Это первая статья в серии, состоящей из пяти частей.

После того как национальный председатель Марксистской коммунистической партии–Кения (МКП-К) Мвайву Калука обрушился с тирадой против Международного Комитета Четвертого Интернационала (МКЧИ) под заголовком «Троцкистский товар: контрреволюционный экспорт, непригодный для кенийского рынка!!!», его партия опубликовала политическую программу «Строительство партии авангарда в Кении».

Эти два документа проясняют центральную ось политики МКП-К: защита контрреволюционной маоистско-сталинистской стратегии национально-демократической революции (НДР). Многократно ссылаясь на Сталина и Мао, МКП-К настаивает на том, что такие страны, как Кения, остаются «полуфеодальными», и поэтому капитализму еще предстоит сыграть исторически прогрессивную роль в пределах раздробленных колониальных границ Африки и на мировой арене. Социалистическая революция откладывается на далекое будущее.

Калука заявляет, что в Кении рабочий класс слишком мал и слишком слаб, чтобы самостоятельно взять власть; поэтому он должен подчинить свою политику крестьянству, мелкой буржуазии и якобы «колеблющейся» национальной буржуазии. Целью этого блока является построение капиталистического «народно-демократического государства», которое будет развивать «национальный капитал», — якобы в интересах масс. Главной задачей рабочего класса, как утверждается в документах МКП-К, является создание условий для национального развития капитализма.

С этой перспективой связана пропаганда МКП-К, рекламирующая капиталистический Китай и распространяющая мошенническое утверждение о том, что создается новый «многополярный» мировой порядок. Китай является для партии образцом суверенного «народно-демократического государства». На деле это капиталистический режим, в котором миллиардеры процветают и множатся, в то время как жестокой эксплуатацией труда руководит бюрократический полицейско-государственный аппарат, прикрывающийся красным флагом «социализма с китайской спецификой».

МКП-К изображает Пекин как противовес американскому и европейскому империализму и намекает на то, что Кения могла бы обрести суверенитет, полагаясь в экономическом плане на Китай. Империализм, настаивают они, мирно примет установление «многополярного» мира и будет стоять в стороне, наблюдая за эрозией своего господства над африканскими полезными ископаемыми, рабочей силой, портами, инфраструктурой и рынками.

Вот почему МКП-К яростно осуждает троцкизм, представленный МКЧИ. Это единственная политическая тенденция, которая отвергает все национал-капиталистические пути к освобождению. Троцкизм настаивает на том, что в империалистическую эпоху, в которой угнетенные страны подчинены господствующим мировым державам и огромным транснациональным корпорациям, не существует возможности для независимого демократического развития кенийского капитализма. В современную эпоху национальная буржуазия экономически подчинена империализму и находится в политическом союзе с ним в борьбе за подавление любой угрозы господству и привилегиям буржуазии со стороны рабочего класса.

В мировом масштабе капитализм давно перестал играть сколь-либо прогрессивную роль, ввергнув человечество в две мировые войны, бесчисленные колониальные бойни, геноциды и региональные войны. Сегодня империалистические державы стремительно толкают мир к Третьей мировой войне.

США и европейские державы в союзе со своим цепным псом Израилем ведут войны на Ближнем Востоке против Ирана, Ливана, Йемена и Палестины, в то время как в Восточной Европе империалисты ведут войну против России на Украине. Готовится еще более масштабное противостояние с Китаем, который рассматривается Соединенными Штатами как смертельная угроза их глобальной гегемонии. У себя дома правящие классы повсеместно вводят режим жесткой экономии, сокращают социальные расходы, милитаризуют общество, расширяют полномочия репрессивного аппарата и поворачивают в сторону диктатуры.

Однако этот же самый кризис провоцирует растущую вспышку классовой борьбы по всему миру: от забастовок и массовых протестов в империалистических центрах до восстаний молодежи и рабочих по всей Африке, включая протесты кенийского «поколения Z» в 2024 году, которые вывели миллионы людей на улицы против программы экономии, проводимой президентом Руто под диктатом МВФ.

В этой борьбе африканскому рабочему классу суждено сыграть решающую роль в союзе с рабочими всего мира. Он является одним из самых молодых, самых быстро урбанизирующихся слоев международного рабочего класса, расположенным на континенте, чья рабочая сила, полезные ископаемые и стратегические ресурсы имеют важнейшее значение для мировой экономики и военных машин империалистических государств. То, что требуется, — это революционное руководство, борющееся за социалистическую и интернациональную программу. Это та перспектива, которую отстаивает МКЧИ, и именно этой перспективе противостоит МКП-К.

Контрреволюционная стратегия национально-демократической революции МКП-К для Кении

В документе «Строительство партии авангарда в Кении» МКП-К излагает старую сталинистскую теорию двух этапов, настаивая на том, что Кения должна пройти через две «диалектически связанных стадии». Первая, пишет она, «это национально-демократическая революция (НДР); чтобы свергнуть неоколониализм, феодализм, помещичье землевладение и бюрократический капитализм». За этим следует вторая, социалистическая стадия, в неопределенном, но явно отдаленном будущем.

Эта перспектива диктует ложное определение Кении и других бывших колониальных стран как «полуфеодальных». Каждый аргумент направлен против борьбы за социализм.

Это резюмируется в выпаде Калуки против МСВС. «В Западной Европе капитализм возвестил новое общество, которое победило феодализм», — утверждает он. Однако в колониях и полуколониях «империализм поддерживал полуфеодальные отношения, и большинство людей оставались вовлеченными в мелкотоварное производство в сельском хозяйстве, а ремесло не было преобразовано в современную промышленность. Национальная буржуазия, которая могла возникнуть здесь и в эту эпоху, была бесхребетной и слабой, а господство финансового капитала препятствовало развитию национального капитала и внутреннего рынка» [1].

Утверждение, согласно которому Кения является «полуфеодальной» страной, основывается прежде всего на историческом вымысле. Феодализм никогда не существовал как господствующий социальный порядок на территории современной Кении. В отличие от королевства Буганда в Уганде или других регионов Африки, где возникли отношения феодального типа, Кения не прошла через классическую феодальную формацию. Единственным частичным исключением была прибрежная полоса, где города-государства суахили, такие как Геде, Момбаса, Малинди и Ламу, развились в мусульманские городские поселения, интегрированные в механизм торговли в Индийском океане до британского колониального завоевания. Но даже там социальные отношения были быстро втянуты в ранние контуры капиталистической мировой торговли и накопления через экспорт слоновой кости, специй и рабов. Эти прибрежные формации не созрели до феодального строя, а были подчинены ранним стадиям торгового (commercial) капитализма.

На большей части Кении, как и во многих частях Африки, доколониальные общества были организованы посредством общинных форм землепользования и не-наемной (non-wage) формы труда. Они были насильственно втянуты в капиталистическую мировую экономику империализмом и колониальными завоеваниями путем захвата земель, налогообложения, принудительного труда, производства товарных культур, систем труда мигрантов, рынков и репрессий со стороны колониальных метрополий.

Феодальная схема МКП-К была давным-давно опровергнута законом неравномерного и комбинированного развития, сформулированного Троцкого. В первой главе Истории русской революции (1930) Троцкий объяснял, что отсталые страны не повторяют механически путь развития передовых капиталистических держав:

Вынужденная тянуться за передовыми странами отсталая страна не соблюдает очередей: привилегия исторической запоздалости -- а такая привилегия существует -- позволяет или, вернее, вынуждает усваивать готовое раньше положенных сроков, перепрыгивая через ряд промежуточных этапов... Развитие исторически запоздалой нации ведет, по необходимости, к своеобразному сочетанию разных стадий исторического процесса. Орбита в целом получает непланомерный, сложный комбинированный характер.

Затем Троцкий формулирует общий закон, который опрокидывает всю схему МКП-К:

Неравномерность, наиболее общий закон исторического процесса, резче и сложнее всего обнаруживается на судьбе запоздалых стран. Под кнутом внешней необходимости отсталость вынуждена совершать скачки. Из универсального закона неравномерности вытекает другой закон, который, за неимением более подходящего имени, можно назвать законом комбинированного развития, в смысле сближения разных этапов пути, сочетания отдельных стадий, амальгамы архаических форм с наиболее современными [2].

Кения является примером действия этого закона. Стоит лишь взглянуть на крупные городские центры Найроби, Момбасу, Кисуму, Накуру или Элдорет.

Над горизонтом Найроби доминируют здания банков, страховых фирм, корпораций недвижимости, глобальных логистических компаний, телекоммуникационных гигантов, отелей, торговых центров, строительных фирм и региональных штаб-квартир транснациональных корпораций. В Найроби находятся африканские штаб-квартиры или региональные офисы таких глобальных банков, как Citibank, Standard Chartered и JPMorgan Chase, наряду с транснациональными корпорациями, включая Google, Microsoft, General Electric, Maersk и Coca-Cola. Рядом с ними расположены тысячи киосков, стоянок мототакси, ларьков с едой, продавцов подержанной одежды, механиков, домашних работников, охранников и разнорабочих.

Разнорабочий на стройке может уйти с объекта в районе Вестлендс Найроби, где он провел день, строя высотные здания, в которых двухкомнатные квартиры продаются за более чем 100 000 долларов США, получив за день всего 3,90 доллара США. Затем он может купить яйца и чапати (хлеб из пшеничной муки, наподобие тонкого лаваша) у уличного торговца, используя мобильное приложение M-Pesa на смартфоне, отправить несколько шиллингов родственникам в сельскую местность и вернуться спать в неформальное поселение, где арендная плата собирается арендодателем, связанным с тем же самым городским рынком недвижимости. Это капитализм в его самой обнаженной, жестокой и неравной форме.

Кенийское сельское хозяйство является еще более резким опровержением «полуфеодальной» фантазии МКП-К. Сельская местность Кении находится не вне капитализма, а подчинена ему через рынок. Мелкие землевладельцы обеспечивают примерно 65 процентов товарной сельскохозяйственной продукции и более 70 процентов внутреннего производства продуктов питания. Мелкий фермер может обрабатывать несколько акров посевов кукурузы, бобов или картофеля, имея при этом огород рядом с домом для удовлетворения ежедневных потребностей семьи, покупая удобрения, семена, пестициды и корма для животных по рыночным ценам, часто в кредит, и продавая урожай через торговцев, кооперативы, переработчиков или брокеров.

Сельское хозяйство Кении остается в подавляющем большинстве зависимым от дождей для ирригации, при этом орошаемое земледелие составляет лишь около 2,4 процента обрабатываемой площади, но эта отсталость сосуществует с высокоразвитым капиталистическим сельским хозяйством. Вокруг Найваши, Тики, Наньюки и Ати-Ривер цветочные и овощные фермы работают с теплицами, орошением, холодильными цепями, складами для сортировки, авиационной логистикой и экспортными контрактами, связанными с мировыми рынками. Цветочная промышленность Кении вносит примерно от 1,25 до 1,6 процента в национальный ВВП, зарабатывает сотни миллионов долларов ежегодного экспортного дохода, в основном из Европейского союза, и напрямую занимает более 200 000 рабочих, при этом около 500 000 рабочих мест косвенно зависят от этого сектора.

Рабочие в этих секторах не связаны феодальными отношениями. Они являются наемными работниками, производящими прибавочную стоимость для агропромышленного капитала, интегрированного в глобальные цепочки поставок. Сосуществование теплиц, работающих на экспорт, и участков, зависящих от дождей, является свидетельством неравномерного и комбинированного капиталистического развития при империалистическом господстве.

Рост неформального сектора тоже не доказывает сохранение полуфеодальной экономики, как утверждает МКП-К. Это доказывает, скорее, пролетаризацию населения в условиях, когда капитализм не может обеспечить стабильную, надежную занятость. Прошлогодний экономический обзор показал, что в Кении в 2024 году было создано 782 300 новых рабочих мест, из которых 703 700 были в неформальном секторе.

Вот почему утверждение МКП-К о том, что в Кении «крошечный городской рабочий класс», является ложным до масштабов абсурда. Она отождествляет рабочий класс только с узким слоем формальных индустриальных рабочих, как будто капитализм существует только там, где есть крупные фабрики по образцу Манчестера XIX века.

Но рабочий класс Кении включает формальных и неформальных наемных работников, временных рабочих, транспортных рабочих, учителей, медсестер, строительных рабочих, докеров, логистических рабочих, домашних работников, охранников, рабочих на плантациях, работников сферы услуг, работников платформ, промышленных рабочих и миллионы полупролетаризированных людей, курсирующих между наемным трудом, мелкой торговлей и обработкой небольших участков земли. Рабочая сила Кении составляет около 24 миллионов человек, а ее городское население сейчас составляет почти треть страны.

Этот кенийский рабочий класс является частью общеафриканского процесса быстрой пролетаризации. В Африке самое молодое население в мире: около 70 процентов населения Африки к югу от Сахары моложе 30 лет, и ожидается, что к 2050 году более 600 миллионов человек войдут в ряды населения трудоспособного возраста. Африка также переживает одну из самых быстрых городских трансформаций в истории: городское население Африки к югу от Сахары выросло с 32 миллионов в 1960 году до 458 миллионов в 2020 году, и ожидается, что к 2050 году уровень урбанизации континента достигнет около 60 процентов.

Каждый год от 10 до 12 миллионов молодых африканцев выходят на рынок труда, в то время как создается только около 3 миллионов формальных рабочих мест. Это доказывает взрывной рост неустойчивого и неформального рабочего класса. Африка не томится в феодализме, а насильственно пролетаризируется при капитализме.

Ложный «полуфеодальный» тезис служит вполне ясной политической функции. МКП-К выдумывает отсталую социальную стадию, чтобы объявить борьбу за власть рабочих преждевременной, изобразить капиталистическое развитие как исторически прогрессивное и подчинить кенийский рабочий класс буржуазным и мелкобуржуазным силам, которые наживаются на его эксплуатации.

Продолжение следует

[1] Mwaivu Kaluka (2026), “Trotsky’s Stock-in-Trade: A Counter-Revolutionary Export Unfit for the Kenyan Market!!!,” Communist Party Marxist-Kenya. Available at: https://cpmk.org/87-recent-news/417-trotsky%E2%80%99s%20-stock-in-trade-a-counter-revolutionary-export-unfit-for-the-kenyan-market.

[2] Лев Троцкий, История русской революции, том 1, глава 1, «Особенности развития России», 1930. URL: https://www.marxists.org/russkij/trotsky/works/trotl007.html.