Война США и Израиля против Ирана вызвала шоковые волны по всей Африке. Инфляция, нехватка топлива и удобрений, обвал курсов валют и растущая нехватка продовольствия сливаются в общеафриканский кризис. Война бьет по повседневным условиям жизни сотен миллионов жителей континента.

Последний региональный экономический прогноз Международного валютного фонда (МВФ) для стран Африки к югу от Сахары показывает масштаб угрозы. Скромные экономические достижения последних лет испаряются. Экономический рост замедляется, инфляция растет, а страны-экспортеры несырьевых товаров сталкиваются с растущим дефицитом торгового баланса и бюджета. Это происходит после сокращения иностранной помощи Африке в 2025 году на 16–25 процентов, — сокращений, которые, как прогнозирует МВФ, продолжатся, ликвидируя даже минимальные финансовые буферы, предоставлявшиеся ранее.

Блокада Ормузского пролива, через который проходит почти 30 процентов мировых поставок нефти, привела к росту цен на топливо в Африке на целых 80 процентов. В Судане цены на топливо выросли на 30–40 процентов, что вызвало увеличение транспортных расходов на фоне тяжелейшего гуманитарного кризиса в мире. В Сомали цены на топливо в некоторых районах выросли до 130 процентов, а цены на другие товары выросли как минимум на 20 процентов.

Нигерия, крупнейшая на континенте страна-экспортер нефти, которая тем не менее обладает крайне ограниченными мощностями по ее переработке, сталкивается с интенсивным давлением: цены на бензин выросли более чем на 1350 найр за литр, что вызвало «резкое падение» покупательной способности потребителей. Около 27,2 миллиона человек испытывают недоедание на кризисном уровне или еще тяжелее. Кения сталкивается с острой нехваткой топлива примерно на каждой пятой заправочной станции. Правительство снизило налоги на топливо для борьбы с инфляцией. В Южной Африке наблюдается резкое повышение цен на топливо (более чем на 2,40 ранда за литр бензина), что вызывает опасения по поводу более широкой продовольственной инфляции.

Социальные последствия являются немедленными и серьезными. Эфиопия и Кения, крупные экспортеры цветов, сталкиваются с резким ростом стоимости авиационного топлива, что обрушило их экспортные доходы. Некоторые страны ввели чрезвычайные меры. Южный Судан нормирует расход электричества в столице Джубе. В Зимбабве разбавляют бензин этанолом. В Эфиопии поставщикам топлива указано отдавать приоритет «важнейшим секторам». В Египте введен обязательный ранний час закрытия для магазинов и ресторанов.

Еще более разрушительным является влияние войны на цены удобрений. Продовольственные системы Африки, искаженные десятилетиями «программ структурной перестройки» Всемирного банка, в значительной степени зависят от импортных удобрений. Около 35 процентов мировых объемов аммиачных, мочевинных и фосфатных удобрений поступает из стран Персидского залива, которые использовали дешевый газ, крупномасштабную промышленную инфраструктуру и поддерживаемые государством инвестиции для диверсификации и стали центральными узлами в глобальной продовольственно-энергетической цепи.

Производство продовольствия находится сейчас под угрозой на континенте, население которого в значительной степени является сельским (55 процентов). Цены на удобрения выросли за два месяца на 30–50 процентов. Возник «глобальный аукцион», на котором африканские государства систематически проигрывают торги. Страны отчаянно пытаются предотвратить сельскохозяйственный коллапс: Гана раздает бесплатные удобрения. Судан запустил программу «Поддержим Судан», чтобы сохранить фермерские хозяйства. Эти меры ведут к увеличению бюджетного дефицита.

Поскольку грузовые суда избегают Красного моря и Суэцкого канала, транспортные расходы резко растут, подпитывая инфляцию. К началу апреля 29 из 54 африканских валют обесценились по отношению к доллару США. Южноафриканский ранд упал на 5 процентов. Падение евро напрямую отразилось на зоне африканского франка. Египетский фунт также резко упал.

Программа развития Организации объединенных наций (ПРООН) ожидает двузначной инфляции в этом году в Эфиопии, Египте, Нигерии, Анголе, Южном Судане, Малави, Бурунди и Судане. Центральные банки ответят повышением процентных ставок, увеличивая стоимость рефинансирования погашаемых облигаций в Бенине, Египте, Гане, Марокко, Южной Африке и Тунисе.

Спираль инфляции, роста процентных ставок и долга неумолимо вытекает из условий тисков, в которых мировые корпоративные финансовые стервятники, включая банки, хедж-фонды и крупных управляющих активами, держат бывшие колониальные страны.

Обслуживание долга в странах Африки к югу от Сахары удвоилось за восемь лет, выросши с 9 процентов государственных доходов в 2017 году до 18 процентов в 2025 году. Почти половина континента начала год в состоянии долгового кризиса или близком к нему. МВФ стремится обеспечить то, чтобы африканские правительства переложили все бремя кризиса на рабочий класс и сельскую бедноту.

Война влияет на экономические связи Африки с государствами Персидского залива, которые стали одним из важнейших источников инвестиций и денежных переводов для континента. «Программа развития ОНН» (ПРООН) прогнозирует сокращение ВВП стран Персидского залива на 8,5 процента, поскольку ракетные удары и закрытие Ормузского пролива разрушают энергетическую инфраструктуру. Восстановление пострадавших от иранских ответных ударов объектов в Катаре может затянуться на пять лет. Регион теряет 600 миллионов долларов в день от коллапса туристических потоков.

Еще более значительным является крах денежных переводов. Более 3,6 миллиона африканцев работают в странах Персидского залива, ежегодно отправляя домой миллиарды долларов: 12,5 миллиарда долларов из Саудовской Аравии, 8,2 миллиарда долларов из ОАЭ и 2,7 миллиарда долларов из Катара. Поскольку миллионы рабочих мест уже потеряны, денежные переводы резко сократятся, сильнее всего ударив по Египту, Судану, Эфиопии и Кении. Для многих домохозяйств эти денежные переводы являются рубежом, отделяющим выживание и нищету.

Еще до войны Всемирная продовольственная программа предупреждала, что 55 миллионов человек в Западной и Центральной Африке могут столкнуться с «голодом кризисного уровня» в этом году из-за конфликтов, перемещений и экономической турбулентности. Последний отчет Продовольственной и сельскохозяйственной организации оценил, что 306 миллионов человек в Африке страдают от недоедания, в то время как 892 миллиона сталкиваются с умеренной или острой нехваткой продовольствия. В 2024 году задержка роста у детей в возрасте до 5 лет в Африке превышала 30 процентов.

МВФ предупредил, что политические риски и риски для безопасности, вероятно, возрастут, особенно с учетом выборов, запланированных на 2026–2027 годы по всему континенту. Рост цен на топливо и продовольствие исторически является одним из самых сильных триггеров беспорядков. Африканский опрос молодежи отметил, что пандемия и война на Украине уже вызвали волны протестов «поколения Z» против коррупции и политики в интересах богатых в Кении, на Мадагаскаре, в Нигерии, Марокко и других странах, и что война против Ирана только усилит это давление.

Социальные и политические последствия этого шока ударяют прежде всего по молодежи Африки. Континент имеет самое молодое население в мире. Более 60 процентов африканцев моложе 25 лет; более 400 миллионов — в возрасте от 15 до 35 лет; и к 2030 году молодое население, по прогнозам, вырастет на 42 процента. Условия, с которыми они сталкиваются, кошмарны. Около 72 миллионов молодых людей не имеют занятости и не получают образования или профессиональной подготовки (NEET). 40 процентов работающей молодежи живет в крайней нищете — менее чем на 2,15 доллара в день, — потому что их работа не приносит достаточного дохода для удовлетворения базовых потребностей. 90 процентов работающих молодых африканцев заняты в неформальном секторе.

Дестабилизация экономик Африки демонстрирует жестокую логику капиталистического мирового порядка. Глобальные корпорации, сырьевые трейдеры и финансовые институты контролируют каждую артерию, по которой распространяется кризис — нефтяные маршруты, цепочки поставок удобрений, судоходные пути, рынки долгов, потоки денежных переводов, — и перекладывают издержки на тех самых людей, которые создают их богатство.

Ежегодно из континента выкачивается 88,6 миллиарда долларов через незаконные финансовые потоки, — главным образом через уклонение от уплаты налогов корпорациями и занижение стоимости в счетах-фактурах транснациональными корпорациями. Это больше, чем вся сумма помощи, инвестиций и денежных переводов, которую Африка получает. Кроме того, 46 миллиардов долларов ежегодно репатриируется в виде прибыли иностранными корпорациями, 62 миллиарда долларов вымогается в виде платежей по обслуживанию долга, большая часть которых поступает хедж-фондам и банкам, взимающим процентные ставки, которые нарушили бы законы о ростовщичестве в Европе. Африка является нетто-кредитором мира, но ее народ остается в долговой ловушке.

Данные крупных международных институтов (ЮНКТАД, МВФ, Всемирный банк, Global Financial Integrity и ОЭСР), показывают:

* Африка теряет 30–50 миллиардов долларов в год из-за того, что ее полезные ископаемые намеренно занижаются в цене через непрозрачные торговые хабы.

* Она экспортирует сырых сельскохозяйственных товаров на 40 миллиардов долларов, но импортирует переработанных продуктов питания на 60 миллиардов долларов.

* Она получает менее 5 процентов прибили мирового рынка шоколада объемом 130 миллиардов долларов, хотя производит три четверти мирового какао.

* В период с 1970 по 2018 год африканские буржуазные элиты — с помощью западных банков — вывели за границу 1,3 триллиона долларов, большая часть которых была взята в долг от имени общественности.

* Африка страдает от 30 процентов глобального климатического ущерба, но получает менее 4 процентов климатического финансирования.

Этот трансфер богатства обеспечивается посредством тех самых механизмов — долги, торговля, инвестиции и валютные режимы, — которые глобальные институты называют основой для «развития».

Молодые люди от Лагоса до Антананариву показали, что готовы противостоять правительствам, которые проводят политику жесткой экономии, защищая богатых и влиятельных. Но предотвращение войны и ее издержек, которые уничтожают жизни рабочих и молодежи, означает борьбу за социализм. Единство рабочего класса должно быть сформировано как в Африке, так и в империалистических центрах против глобальной капиталистической системы, которая подчиняет все человеческие потребности интересам прибыли.