Это третья статья в серии, состоящей из пяти частей. Часть первая доступна здесь, часть вторая — здесь.
Атака МКП-К на перманентную революцию и уроки Октябрьской революции
Как в документе «Строительство партии авангарда в Кении», так и в выпаде Калуки против троцкизма центральной мишенью является теория перманентной революции Троцкого. Троцкизм отвергается как «перескакивание через этап НДР», «притворство, что крошечный городской рабочий класс один может совершить революцию», а также за принятие «волюнтаристской линии, которая потерпела неудачу везде, где она проходила испытание в колониальном мире». Калука обвиняет автора этих строк в том, что он требует от кенийского рабочего класса «ждать этого неопределённого периода, в течение которого союз с другими угнетёнными слоями мира разворачивается глобально, несмотря на различные условия по всему земному шару».
Эта атака сформулирована на истерическом языке мелкобуржуазного националиста. Троцкизм, утверждает он, является «контрреволюционным экспортом», непригодным для кенийского «рынка». Но Калука переворачивает реальность с ног на голову. Экспортом, являющимся контрреволюционным, является не троцкизм, а сталинизм и маоизм: политические продукты перерождения Октябрьской революции 1917 года.
Когда Калука обращается к Октябрьской революции, он пересказывает сталинскую ложь о Троцком и Левой оппозиции для непосредственной политической цели. Как и каждая другая строчка в его тираде и «Строительстве партии авангарда в Кении», это направлено на подчинение рабочего класса буржуазии.
Калука цитирует работу Сталина Троцкизм или ленинизм?, написанную в 1924 году против Уроков Октября Троцкого. Он заявляет, что «товарищ Сталин» сказал:
Как могло случиться, что Троцкий, имеющий за спиной такой неприятный груз, оказался все-таки в рядах большевиков во время Октябрьского движения? А случилось это потому, что Троцкий отказался тогда (фактически отказался) от своего груза, спрятал его в шкаф. Без этой «операции» серьезное сотрудничество с Троцким было бы невозможно. Теория Августовского блока, т.е. теория единства с меньшевиками, была уже разбита и выброшена вон революцией, ибо о каком единстве могла быть речь при вооруженной борьбе между большевиками и меньшевиками? Троцкому оставалось лишь признать факт негодности этой теории.
Атака Сталина на Троцкого была частью политического контрнаступления бюрократии, последовавшего за революционными поражениями в Европе, особенно за провалом Германской революцией в октябре 1923 года и неудачей в Болгарии. Эти поражения широко интерпретировались в Российской коммунистической партии и среди слоёв рабочего класса как завершение революционной волны, начавшейся в России в 1917 году. Они углубили пессимизм относительно перспектив победоносной революции в передовых капиталистических странах, которые пришли бы на помощь изолированному советскому рабочему государству.
Более чем любой другой лидер после смерти Ленина, Троцкий олицетворял связь между Октябрём и мировой социалистической революцией. Его Уроки Октября вызвали яростную кампанию со стороны Каменева, Зиновьева и Сталина — правящего триумвирата внутри Коммунистической партии, — потому что работа Троцкого давала обзор реальной политической борьбы внутри партии большевиков с февраля по октябрь 1917 года, прежде всего оппозиции Сталина, Каменева и Зиновьева борьбе Ленина за захват власти.
Уроки Октября Троцкого были направлены на то, чтобы помочь воспитанию международного рабочего класса и предотвратить предательство или провал будущих революционных кризисов, а также подтвердить международную революционную стратегию, которую бюрократия начинала отвергать в пользу «социализма в отдельно взятой стране», — националистической концепции, согласно которой социализм может быть построен в границах Советского Союза, независимо от борьбы за мировую социалистическую революцию.
Калука подает массового убийцу и могильщика революции Сталина как авторитетного марксиста: повторяя его фальсификацию истории 1917 года, отрицание роли Троцкого в восстании и Гражданской войне и попытку изобразить теорию перманентной революции как чуждую большевизму. Эта кампания лжи проложила путь чудовищным фальсификациям Московских процессов, уничтожению целого поколения революционеров-большевиков и социалистических рабочих и, в конечном счёте, убийству самого Троцкого агентом Сталина в 1940 году.
Атаки Сталина 1924 года также были призваны скрыть его собственную роль в 1917 году. После возвращения из ссылки в марте Сталин вместе с Каменевым взял под контроль большевистскую газету Правда и резко сдвинул её вправо, выступая за условную поддержку капиталистического Временного правительства, — «постольку, поскольку» оно защищает революцию — и принимая примиренческую позицию по отношению к меньшевикам.
В Уроках Октября Троцкий отмечал, что линия Сталина и Каменева в марте 1917 года на условную поддержку Временного правительства ничем существенно не отличалась от меньшевистского классового сотрудничества. Возвращение Ленина и его Апрельские тезисы прервали эту ориентацию, отвергнув старую формулу «демократической диктатуры пролетариата и крестьянства» как неадекватную новому этапу революции и выдвинув требование: «Никакой поддержки Временному правительству».
В противовес Сталину и Каменеву, которые стремились ограничить революцию буржуазно-демократическими рамками, Ленин настаивал на том, что власть должна перейти к пролетариату, поддерживаемому беднейшим крестьянством. Это перевооружило партию большевиков для Октября и привело позицию Ленина в соответствие с позицией Троцкого. Последующее утверждение Сталина о том, что Троцкому пришлось отказаться от своей теории перманентной революции, чтобы присоединиться к большевизму, переворачивает правду с ног на голову: именно собственная полуменьшевистская линия Сталина должна была быть преодолена для того, чтобы Октябрьская революция смогла победить.
Последующее сталинистское утверждение о том, что Апрельские тезисы развились на почве старой формулы демократической диктатуры, было фальсификацией, призванной реабилитировать национально-демократическую перспективу, которая почти разоружила партию большевиков в 1917 году.
Октябрьская революция также разрушает аргумент Калуки о якобы «крошечном» рабочем классе в Кении и Африке, неспособном вести борьбу за социализм. В 1917 году промышленный пролетариат России насчитывал всего несколько миллионов человек в стране, подавляющее большинство которой составляли крестьяне, — что было гораздо меньше по отношению к общей численности населения, чем сегодняшний огромный, молодой, урбанизирующийся и международно-взаимосвязанный африканский рабочий класс. Тем не менее этот концентрированный и политически вооружённый рабочий класс, ведомый партией большевиков, завоевал власть, увлёк за собой крестьянство и угнетённые массы и открыл новую эпоху в мировой истории.
Русская революция не осталась чисто российским событием. Она радикализовала рабочих и угнетённые массы по всему миру, подтверждая настойчивое утверждение Троцкого: «Социалистическая революция начинается на национальной арене, развивается на интернациональной, и завершается на мировой» [1].
Между 1917 и 1923 годами Европа пережила множество революционных потрясений: Германская революция 1918–19 годов, включая создание рабочих и солдатских советов по всей Германии, Венгерская советская республика 1919 года, фабричные оккупации в Италии в период «красного двухлетия» 1919–20 годов, массовые забастовки во Франции и Британии, а также победа всеобщей забастовки в Германии над Капповским путчем в 1920 году. Эти события показали, что Октябрь был первым выстрелом мирового революционного процесса.
Его влияние распространилось на колониальный мир, включая Африку. Коминтерн, основанный в 1919 году, настаивал на том, что освобождение колониальных масс и социалистическая борьба рабочих в империалистических центрах неразрывно связаны. Он требовал от коммунистических партий в империалистических странах разоблачать своих «собственных» колониальных правителей, поддерживать освободительные движения «не только на словах, но и на деле» и вести пропаганду среди войск против угнетения колониальных народов. Вскоре после этого коммунистические партии были основаны в Южной Африке (1921) и в Египте (1922).
В Кении африканский рабочий класс начал всеобщую забастовку в Найроби в 1922 году после ареста Гарри Тхуку, лидера Восточноафриканской ассоциации. Вызванное падением заработной платы, ростом налогов и колониальными репрессиями движение объединило рабочих и городскую бедноту, прежде чем было утоплено в крови колониальной полицией и вооружёнными белыми поселенцами. Оно ознаменовало первое крупное вмешательство кенийского рабочего класса в политическую жизнь, обнаружив уже в ранний колониальный период растущую силу нового социального класса, который находился в стадии формирования.
Русская революция стала подтверждением теории перманентной революции в положительном смысле, опровергая жалкое утверждение Калуки, согласно которому «ни одна троцкистская организация или движение никогда не руководили успешным социалистическим наступлением в мире». В действительности, перманентная революция навсегда сохранится в памяти человечества за то, что была перспективой, которая в своих основных стратегических концепциях направляла завоевание власти рабочим классом в октябре 1917 года под руководством Ленина и Троцкого.
Продолжение следует
[1] Лев Троцкий (1929) Перманентная революция, глава 10, «Что же такое Перманентная революция? Основные положения».