Это вторая часть лекции «Нарушение партийной безопасности Вулфортом и Филдс и реакция Международного Комитета», прочитанной Кэтлин Мартин и Дэвидом Раем в рамках Международной летней школы Партии Социалистического Равенства (США) 2025 года, посвященной истории расследования «Безопасность и Четвертый Интернационал». В дополнение к этой лекции МСВС публикует дальнейшие разделы книги «Как ГПУ убило Троцкого» (How the GPU murdered Trotsky), впервые опубликованной в 1981 году, в которой содержатся документы, относящиеся к первому году расследования.

Эта часть лекции о нарушении партийной безопасности Тимом Вулфортом и Нэнси Филдс и реакции Международного Комитета на это рассмотрит то, каким образом был поднят вопрос партийной безопасности после дезертирства Вулфорта из Рабочей лиги (РЛ — Workers League) в сентябре 1974 года, и последующего выступления Джозефа Хансена из Социалистической рабочей партии (СРП — Socialist Workers Party) в его защиту и против МК. Я предоставлю информацию общего характера и рассмотрю содержание ответной реакции британской Революционной рабочей партии (РРП — Workers Revolutionary Party) на атаку Хансена против нашего движения.

Книги и документы, которые составляют основу этой лекции, это Троцкизм против ревизионизма, том 7: Четвертый Интернационал и ренегат Вулфорт (Trotskyism vs Revisionism Volume 7: The Fourth International and the Renegade Wohlforth), ответ РРП на статью «Тайна диалектики Хили» Хансена (в книге Как ГПУ убило Троцкого (How the GPU Murdered Trotsky) и переписка, предлагающая создать паритетную контрольную комиссию после формального начала расследования Безопасность и Четвертый Интернационал в 1975 году, 50 лет назад.

Основная часть этой лекции будет посвящена рассмотрению конкретных случаев разоблачения шпионов и провокаторов, — разоблачений, которые произошли в период до формального начала расследования Безопасность и Четвертый Интернационал, включая три международных случая, которые Хансен стремился скрыть или для которых он пытался обеспечить политическое прикрытие.

Предыстория этих конкретных случаев необходима для понимания политических истоков Безопасности и Четвертого Интернационала. На данном этапе этой длинной саги Хансен был признан ревизионистом, нечестным фракционером и противником Международного Комитета Четвертого Интернационала (МКЧИ). Но его не обвиняли в том, что он сам является агентом или пособником агентов.

Атака Вулфорта на Рабочую лигу и его возвращение в СРП

«Я бы предположил, что если где и следует искать агентов в Рабочей лиге, так это среди тех, кто распространяет скандалы против лидеров Лиги, а не среди тех, кто является жертвами клеветы. Так было во времена Четвертого Интернационала при Троцком». Это заявление Тима Вулфорта стало одной из его первых атак на МКЧИ. Это была тема, которая позднее была провокационно подхвачена Хансеном в его переписке с Международным Комитетом и статьях в издании паблоистов Intercontinental Press.

В рамках работы комиссии, созданной после Летней школы Рабочей лиги 1974 года с согласия Вулфорта и Филдс, Фред Мазелис от имени комиссии написал Вулфорту:

Я хочу попросить вас, особенно в свете этого заявления [что «если где и следует искать агентов в Рабочей лиге, так это среди тех, кто распространяет скандалы против лидеров Лиги»], предстать перед комиссией и предоставить любую имеющуюся у вас информацию по этим вопросам. Если, как вы говорите, наше движение, которому вы посвятили так много лет, находится в опасности, то вы несете за это политическую ответственность и должны помочь выявить этих агентов.

Вулфорт не появился перед комиссией, которая, в конечном итоге, рекомендовала, чтобы ему было позволено вернуться в Рабочую лигу и постановила, что он будет иметь право баллотироваться на пост национального секретаря на следующем съезде партии. Филдс было разрешено возобновить свое членство, при условии запрета на занятие любых руководящих должностей в течение двух лет. На это предложение Вулфорт и Филдс, которые дезертировали из движения, так и не ответили.

Вулфорт затем написал фальсифицированный отчет об обстоятельствах своего ухода из РЛ и характере связей Филдс с ЦРУ. Этот документ под названием «Рабочая лига и Международный Комитет» был опубликован в январе 1975 года в Intercontinental Press, издании паблоистской СРП под руководством Хансена. Хансен, одобрил фальсификации Вулфорта, написав, что его «искренность неоспорима и можно только пожелать ему удачи в его последующих начинаниях».

Атака Вулфорта на Рабочую лигу и Международный Комитет основывалась на аргументах, которые повторялись в различных формах с того периода вплоть до настоящего времени, например, в недавних бесчестных усилиях Эйдана Битти. Вулфорт утверждал, что лидер британской Социалистической рабочей лиги (СРЛ — Socialist Labour League) Джерри Хили реагировал как тиран на ограниченную критику, которую он высказал, и воспользовался связью семьи Филдс с ЦРУ как предлогом, чтобы его (Вулфорта) бесцеремонно вышвырнули из партии.

Затем Вулфорт вернулся в СРП и был с энтузиазмом принят Хансеном. Члены Рабочей лиги признали это отречением от политических принципов, за которые Вулфорт боролся предыдущие 14 лет. Он резко выступал против оппортунистической политики Хансена, начиная с 1960 года, однако теперь они примирились друг с другом. В самом деле, прошло меньше года с тех пор, как Вулфорт опубликовал серию статей с резким заголовком «Старый лгун торгует своим товаром», посвященную не кому иному, как Джозефу Хансену.

Рабочая лига ответила на утверждение, что Вулфорт был изгнан из партии, в заявлении, которое можно найти в томе 7, где объясняется, что, наоборот,

Вулфорт не был «удален», и он не был «зачищен». Он ушел в отставку. Он дезертировал из движения, основателем которого он был. Обстоятельства отставки Вулфорта, представленные [Джеймсом] Робертсоном [из Спартакистской лиги] (и Вулфортом) — это сплошная ложь. Все сводится к вопросу о том, была ли Нэнси Филдс, бывший ведущий член Рабочей лиги и близкая соратница Вулфорта, агентом ЦРУ. Но вопрос был не в этом.

...Мы считаем, что Вулфорт нес политическую ответственность за то, чтобы довести эти связи до сведения руководства Рабочей лиги и своих товарищей по Международному Комитету.

Атака Хансена на МКЧИ и Джерри Хили

Атаки ревизионистов на МКЧИ часто фокусировались на личности Джерри Хили, лидера СРЛ, и вращались вокруг двух ключевых утверждений:

1. Что Хили и МКЧИ были «ультралевыми» и «сектантами» и постоянно искали козлов отпущения за организационные неудачи.

2. Что МКЧИ был диктатурой, контролируемой Хили, который использовал то, что Хансен называл «сталинистскими» или «инквизиторскими» методами в вопросах безопасности, вместо беспечного отношения, которое доминировало в СРП и Объединенном Секретариате паблоистов.

Хансен в статье «Тайна диалектики Хили» попытался усилить атаку Вулфорта, поднимая и фальсифицируя случаи исключения и дезертирства различных мелкобуржуазных ренегатов из МКЧИ. В каждом отдельном случае Хансен представлял это как пример организационной «тирании» Хили, используя искажения, дешевые шутки и крайне нечестный метод аргументации, чтобы оклеветать Международный Комитет. Политически Хансен был неспособен обсуждать какие-либо связанные с этими историями вопросы, но пытался похоронить Хили и МКЧИ под грудой мусора, сплетен и жалобных историй ренегатов.

«Тайна диалектики Хили» содержит главный «аргумент» кампании Хансена против партийной безопасности, суммированный в комментарии, пользующимся в нашем движении одиозной известностью:

Вулфорт описывает интервенцию Хили как «безумие». Не было бы предпочтительнее и, возможно, более точно использовать современный термин, такой как «паранойя»? Если термин подходит, то истинное объяснение навязчивых идей Хили об агентах ЦРУ и полиции и заговорах против его жизни, а также его ярости, «экстремальных реакций» и странной версии диалектики следует искать не в его политике, философской методологии или моделях [для подражания], таких как Пабло или Кэннон, а в устройстве ума, которое лучше всего понимают психиатры.

Это заявление было в высшей степени примечательным: Хансен лично был в доме Троцкого в Койоакане в момент убийства Троцкого в 1940 году! Как и почему Хансен мог игнорировать вопрос безопасности в движении, которое подвергалось преследованиям и государственной инфильтрации, как ни одно другое, особенно в свете тогда еще недавних разоблачений проникновения и саботажа со стороны правительством США в отношении левых движений? Это привлекло внимание лидеров РРП к роли Хансена.

Ответ РРП на «Тайну диалектики Хили»

РРП, отвечая на «Тайну диалектики Хили», вновь была вынуждена ответить на ложное изображение обстоятельств дезертирства Вулфорта-Филдс из Рабочей лиги и опровергнуть утверждения о сектантской «охоте на ведьм», возглавляемой Хили. РРП с презрением отвергла утверждение о «паранойе» и обосновала вопрос партийной безопасности как в обзоре известной к тому времени информации о роли агентов во времена Троцкого, так и в обзоре более свежего опыта Четвертого Интернационала по борьбе со шпионами в своих рядах.

В первых разделах ответа были рассмотрены случаи агентов ГПУ Сенина и Велла в немецкой Левой оппозиции (братья Соболевичюсы) в начале 1930-х годов и вопрос о Марке Зборовском, он же Этьен. Эти истории, многие детали которых еще предстояло раскрыть, были уже достаточно известны до расследования. РРП предоставила информацию об этих агентах и их преступлениях в ответ на непристойную и беспринципную атаку Хансена.

РРП также подняла и проанализировала важные и хорошо задокументированные нарушения безопасности, совершенные международным паблоистским движением в годы, предшествовавшие дезертирству Вулфорта-Филдс. В каждом конкретном случае были очевидны серьезные нарушения партийной безопасности, совершенные паблоистскими партиями. Реакцией Хансена были усилия по сокрытию и приуменьшению значимости этих нарушений. Но не существовало невинного объяснения этих скандальных инцидентов.

1. Дело Балы Тампо

Бала Тампо (Bala Tampoe) был генеральным секретарем Цейлонского профсоюза торговых, промышленных и других рабочих (CMU) и ведущим членом секции паблоистского Интернационала на Шри-Ланке, ЛССП(Р) [Ланка Сама Самаджа Парти (Революционная)]. ЛССП(Р) откололась от ЛССП после «великого предательства» 1964 года, когда ЛССП, официальная паблоистская партия на Шри-Ланке, вошла в буржуазное коалиционное правительство Сиримаво Бандаранаике. Это был первый раз, когда партия, каким-либо образом связанная с Четвертым Интернационалом, вошла в состав буржуазного правительства. После вхождения ЛССП в правительство Бандаранаике она была исключена из Объединенного Секретариата паблоистов. Центристская фракция, называвшая себя ЛССП(Р), откололась от ЛССП и присоединилась к Объединенному Секретариату.

В 1969 году Объединенный Секретариат создал специальную комиссию, чтобы изучить политическую активность Тампо. Паблоистские лидеры были обеспокоены, что его деятельность дискредитирует ЛССП(Р), точно так же как вхождение ЛССП в правительство Бандаранаике дискредитировало ЛССП.

Комиссия установила, что в 1967 году Тампо совершил поездку в США в рамках программы, оплаченной «Фондом Азии» (Asia Foundation), который в годы, предшествовавшие поездке, стал широко признан в Юго-Восточной Азии в качестве подставной организации ЦРУ.

Заключения комиссии были «слиты» и опубликованы, а британская СРЛ в то время сообщала о выводах комиссии в своем издании Workers Press. Эти выводы включали в себя следующие пункты:

(a) Серия инцидентов, которые вместе составляют компрометирующе-близкие связи между товарищем Балой и посольствами или миссиями империалистических стран на Цейлоне.

(1) Поездка в США летом 1967 года, финансируемая «Фондом Азии».

(2) Его принятие приглашения на небольшой частный обед в резиденции Верховной комиссии Великобритании во время забастовки рабочих плантаций в 1966 году, — обед, на котором также присутствовал Тондаман, профсоюзный лидер, который играл открыто штрейкбрехерскую роль.

(3) Его присутствие на небольшом званом ужине в посольстве Западной Германии для посещающего страну канцлера Кизингера.

(b) Письмо, отправленное премьер-министру Цейлона 22 января 1966 года товарищем Балой в его качестве генерального секретаря профсоюза, касающееся чрезвычайного положения, в котором он обозначил свою поддержку введения комендантского часа в ответ на «насилие», которое произошло в Коломбо.

(c) Политика товарища Балы в отношении борьбы против девальвации рупии в ноябре-декабре 1967 года. CMU не поддержал забастовку, которая произошла в то время в частном секторе. Возникают серьезные вопросы относительно того, почему ЛССП(Р) не взяла на себя ведущую роль в борьбе за объединенные действия всех профсоюзов и рабочих партий против девальвации.

Комиссия подвергла критике и скептически рассмотрела обстоятельства приглашения Тампо в Соединенные Штаты в рамках проекта, который спонсировался Гарвардским университетом. Комиссия описала, как Тампо утверждал, что он информировал Объединенный Секретариат и СРП о своей поездке. Комиссия отвергла эти утверждения, указав, что некоторые из его действий в Вашингтоне так и не были объяснены, в частности, обратив внимание на его частное интервью с министром обороны США Робертом Макнамарой, архитектором войны во Вьетнаме, в качестве главного примера!

Особое мнение меньшинства расследователей, представленное Контрольной комиссии, настаивало, что «достаточно оснований полагать, что есть что-то гнилое в функционировании секции Цейлона в ее нынешнем виде». Это описание политической активности Тампо исходило от паблоиста. Риторика, использованная в том отчете, проистекала из озабоченности относительно престижа Тампо.

Заявление РРП дало следующую характеристику выводам цейлонской комиссии по Тампо:

Даже в политически дегенерировавших кругах ревизионизма раньше не было ничего подобного: финансируемые ЦРУ поездки; частные обсуждения с Макнамарой, директором военной машины американского империализма во Вьетнаме; попойки и обеды с христианско-демократическим канцлером Кизингером, бывшим нацистом, и британским послом; штрейкбрехерство; и поддержка введенного правительством комендантского часа против рабочего класса...

В Международном Комитете Четвертого Интернационала такие действия абсолютно непростительны. Они являются основанием для немедленного исключения. Но это не так в так называемом «Объединенном Секретариате». Деятельность Тампо не только была известна и скрывалась в течение трех лет, но сам Тампо был переизбран единогласно в их Международный исполнительный комитет на то же самом собрании, где обсуждались выводы комиссии по Цейлону. В отношении него было введено только одно ограничение. Было рекомендовано, чтобы «двойная функция товарища Балы как секретаря CMU, так и секции была прекращена как можно быстрее». Это было проигнорировано. Тампо остается главой CMU и генеральным секретарем «революционной марксистской партии» при полной поддержке своих паблоистских сообщников.

В заявлении объяснялось, что политические махинации Тампо были лишь логическим продолжением «великого предательства» ЛССП в 1964 году. В связи с этим РРП взяла на себя следующее безусловное обязательство:

Представьте на мгновение ситуацию, при которой ведущий член Революционной рабочей партии поехал в Вашингтон за счет ЦРУ, чтобы провести встречу с министром обороны Джеймсом Шлезингером, бывшим директором ЦРУ. Представьте, что этот же ведущий член поужинал с французским послом во время забастовки шахтеров, общался с западногерманским демагогом господином Штраусом и вел свой профсоюз по пути штрейкбрехерства.

Неважно, насколько «крупной» фигурой он был, он был бы исключен. Он предал рабочий класс и перешел в стан классового врага, — действия, которые автоматически поставили бы его вне нашего движения.

Когда Международный Комитет Четвертого Интернационала строит свою работу на этих основных большевистских традициях и принципах, Хансен и паблоистские ревизионисты называют нас «параноиками».

Газета Workers Press опубликовала отчет о цейлонской комиссии по Тампо в серии из четырех статей, опубликованных с 18 по 21 октября 1972 года. Хансен ответил яростным осуждением, опубликованным в выпуске Intercontinental Press от 29 октября. Появившаяся в качестве заявления Объединенного Секретариата, статья была озаглавлена «Хилисты клевещут на Балу Тампо».

В ответ РРП отметила, что осуждение Тампо с ее стороны было «определенно очень странной “клеветой”, поскольку мы только воспроизвели документы и отчеты, которые были представлены самими ревизионистами». Собственная комиссия паблоистов указала на эти инциденты как на «бесспорные факты».

Факты, которые были установлены их собственной цейлонской комиссией, стали «клеветой» и «ведром грязи», когда они были опубликованы в Workers Press.

2. Разоблачение Макса Векслера

В феврале 1975 года Sunday Observer, еженедельная газета в Мельбурне (Австралия) начала публиковать мемуары государственного шпиона. Агентом был человек по имени Макс Векслер (Max Wechsler). Этот Векслер был членом исполнительного комитета паблоистской Социалистической рабочей лиги (SWL) [Socialist Workers League, — не путать с Socialist Labour League (переводится тоже как Социалистическая рабочая лига, СРЛ), как называлась тогда секция МКЧИ в Австралии], их секции в Австралии. Векслер был секретарем собраний (секретарем по ведению протокола) руководящего комитета SWL, членом которого он являлся.

Статьи подробно описывали шпионскую деятельность Векслера, осуществлявшуюся от имени Австралийской службы безопасности и разведки (ASIO), австралийского аналога американского ФБР или британской МИ-5. В публикациях также указывалось, что Векслер ранее был внедрен в Коммунистическую партию в штате Виктория, где сталинисты занимали ведущие позиции в профсоюзной бюрократии. В статьях объяснялось, что ему дали работу в офисах Коммунистической партии после того, как он продемонстрировал свою способность продавать газету партии в больших количествах.

Затем Векслеру было поручено внедриться в SWL. Документ РРП подчеркивал, что паблоисты рассматривали возвышение Векслера как «великолепное». Он таким же образом втерся в доверие паблоистов как один из лучших продавцов газет партии и был введен в исполнительный комитет группы как секретарь собраний.

РРП, основываясь на статьях Sunday Observer, описала, как «работодатели Векслера в ASIO были в восторге от его прогресса. Он перешел от получения 12 долларов в месяц — всего лишь карманных денег — до 100 долларов в неделю плюс пособие на случай болезни, выплачиваемое на банковский счет, открытый на его имя его контактным лицом из ASIO». С учетом инфляции Векслеру платили в сегодняшних деньгах 1420 долларов в неделю за его шпионскую деятельность, более 5600 долларов в месяц.

Отчет РРП продолжал:

Каждое воскресенье вечером после собрания SWL Векслер звонил своему контакту с полным отчетом о заседании. Он сообщал детали демонстраций, даты, время и места, а также сведения об участниках.

Sunday Observer описала деятельность Векслера, объясняя, как он организовывал

подслушивание, кражу документов, совершение саботажа, манипулирование финансами и получение комплектов дубликатов ключей, чтобы позволить агентам ASIO совершить взлом типа Уотергейта в штаб-квартирах SWL в Мельбурне и Аделаиде.

Информация, предоставленная Векслером, позволяла агентам ASIO снимать демонстрации с заранее подготовленных точек обзора. Они делали смотровые отверстия в соседних зданиях, чтобы шпионить и снимать собрания SWL, а затем Векслер помогал ASIO идентифицировать присутствовавших по фотографиям.

Газета рассказала, как агенты АСИО, используя мини-камеры, кинокамеры и камеры с телеобъективами, наблюдали за демонстрантами, чтобы снимать деятельность SWL и других организаций. Векслера часто просили присоединиться к сотрудникам ASIO в машинах, ведших наблюдение за городскими парками, чтобы идентифицировать людей, которых агенты ASIO сфотографировали. (Некоторые из этих кадров наблюдения за активистами из молодежи были опубликованы и доступны на YouTube).

Векслер обеспечивал прослушивание телефонов лидеров и офисов SWL. Его действия были санкционированы на самом высоком уровне австралийских полицейских органов и проходили под контролем сенатора Лионеля Мёрфи, который во время операций слежки занимал пост генерального прокурора. Документ РРП указывает: «Тот факт, что Мёрфи стоял за наблюдением за SWL, полон иронии».

Сенатор Мёрфи рассматривался в то время как ведущий «левый» в лейбористском правительстве во главе с Гофом Уитлэмом. У него была репутация защитника «гражданских прав» за то, что он лично возглавил рейд на штаб-квартиру ASIO в Мельбурне, чтобы завладеть секретными разведывательными файлами. Эту акцию расхваливали сталинисты и паблоисты, и они несли ответственность за фальшивый левый имидж Мёрфи.

РРП описывает паблоистов как «очарованных» позёрством Мёрфи, в то время как тот в то же самое время санкционировал полицейскую инфильтрацию в ряды их собственной группы. Шпион Векслер докладывал напрямую Мёрфи, который, без сомнения, читал протоколы заседаний руководства SWL, которые Векслер ему доставлял. Мёрфи был ответственен за инициирование большей части слежки, направленной против SWL.

28 марта 1975 года Militant, ежедневная газета Социалистической рабочей партии под руководством Хансена, опубликовала статью по поводу разоблачений в отношении Векслера под заголовком «Бульварная пресса ведет травлю австралийских троцкистов». В статье Векслера характеризовали просто как «бывшего члена SWL». В ней не упоминался тот факт, что Векслер был в исполнительном комитете SWL в качестве секретаря собраний. Militant изображала Векслера как рядового члена SWL, не имеющего или почти не имеющего значения. Ответ РРП на эту статью охарактеризовал эти упущения как цензуру.

Освещение этого инцидента в Militant было полно фирменного цинизма Хансена, который относился к разоблачениям в шутливой манере, как будто проблему правительственной инфильтрации в ряды троцкистского движения можно было решить подобным образом. Статья начинается так:

Так ли быстро распространяется троцкизм по всему миру, что теперь угрожает захватить Австралию? Ответ ободряюще положительный, если верить Австралийской службе безопасности и разведки (ASIO), тайной политической полиции страны.

РРП ответила на это:

Таким образом, Хансен и его сообщники скрывают от членов СРП в США истинные факты относительно шпионского проникновения в SWL, тем самым полностью подрывая воспитание своих кадров в США (и в Австралии тоже) по вопросам партийной безопасности.

Хансен не только скрывал значимость слежки за своей собственной организацией, он также приуменьшал значимость самого троцкистского движения. Он, по сути, утверждал, что троцкистское движение не заслуживает государственного наблюдения, культивируя внутри СРП взгляды, согласно которым государство просто действовало глупо, когда тратило свое время на шпионаж внутри SWL. Правительство совершенно точно не рассматривало и не рассматривает троцкистское движение как незначительное. Правящий класс знает своих врагов. Государство относилось к троцкистскому движению в десять раз серьезнее, чем паблоистское руководство.

Ответ РРП Хансену провел резкое различие между подходом Хансена и паблоистов к вопросам безопасности и отношением австралийской секции МКЧИ:

Ни дело Векслера, ни соучастие австралийского лейбористского правительства не стали неожиданностью для Социалистической рабочей лиги, австралийской секции Международного Комитета Четвертого Интернационала. СРЛ и ее еженедельная газета Workers News играли лидирующую роль в рабочем и профсоюзном движении, подчеркивая угрозу основным демократическим правам со стороны полиции и ее шпионских агентств.

3. Свидетель из ММГ и дело Ред-Лайон-сквер

Печально известное дело 1974 года, связанное с демонстрацией на Ред-Лайон-сквер (Red Lion Square) в Лондоне, важно не только из-за того, что именно Хансен и компания писали об этой акции, но и из-за того, что оно показывало последствия убогой, оппортунистической политики, которой занимались британские паблоисты, Международная марксистская группа (ММГ — International Marxist Group), и международное паблоистское движение в целом. Протест на Ред-Лайон-сквер против фашистского Национального фронта привел к гибели 21-летнего Кевина Гейтли и крупному правительственному расследованию.

Эпизод прямо продемонстрировал полное пренебрежение, которое паблоистские лидеры испытывали к физической безопасности своих собственных членов и присутствующих на демонстрациях, которые они организовывали. РРП признала это и бойкотировала протест.

Паблоисты, особенно в лице ММГ в Великобритании, возглавляемой такими людьми, как Тарик Али, были движением, которое занималось бездумным активизмом, включая провоцирование столкновений с полицией и правыми силами.

Наше движение, МКЧИ, не поощряет наших членов вступать в драки с полицией или уличные бои. Это не наша политика. Во время наших интервенций в рамках протестов «Нет королям!» мы добросовестно уделяем внимание операциям полиции и правых сил, чтобы избежать ненужных столкновений и провокаций, потому что наша задача — борьба за программу и перспективу путем убеждения демонстрантов.

В рассматриваемом инциденте ММГ и различные другие политические течения, включая Международных социалистов (МС — International Socialists) Тони Клиффа («госкапиталисты»), сталинистскую Коммунистическую партию и «Тенденцию Militant» Теда Гранта, организовали демонстрацию против ультраправого Национального фронта, который призывал к принудительной репатриации всех международных резидентов Великобритании. Демонстрация состоялась 15 июня 1974 года на Ред-Лайон-сквер.

На демонстрации участники ММГ бросились на полицию, что привело к дракам и, в конечном итоге, к десяткам арестов, во время одного из которых Кевин Гейтли получил удары от полицейских по голове. Он умер от полученных травм позже в тот же день.

После этого каждое левое издание винило полицию в убийстве Гейтли, в то время как министр внутренних дел Рой Дженкинс назначил лорда-судью Скармана главой специального расследования беспорядков на Ред-Лайон-сквер. Расследование Скармана пришло к выводу, что ММГ была «морально» ответственна за смерть Гейтли как предположительно инициировавшая беспорядки.

Мы, разумеется, можем обсуждать политическую виновность ММГ за последствия ее мелкобуржуазных методов. Но во время расследования Скармана возникла насущная проблема безопасности.

Член ММГ дал секретные показания Скарману, продемонстрировав то, что РРП назвала «зияющими противоречиями в устных показаниях, данных [другими] свидетелями ММГ». Показания позволили Скарману дискредитировать ММГ и утверждать, что группа заранее планировала спровоцировать столкновения с полицией на Ред-Лайон-сквер.

ММГ публично обвиняла полицию в насилии, приведшем к трагической смерти Гейтли. Эти усилия были подорваны показаниями данного свидетеля. Авторитет ММГ получил серьезный удар публикацией выводов расследования Скармана. Более того, выводы легитимизировали жестокую тактику полицейских репрессий в отношении протестующих.

Workers Press требовала опубликовать имя этого неопознанного свидетеля ММГ. Ответ руководства ММГ на вопросы РРП был поразительным.

Р. Пеннингтон, национальный секретарь ММГ, написал ответ от имени ее политического комитета в выпуске Red Weekly от 13 марта. Пеннингтон заявил, что секретный свидетель, который оставался анонимным с согласия руководства паблоистской организации,

только что устроился на работу на фабрику, рабочие которой не были организованы [в профсоюз], и он был вовлечен в попытки организовать рабочую силу. Очевидно, если бы его вызвали, и его имя было бы разглашено в прессе, работодателям было бы очень легко уволить его.

Другими словами, Пеннингтон утверждал, что ММГ доверила представителям правящего класса и полицейских сил личность одного из своих членов, но рабочий класс не мог рассчитывать на такое же отношение!

РРП ответила на это:

Публикуя заявление ММГ в Militant, Хансен сознательно узаконивает действия руководства Пеннингтона по сокрытию личности неназванного свидетеля. Заговор с целью сохранения имени этого свидетеля в секрете одобрен Хансеном.

Последовательность кампании клеветы Хансена в адрес Международного Комитета и сокрытия преступлений его паблоистских ревизионистских сообщников обнаружила свою закономерность. Когда возник вопрос о партийной безопасности, Хансен отреагировал с безошибочным чутьем, чтобы попытаться быстро и истерично замять это.

Подоплека клеветы Хансена

Ответ РРП продолжил:

Там, где Вулфорт подрывал внутреннюю безопасность Рабочей лиги, Хансен сознательно стремится разжечь атмосферу самосуда и насилия, чтобы угрожать внешней безопасности Рабочей лиги и Международного Комитета. В атаке на товарища Хили нет ни грамма политики. Хансен неспособен на это. Он прибегает к личным оскорблениям самого клеветнического характера только для того, чтобы максимально очернить его.

Ответ РРП на эту клевету Хансена провел также параллель между позицией паблоистов и тем, как сталинистская и так называемая либеральная пресса вела себя по отношению к Троцкому в 1930-х годах:

Когда Троцкий боролся, вопреки беспрецедентному в истории давлению, чтобы построить юный Четвертый Интернационал под постоянной угрозой убийства со стороны ГПУ Сталина, ему приходилось бороться с клеветой сталинистской и «либеральной» прессы, которая обвиняла его в «мании преследования».

В заявлении РРП подчеркивалось, что политическое понимание значимости безопасности было неотделимо от борьбы за троцкизм, и что приуменьшение вопроса о безопасности было продуктом ревизионизма:

Борясь против любой самоуспокоенности по вопросам безопасности в построении революционных партий, Международный Комитет продолжает традицию и принципы марксизма, ленинизма и троцкизма. Если это внезапно высмеивается как «безумие», то это не Международный Комитет сошел с пути, это выражение полного политического вырождения паблоистского ревизионизма.

Настоящая лекция не тот случай, чтобы воспроизвести исчерпывающим образом историю и политику паблоизма и маневрирования Хансена, выяснению чего посвящена значительная часть ответа РРП на «Тайну диалектики Хили». В этом документе дается важный обзор заявлений Хансена, доказывающих его насквозь прагматические и беспринципные политические операции и их последствия.

Его послужной список демонстрирует, что по мере изменения непосредственных фракционных потребностей Хансена он соответственно менял и свою политическую линию.

Суммируя: катастрофические последствия паблоистской линии после воссоединения СРП с паблоистами в 1963 году, в чем Хансен сыграл одну из ведущих ролей, доказали правильность всех предупреждений, высказывавшихся Международным Комитетом.

Ответ РРП делал следующий вывод о Хансене:

Явная защита Хансеном того интернационального братства меньшевиков — Тейта, Робертсона, Торнетта, Вулфорта и Пабло, — и его закоренелое и поразительное безразличие к полицейской слежке в комбинации с его глубокой ненавистью к руководству Революционной рабочей партии, подтверждает крайне реакционную и политически подозрительную природу руководства Социалистической рабочей партии.

Начало расследования Безопасность и Четвертый Интернационал

Ответ РРП рекомендовал в заключение Шестому Всемирному Конгрессу МКЧИ в мае 1975 года создать специальный фонд, чтобы предоставить ресурсы для расследования вопросов партийной безопасности в Четвертом Интернационале.

На конгрессе, в котором участвовали делегаты Рабочей лиги Дэвид Норт, Фред Мазелис, Джефф Себастьян и Алекс Стайнер, Хили внес проект резолюции относительна расследования убийства Троцкого. Он предложил МК рассмотреть обстоятельства убийства с точки зрения значимости вопросов безопасности для революционного воспитания кадров. Резолюция была одобрена, и МКЧИ формально инициировал расследование Безопасность и Четвертый Интернационал.

После того как расследование было формально начато Международным Комитетом, одним из первых шагов было письмо Клиффа Слотера, одного из лидеров РРП, Хансену от имени МКЧИ. Письмо предлагало создать паритетную комиссию Международного Комитета и Объединенного Секретариата, — не как шаг к воссоединению или размыванию принципов, а чтобы найти общую почву для проведения объективного расследования по вопросу партийной безопасности.

Слотер упомянул статью из Intercontinental Press за апрель 1975 года под заголовком «Ред-Лайон-сквер — где были герои РРП?». В статье задавался вопрос, не проникли ли в ряды РРП агенты, и высказывалось предположение, что РРП следует провести расследование в отношении потенциальных агентов, которые провели решение о том, что она не должна участвовать в потасовке ММГ. Уверенный в политической линии и бдительности РРП в вопросе безопасности, Слотер дал согласие на проверку РРП в вопросах безопасности и предложил, чтобы организация Хансена сделала то же самое.

Паритетная комиссия была бы местом, где эти взаимные подозрения и обвинения могли бы быть объективно проработаны, и принимала бы доказательства со стороны как МКЧИ, так и Объединенного Секретариата.

В ответе Хансена на предложение указывалось на машинописный бланк, — тот факт, что Слотер назвал Объединенный Секретариат «Unified», а не «United» (оба термина использовались в документах этой организации), а также форму подписи Слотера, заявляя псевдо-шутливо: «Это может быть подделка». Хансен ничего не ответил по существу и вместо этого намекнул, что в Международном Комитете есть агент, выдающий себя за Клиффа Слотера:

Это мелочи. Однако я уверен, что ваш Центральный комитет, ввиду его экспертизы в таких вопросах, признает необходимость быть внимательным к кажущимся незначительными мелочам, подобным этим. Они могут привести к идентификации агента, внедренного в организацию полицией или ЦРУ. На всякий случай, если письмо поддельное, я прилагаю его фотокопию.

Возможно это [копия письма] поможет вам обнаружить полицейского агента, если оно было написано им.

Хансен отверг предложение относительно паритетной комиссии, заявив, что ответ на все вопросы был очевидным: Хили — это ультралевый сектант. Он повторил еще раз ложь о том, что против Вулфорта и Филдс была развернута травля, и заключил, что невозможно создать беспристрастную комиссию.

Между тем Хансен сам поднял вопрос об агентах в рабочем движении в ходе полемики по поводу Ред-Лайон-сквер, — до того, как началось расследование Безопасность и Четвертый Интернационал. Расследование действительно было необходимо, но паблоистское движение отвергло любые попытки совместной с МКЧИ работы.

Хансена не обвиняли с самого начала в том, что он является агентом или пособником агентов. Но по мере развертывания расследования МКЧИ роль Хансена становилась все более ясной. Об этом будет рассказано в следующих лекциях.