем войны против общества.
Что касается демократов, то их единственная забота заключается в том, чтобы Трамп проводил эту политику несколько более последовательным и скоординированным образом.
Тем временем профсоюзная бюрократия работает изо всех сил над тем, чтобы навязать рабочим предательские контракты. Только за последнюю неделю запланированные забастовки 80 тысяч работников школ Лос-Анджелеса и 34 тысяч швейцаров в Нью-Йорке были отменены благодаря предательским соглашениям. Гильдия сценаристов добивается согласия на огромное повышение стоимости медицинского обслуживания и урезания заработной платы в реальном выражении, в то время как Голливуд ликвидирует тысячи рабочих мест.
Подобно тому, как политика Трампа не является просто продуктом его личного невежества или коррупции, предательства бюрократии являются необходимым выражением одобрения ею капиталистических производственных отношений и американского национализма. Она подавляет классовую борьбу, потому что любая подлинная защита рабочих мест быстро поставила бы вопрос о том, какому классу принадлежит власть.
Корпоративная элита мечтает создавать прибыль из прибыли, полностью исключая человеческий труд из уравнения, как с помощью финансовых пузырей, так и с помощью искусственного интеллекта. Но она не может освободиться от зависимости от рабочего класса, который является источником всякой стоимости.
Более того, эти условия порождают глубокие политические изменения. Миллионы людей приходят к выводу, что это не просто вопрос «жадности» или плохих руководителей. Виновна сама капиталистическая система.
Обещание «неограниченных возможностей» в современной Америке звучит как издевательская насмешка для молодых людей, которые не могут нормально строить свою жизнь. Впервые в истории разрыв в уровне безработицы полностью закрылся между обладателями двухгодичных профессиональных дипломов и обладателями степеней бакалавра.
Это радикализует целое поколение и расширяет потенциальную базу для социалистической политики.
Парадокс кризиса заключается в том, что он возник из-за исключительно высокого уровня экономического развития. Уровень богатства общества настолько велик, а экономическая и культурная интеграция планеты настолько продвинута в результате налаживания высокотехнологичных глобальных цепочек поставок, что они больше не совместимы с узкими рамками частной собственности и системы национальных государств.
Рабочие должны взять под контроль те самые технологии, которые сейчас используются как оружие против них, и превратить их в строительные леса новой формы общества, основанной не на эксплуатации, а на свободном сотрудничестве производителей.
Огромный рост производительности, ставший возможным благодаря искусственному интеллекту и автоматизации, должен быть использован для финансирования резкого сокращения продолжительности рабочего дня без потери заработной платы, наряду с высококачественным образованием, здравоохранением и другими общественными программами, а не для финансирования вышедшего из-под контроля неравенства.
Сам искусственный интеллект, поставленный на службу рабочему правительству, мог бы стать ключевым инструментом планирования и организации, открывая новые возможности для прямого, демократического управления обществом самими массами.
Правящий класс делает революционную борьбу неизбежной. Ключевая задача состоит в том, чтобы вооружить ее социалистической программой: необходимостью вырвать производительные силы их рук финансовой олигархии и реорганизовать их для удовлетворения человеческих потребностей, а не интересов частной прибыли.