8 мая 2026 года, в 81-ю годовщину освобождения Германии от нацистов, около 45 000 школьников вышли на улицы страны в более чем 150 городах. По данным организаторов, только в Берлине их было 10 000. Это была третья общенациональная школьная забастовка против призыва и войны. Первые две, состоявшиеся 5 декабря 2025 года и 5 марта 2026 года, собрали примерно по 50 000 школьников каждая.
Интернационал молодежи и студентов за социальное равенство (ИМССР — IYSSE), молодежная и студенческая организация Партии Социалистического Равенства (ПСР) и Международного Комитета Четвертого Интернационала, провел политическую акцию в ходе протестов 8 мая, распространяя заявление «Никакого пушечного мяса для военных планов немецкого правящего класса!»
Протесты подчеркивают огромное сопротивление целого поколения призыву, наращиванию вооружений и войне. Это сопротивление простирается далеко за пределы уличных протестов. Оно отражается в растущем числе отказников от военной службы по соображениям совести и в молчаливом сопротивлении сотен тысяч молодых людей и их семей. Правящий класс реагирует на это усилением ремилитаризации Германии, возвращением призыва и перевооружением для мировой войны.
С 15 января 2026 года Бундесвер рассылает предварительные анкеты всем достигшим 18-летнего возраста юношам. Для военных планировщиков германского империализма результат поучителен: 28 процентов просто проигнорировали это письмо. Министерство обороны реагирует так, как буржуазное государство всегда реагирует, когда его усилия не находят отклика, — угрожая штрафами. В частности, молодые люди, которые не отвечают на письма, должны будут заплатить штраф в размере 250 евро.
Еще более показательным является рост числа официальных заявлений об отказе от военной службы по соображениям совести. За весь 2024 год такие заявления подали 2 998 человек. В 2025 году их число уже выросло до 3 867. В 2026 году только в первом квартале их было подано 2 656. Если эта тенденция сохранится, то в 2026 году будет достигнут самый высокий уровень отказов по соображениям совести с момента приостановления призыва в 2011 году. И это в то время, когда призыв даже не был еще официально восстановлен. Люди действуют превентивно, чтобы избежать военной службы.
Посыл, заключенный в этих цифрах, ясен: оппозиция войне и милитаризации — это не маргинальное явление. Она носит массовый характер, она растет и находит выражение как в открытых протестах на улицах, так и в индивидуальных актах сопротивления.
Но правящий класс не меняет свою политику ни на йоту. Напротив, он форсирует военный курс, демонстрируя тем самым, что рассматривает молодежь просто как расходный материал и, в конечном счете, как пушечное мясо в достижении своих геостратегических интересов.
В конце апреля 2026 года впервые в истории Бундесвера министр обороны Борис Писториус и генеральный инспектор Бундесвера Карстен Бройер представили всеобъемлющую военную стратегию. Как писал МСВС, даже то, что попало в открытый доступ, не оставляет сомнений: «Германия систематически готовится к большой войне — прежде всего против России». Стратегический документ — это не оборонная концепция, это империалистическая военная программа.
В центре стратегии стоит заявленная цель расширить Бундесвер до сильнейшей конвенциональной армии в Европе и сделать Германию ведущей военной державой в ЕС и НАТО. В конкретном выражении это означает увеличение численности войск по крайней мере до 460 000 солдат, 260 000 активных и 200 000 резервистов, создание полностью оснащенных дивизий для войны в Восточной Европе, размещение на постоянной основе немецкой боевой бригады на границе с Россией в Литве, а также масштабные инвестиции в тяжелое вооружение, беспилотники, кибер- и космические возможности.
На Ганноверской ярмарке Писториус потребовал, чтобы вся немецкая промышленность переориентировалась на требования «тотальной обороны», — формулировка, недвусмысленно означающая переход к военной экономике.
Напряженность между Европой и США при администрации Трампа еще больше ускорила этот процесс. Европейские империалисты, прежде всего Германия, используют конфликты внутри НАТО для расширения своей военной независимости и отстаивания своих собственных глобальных притязаний на власть. Перевооружение направлено не только против России, оно является выражением стремления германского империализма к независимой роли мировой державы — в третий раз в своей истории.
Писториус хвастается, что Германия «учится на опыте украинцев на поле боя для нашего Бундесвера». В этой войне уже уничтожены сотни тысяч жизней. Именно такой «опыт» планируют для Бундесвера министерство обороны и военное руководство, — и для поколения молодых людей, которые отказываются быть пушечным мясом.
Тот, кто отказывается, подвергается нападкам и клевете. Правящий класс и его СМИ реагируют на растущую оппозицию не только угрозами штрафов, но и идеологической агитацией. В дни, предшествовавшие 8 мая, государственные вещательные компании BR и WDR представили репортажи, изображающие школьную забастовку как инфильтрированную и контролируемую «левыми экстремистами». Секретная служба (Verfassungsschutz) была призвана в качестве главного свидетеля, а организаторы были заклеймены как «враги конституции».
Что стоит за этой кампанией, нетрудно увидеть: изображение школьников, не желающих идти на войну, в качестве угрозы государству преследует цель запугать и делегитимизировать оппозицию, прежде чем она вырастет до ещё больших масштабов. Молодые люди, которые выходят на улицы против призыва и войны — спонтанное, массовое выражение сопротивления поколения, которое отказывается умирать за интересы германского империализма, — должны быть криминализированы.
На этом фоне вопрос о политической стратегии движения школьных забастовок должен быть поставлен открыто и без обиняков. Тот факт, что число участников, несмотря на растущую оппозицию, не увеличивается, а сокращается, является неизбежным результатом концепций, которые ведут движение с огромным потенциалом в тупик.
Основной политической силой, стоящей за организацией школьных забастовок, является SDAJ, сталинистская молодежная организация Германской коммунистической партии (DKP), которая пытается политически разоружить движение. На общенациональной конференции против призыва 14 февраля 2026 года Интернационал молодежи и студентов за социальное равенство внес предложение расширить совместную декларацию конкретными требованиями: прекратить геноцид в Газе, никаких поставок оружия на Украину, никакой войны против Ирана, социализм вместо войны. Ответ SDAJ заключался в том, что нельзя занимать конкретные позиции по текущим войнам, — а социализм «не подходит для масс».
Это не разногласие по тактическим вопросам. Это выражение политического банкротства, которое напрямую проистекает из сталинистской традиции: подчинение классовой борьбы якобы более широким буржуазным альянсам, отказ от социализма как перспективы и ограничение движения тем, что правящий класс готов терпеть. Тот, кто отделяет борьбу против призыва от войн, ради которых он вводится, не проводит политику левого единства. Он защищает провоенную политику правящего класса от критики.
Результат очевиден. Движение, которое не дает ответа на геноцид в Газе, не дает ответа на войну против Ирана, не дает ответа на провокации НАТО против России — и которое вычеркивает слово «социализм» из своих требований, чтобы не пугать правящий класс, — такое движение ничего не сможет добиться. Оно апеллирует к правительству, которое хочет вернуть военный призыв. Оно взывает к парламенту, в котором все партии поддерживают курс на наращивание вооружений: христианские демократы, социал-демократы, «Зелёные», либеральные демократы, ультраправая «Альтернатива для Германии» (АдГ), а также Левая партия, которая одобрила пакет перевооружения на триллион евро в Бундесрате. Такие призывы не только неэффективны, они направляют взрывной протест поколения назад в русло тех институтов, из которых исходит война.
В своем заявлении ИМССР ясно сформулировал, что поставлено на карту и каковы приоритетные задачи. Мы снова процитируем один из ключевых разделов:
Борьба против призыва должна быть борьбой против войны. А борьба против войны должна быть борьбой против капитализма, потому что война — это не просто ошибочное решение какого-то правительства или президента. Война — это продукт системы, в которой национальная конкуренция, принуждение ко все большей прибыли и охота за ресурсами и рынками неизбежно толкают правителей к военному противостоянию. Пока существует капитализм, будет война, и если ее не остановить, она приведет к мировой войне. Таков урок XX века и нынешней военной эскалации.
Наши союзники заседают не в Бундестаге. Они работают на фабриках, в больницах, школах и портах, — в Германии, России, США, Иране и по всему миру. Международный рабочий класс — это единственная социальная сила, которая может действительно остановить военную машину. Для этого ему нужны независимые формы организации: инициативные комитеты в школах, университетах и на рабочих местах, которые действуют вне и против партий истеблишмента и профсоюзной бюрократии и объединяются на международном уровне.
Необходимо движение, полностью независимое от всех капиталистических партий, которое называет причины войны по имени и основывается на программе международного социализма. Мы боремся не за реформу этого общества. Мы боремся за его социалистическое преобразование — единственный способ навсегда преодолеть войну, милитаризм и призыв.