Президент Танзании Самия Сулуху Хассан и её правительство партии Чама Ча Мапиндузи (Партия Революции — ЧЧМ) опубликовали отчёт о массовых убийствах протестующих после выборов в Танзании в октябре 2025 года, что стало одним из самых кровавых эпизодов в постколониальной африканской истории.
Выборы 29 октября, на которых Хассан заявила о «победе» при абсурдном официальном результате в 97 процентов, будучи единственным кандидатом, были откровенным мошенничеством. Лидер главной партии оппозиции ЧАДЕМА Тунду Лиссу был задержан и обвинён в государственной измене перед выборами. Его прокорпоративной партии было запрещено участвовать в выборах.
Это вызвало взрыв народного гнева. Сотни тысяч, возможно, миллионы рабочих и молодёжи заполнили улицы в самых массовых протестах с момента обретения независимости, разрушив миф о Танзании как о стабильной «земле мира», который продвигали корпоративные СМИ и иностранные инвесторы. Режим ответил голым террором. Под прикрытием пятидневного отключения интернета силы безопасности устроили кровавую бойню, расстреливая протестующих по всей стране.
Целью правительственного отчёта является попытка обелить себя. Комиссию возглавлял бывший главный судья Мохамед Чанде Отман, который, как и все высокопоставленные судебные чиновники, был назначен режимом ЧЧМ, ответственным за резню.
В отчёте признаётся, что по меньшей мере 518 человек погибли от «неестественных причин», 197 — от огнестрельных ранений, и что жертвы были застрелены в своих домах, а также на улицах. При этом более почти 3 тысячи получили огнестрельные ранения. В числе убитых 21 ребёнок. Но отчет отвергает хорошо задокументированные сообщения о массовых захоронениях и массовых похищениях как неподтверждённые, даже признавая, что 245 человек всё ещё числятся пропавшими без вести, и что 39 семей сообщили, что видели тела родственников в моргах до того, как они позже исчезли.
Истинный масштаб преступления гораздо больше. Ноябрьский отчёт 40 африканских правозащитных организаций в Найроби давал оценку, согласно которой были убиты до 3000 протестующих.
Комиссия делает вывод, что силы безопасности проявляли сдержанность и применяли силу соразмерно. Несмотря на заявления о том, что они опросили 60 000 свидетелей, в отчёте не идентифицируется ни одно лицо или подразделение, ответственное за убийства. Установление такой цепи командования привело бы непосредственно к Хассан.
Не представив ни крупицы доказательств, отчёт приписывает насилие «обученным и скоординированным исполнителям». В нём утверждается, что «были люди, которые бродили в разных местах... подстрекали и вербовали других к участию в насилии во время и после выборов».
Это хорошо известная схема, используемая режимами по всему региону, включая режим Уильяма Руто в Кении после бойни участников акций против режима жёсткой экономии в 2024 и 2025 годах, а также Йовери Мусевени во время недавних выборов в Уганде.
Эти прислужники империализма, возглавляющие капиталистические режимы, выкроенные по колониальным границам, обычно ссылаются на таинственные внешние силы, чтобы оправдать свои репрессии, вместо того чтобы признать реальные движущие силы недовольства: резкий рост стоимости жизни, меры жёсткой экономии и полицейское насилие, толкающие рабочих и молодёжь на борьбу.
Выступая после получения отчёта, Хассан заявила, что события были «трагедией», которая «потрясла нашу нацию». Затем она перешла к открытой апологии репрессий. Она настаивала на том, что силы безопасности действовали, чтобы предотвратить погружение страны в «анархию», и утверждала, что «всё насилие было спланировано, скоординировано, профинансировано и осуществлено людьми, которые были обучены и обеспечены оборудованием для совершения преступлений». Целью протестов было «создание вакуума власти» и попытка сделать страну «неуправляемой».
Её настойчивое утверждение, что виновные «будут привлечены к ответственности», в сочетании с объявлением о создании нового следственного органа для преследования «мародёров», «преступников» и тех, кого режим обвиняет в разжигании беспорядков, ясно даёт понять, что власти намерены использовать отчёт для усиления репрессий.
Реакция главных буржуазных оппозиционных партий ограничилась призывами к Организации объединённых наций, Африканскому союзу и Сообществу развития Юга Африки взять на себя проведение «независимых» расследований. Это институты, которые представляют коллективные интересы империализма и африканских правящих классов и которые одобрили избирательный фарс Хассан.
Как ЧАДЕМА, так и другая оппозиционная партия ACT-Wazalendo выражают интересы недовольных слоёв буржуазии и верхушки среднего класса, оттесненных режимов ЧЧМ от доступа к привилегиям власти. Превыше всего они опасаются рабочего класса, который угрожает не только режиму ЧЧМ, но и всему общественному порядку, от которого зависят их собственные привилегии.
Во время октябрьских протестов и в последующий период их роль заключалась в том, чтобы направить народный гнев на оказание давления на ЧЧМ с целью заставить правительство занять более «законопослушную» позицию, компенсировать ущерб жертвам репрессий и апеллировать к управляемому империалистами «международному сообществу» с призывом к вмешательству. Таким путем они стремились систематически сдерживать массовое движение рабочих и молодёжи в безопасных рамках буржуазной политики.
Публикация отчёта была встречена оглушительным молчанием со стороны Вашингтона и Брюсселя, единственной заботой которых является контроль над Танзаней в глобальной борьбе за ресурсы. Страна обладает огромными месторождениями никеля, графита, редкоземельных элементов и других критически важных минералов, необходимых для аккумуляторов электромобилей, передовой электроники и военных технологий. Поддерживаемые США начинания, включая крупные проекты по добыче никеля и сжиженного природного газа, активно развиваются, в то время как Европейский союз активизировал сотрудничество в рамках своей «Стратегии критически важного сырья» для обеспечения альтернативных цепочек поставок.
Эти инвестиции имеют важное значение для экономических и военных интересов империалистических держав. Сохранение доступа к этим ресурсам и противодействие расширяющемуся влиянию Китая, который стал крупнейшим торговым партнёром Танзании и крупным инвестором в инфраструктуру и горнодобывающую промышленность страны, является их главной целью.
Государственный департамент США и Европейский парламент изначально выражали «обеспокоенность» во время бойни, сопровождая это призывами к сдержанности. Их ссылки на «демократию» и «права человека» впоследствии служили рычагом давления на отношения ЧЧМ с Китаем и для получения дальнейших экономических уступок. Однако внешнеполитические круги империалистов понимают, что любая критика должна быть резко ограничена, чтобы избежать риска толкнуть Танзанию глубже в объятия Пекина.
Для танзанийских масс главными проблемами остаются безработица, нищета и репрессии. Октябрьские протесты отразили глубокий социальный кризис. Существенный урок заключается в том, что борьба за демократические права неотделима от борьбы против капитализма и империализма и не может быть доверена государству, буржуазной оппозиции или империализму, который сейчас ведёт войну против Ирана.
Требуется единая независимая политическая мобилизация рабочих, молодёжи и сельских масс в борьбе, которая должна выйти за пределы колониальных границ, навязанных империализмом. Это должно быть основано на программе, связывающей неотложные демократические требования, включая привлечение к ответственности виновных в убийствах, освобождение политических заключённых и восстановление демократических прав, с более широкой целью социалистической трансформации общества: экспроприацией правящей элиты, установлением демократического контроля над огромными ресурсами региона и их использованием для удовлетворения человеческих потребностей, а не интересов частной прибыли, — в качестве составной части борьбы за Соединенные Социалистические Штаты Африки.
Такая перспектива требует построения революционного социалистического руководства в Танзании, укоренённого в рабочем классе и вооружённого интернациональной программой троцкизма, выкованной в борьбе против сталинизма, социал-демократии и всех форм мелкобуржуазного национализма, включая «африканский социализм» Джулиуса Ньерере. Эти исторические уроки Международного Комитета Четвёртого Интернационала задокументированы в статьях «Протесты 9 декабря в Танзании, “африканский социализм” Ньерере и борьба за перманентную революцию» и «Маоизм как фальшивая альтернатива “африканскому социализму” и панафриканизму» (часть 1, часть 2).